—Зин! Ты ли это? —удивлённо спросила Никитична.
Та вздрогнула от неожиданности и резко выпрямилась.
—Что? Злорадствуешь? — спросила Зинка со злостью. —Вон, видишь в кого я превратилась благодаря твоим ведьминским проклятиям! Наворожила? Навела порчу и радуешься, глядя как люди добрые страдают!
—Какие проклятия? Какая порча и ворожба! Окстись болезная! — удивилась Никитична. —Ты что такое говоришь?
—А что? Не так что ли? — Зинаида неожиданно для себя разрыдалась в голос от безысходности.
Глава 40
Начало здесь:
Жизнь Зинаиды стала совсем невыносимой после суда: тяжёлый труд в поле от зари до зари, потом ещё дома до полуночи - поесть приготовить, воды натаскать, посуду перемыть, постирать, убрать хоть как то в доме, ещё и пар выпустить возможности нет никакой. Огород зарос, бурьян выше крыши, а Виктору хоть бы хны - дома ничего не делает, только и знает есть и пить, какие деньги заработает, почти всё пропивает. Зинаиде кинет как подачку какие-нибудь копейки и потом попрекает весь месяц тем, что кормит её и чужих щенков безродных.
Ещё и взялся её гнобить, мол арестантка-преступница, живу с тобой из жалости, потому как на тебя вредителя-антисоветчицу никто и не посмотрит больше.
Ох, как у Зинаиды злость кипела, как хотелось ей ответить сполна своему благоверному и не только словесно...
А тот, чувствуя полную безнаказанность, распоясывался с каждым днём сильнее и сильнее.
Почернела Зинаида от невысказанных переживаний и злости, выхудала от тяжёлой работы и от недосыпания. Сама на себя не стала похожа. Уже и жалко её односельчанам, только как ей помочь? Никто не знает...
Идёт однажды с поля, еле ноги волочет от усталости, как представила, что ещё её дома ждёт, слёзы невольно по щекам покатились. Мимо дома Шуры как раз проходила и на Никитичну чуть не налетела, так как и дорогу толком не видела из-за слёз, застлавших глаза.
—Зин! Ты ли это? —удивлённо спросила Никитична.
Та вздрогнула от неожиданности и резко выпрямилась.
—Что? Злорадствуешь? — спросила Зинка со злостью. —Вон, видишь в кого я превратилась благодаря твоим ведьминским проклятиям! Наворожила? Навела порчу и радуешься, глядя как люди добрые страдают!
—Какие проклятия? Какая порча и ворожба! Окстись болезная! — удивилась Никитична. —Ты что такое говоришь?
—А что? Не так что ли? — Зинаида неожиданно для себя разрыдалась в голос от безысходности.
Никитична даже растерялась на мгновение, а потом ей стало искренне жаль измученную женщину и она решила ей подыграть, подтолкнуть к тому, чтоб облегчить её жизнь.
—Тю! Зина! Да ты что ревешь, как корова? Я могу тебе помочь, пойдём ко мне. — сказала она.
—Зачем? —недоверчиво спросила Зинаида.
—Потолкуем с тобой и я тебе постараюсь помочь, жизнь твою исправить, я заговор один знаю, чудодейственной силы! — заговорщицки прошептала Вера Никитична подмигнув Зине.
Та послушно пошла ней в дом, но на пороге вдруг остановилась:
—Постой! А с чего это ты вдруг мне решила помогать? — спросила Зина.
—Да хорошая же ты бабенка, только немножко запуталась. — ответила Никитична лукаво прищурившись. — Я это прям ясно вижу, я ж ведьма, ты сама сказала!
Зинка кивнула, кто их поймёт этих ворожей, но уж лучше подчиниться от греха подальше...
—Так и что ты мне хотела сказать? — спросила она.
—Садись, сейчас погадаю, а потом дальше решим, что делать.
Зинка послушно уселась, а Никитична рядом встала и руками давай круги описывать вокруг неё.
—Вижу, — говорит. — Клещ к тебе прицепился и кровушку пьёт из тебя и все силы высасывает... Вижу, что если не оторвать этого клеща и не выкинуть за калитку, хуже и хуже твоя жизнь будет становиться с каждым днём.
—Кто этот клещ? — испуганно спросила Зинаида.
—А ты подумай. — ответила Никитична.
Зинаида задумалась искренне не понимая, кто бы это мог быть, но потом вдруг её осенило и она подняла испуганные глаза на Никитичну.
—Муженек мой? — спросила она.
—А кто ж ещё? — воскликнула Никитична.
—Но я не могу его оторвать и выкинуть за калитку! — ещё больше испугалась Зинаида.
—Эт ещё почему? — удивилась Никитична.
—Так я снова одиночкой останусь!
—И что? — ещё больше удивилась Никитична. — Я вон всю свою жизнь одна прожила, муж без вести на войне пропал, так я больше замуж и не пошла. Зачем мне абы кого в свою жизнь пускать, ярмо на шею вешать? Живу себе припеваючи, ни клят, ни мят. И внучку в спокойствии воспитываю, никто её не шпыняет.
Зинаида сидела с широко раскрытыми глазами.
—Но что люди скажут? Опять на меня коситься будут и за глаза обсуждать! Разведенкой обзывать... — сказала неуверенно Зина.
"Ой, глупая!..." — сокрушённо подумала Никитична.
—Не волнуйся! Я тебе водички дам заговоренной, будешь ей умываться, никто даже не посмотрит в твою сторону с осуждением. — заверила Никитична.
—Правда? — глаза Зинаиды засветились надеждой и тут же погасил. — Это конечно хорошо, только вряд ли мой благоверный теперь просто так уйдёт...
—И в этом я тебе помогу! — сказала Вера Никитична.
Она пошла в сенцы, погремела посудой и принесла оттуда две банки с водой. Села за стол, поставила перед собой первую банку, прикрыла глаза и стала над ней:
—Всиу...шиу...рты закрываю... Зинаиду оберегаю...
Пошептала, пошептала, потом закрыла красной крышкой и протянула Зине:
—На! Будешь умываться каждое утро, никто тебе и слово не скажет, а если вдруг и скажут, типун на языке у них выскочит. Можешь так и говорить особо языкатым: типун тебе на язык! Поняла?
—Угу. — Зина прижала к себе банку с водой.
А Никитична взяла вторую и снова прикрыв глаза зашептала:
—Всиу... шиу... Из дома алкаш уходи, красную девицу освободи!... — и закрыла зелёной крышкой. —На! Придёшь домой, водички отхлебни и все время повторяй муженьку, как только он тебе станет гадости говорить: да, я плохая, ты хороший, ты орёл, лети на все четыре стороны, тебя за калиткой ждёт счастье, а меня оставь, я не в обиде, сама как-нибудь проживу. И не спорь с ним, а только повторяй заговор этот всё время. Поняла?
—Угу. Спасибо. —Зинаида схватила вторую банку и скорей домой.
В калитке с Шурой столкнулась, здрасьте буркнула и домой побежала.
—Ба, а что тут Зина делала? —удивлённо спросила Шура.
—Да я ей воду наговаривала, чтоб она от Витька своего избавилась. — махнула рукой Никитична.
—Ба, ты что? Ты и правда колдунья что ли? — удивилась по детски Шура.
—Да нет конечно! Придумывала на ходу. Но вдруг и правда бабоньке поможет, жалко её, сама не своя стала от переживаний и этот ещё алкаш и лодырь, прицепился как клещ и последние силы из неё высасывает...
—Ба, но это ж вранье получается! — с лёгким возмущением сказала Шура. —Зачем ты так?
—Это не враньё, а ложь во благо! — подняла палец к верху Никитична. — Она б может и сама справилась, выгнала б его с треском, только вишь, шуметь-то ей сейчас никак нельзя, под дамокловым мечом наша Зинка ходит... Да ещё и осуждения людского боится, глупая! На каждый роток платок ведь не накинешь! А жизнь свою в угоду людям пускать это так себе затея.
Продолжение здесь:
Так же на моём канале можно почитать: