“IRON MAN”. То ли осуждение индустриализации и механизации всего и вся, то ли любование ею (вообще для Энглера характерно восхищение эпохой машин и механизмов). Сбрось старую кожу, отбрось старую плоть, облачись в блестящую броню, открой свой разум прогрессу, придай своей жизни новое измерение.
Песня оставляет вопросы без ответов, просто создаёт яркую картину – а решать, плохо или хорошо это всё, слушателю. В этом ключе интересны такие высказывания Энглера, выдающие не критика, но отчасти апологета глобализации и новой реальности:
- Давайте немного поговорим о технологиях. Нынешняя технологическая среда вызывает у вас клаустрофобию (меры безопасности в аэропортах, постоянное наблюдение за спутниками и камерами видеонаблюдения) или, скорее, комфортную безопасность?
- Дело в том, что у технологий есть и обратная сторона, но в целом я нахожу их очень вдохновляющими. «1984», «Большой брат» – я не сторонник подобных вещей, но, с другой стороны, это очень вдохновляет. Это похоже на жизнь в Западном Берлине в семидесятые годы, когда ты, по сути, был заперт на этом маленьком острове, посреди страны, которая наблюдает за тобой и, на мой взгляд, это создает очень творческую атмосферу. Я думаю, мне отчасти нравится все это – ты вроде как чувствуешь, что за тобой все время наблюдают, за тобой следят, ты выходишь в Интернет, ты оставляешь следы, на каждом углу у тебя камеры, но я не чувствую, что задыхаюсь от этого… Я всегда думал, что это уже было в восьмидесятых, может быть, по-другому, но за тобой всегда наблюдают… Насколько я могу судить, они также ограничивают преступность. Как и здесь, в Штатах, в конце восьмидесятых или начале девяностых чувствовал себя гораздо менее безопасно. Сейчас, я думаю, всё намного проще, потому что повсюду камеры. Для меня это все равно что жить по книге Оруэлла, или "О дивный новый мир", или... Как зовут того русского парня, который написал что-то подобное?
- Евгений Замятин.
- Да, да… Меня жизнь в таком окружении очень вдохновляет. Меня вдохновляет вид всех этих камер, осознание того, что, когда вы слушаете старые записи Kraftwerk – «Computerworld» – и тексты песен, например, «Data A», и знаете, что, например, Скотланд-Ярд помешан на данных и списках, только на этом примере вы осознаёте степень их важности, в какой степени социально-политическая обстановка повлияла на музыку. В начале восьмидесятых, когда Kraftwerk написали эту песню, такие реалии уже существовали. В наши дни это просто более заметно, и это не только проблема, но и вдохновляющий факт. И все это, так сказать, делает окружающую среду более понятной для вас, вы острее ощущаете окружающую среду благодаря этой технологии.
Оставшиеся 5 песен альбома (“INSIDE OUT”, “PARADISE OF SIN”, “WORST CASE SCENARIO”, “SHELLSHOKED”, “NEW TEMPTATION”) менее известны, но не менее хороши в плане музыки и вполне раскрывают возможности жанра, у истоков которого стояли Die Krupps в ту пору. Разве что тексты становятся более экзистенциальными – всё больше в них человека и его страданий и искушений, всё меньше машин и механизмов. Альбом мрачен и пессимистичен, и так он и завершается, но – располагал ли мир, окружавший музыкантов, к иному финалу? Вряд ли.
Не сказать, что Die Krupps были единственными, кто тогда музыкально мыслил в этом направлении (похожими опытами занимались в начале 90х Ministry, Oomph!, NIN), но во многом именно им принадлежит заслуга создания жанра, названного впоследствии aggro-industrial и проложившего дорогу жанру nu-metal. Осознавая кризис, в котором находились металлическая и электронная сцены, не способные предложить принципиально новых идей по отдельности, Die Krupps сумели синтезировать их и вывести новое звучание – современное, объёмное, многослойное, жёсткое, мелодичное. Альбом “II – The Final Option” был новым словом в рок- и электронной музыке и ознаменовал очередную революцию, в которой Die Krupps сыграли одну из ведущих ролей. Начавшись как андеграундный эксперимент, эта музыка приобрела лицо, приведшее её в поп-культуру и сумевшее эту культуру направить по принципиально новому пути.
Что в итоге смогла получить группа Die Krupps? В 90е она продолжила разрабатывать жанр и расширять его, создав отличные альбомы “III – Odyssey Of The Mind” (1995) и “Paradise Now” (1997), но всемирной славы и богатства музыканты не приобрели. Несмотря на успех видеоклипов и ротацию на радио, на похвалы критиков и коллег, ни один альбом не стал за пределами Германии золотым, а альбом 1993 года, несмотря на новаторство и революционность, не стал лидером продаж даже среди альбомов Die Krupps.
- Не кажется ли тебе парадоксальным или, по меньшей мере, странным тот факт, что мировая популярность пришла к вам после выхода самого нехарактерного и, можно даже сказать, «не своего» альбома, A Tribute To Metallica?
- Не думаю, что именно этот альбом пользуется наибольшей популярностью… быть может, такое мнение бытует в ваших странах [речь о Восточной Европе – прим. автора], но на самом деле альбом Odyssey Of The Mind на данный момент держит лидерство по продажам, Paradise Now — второе место, а наравне с этим трибьютом идёт разве что выпущенный нами альбом ремиксов. Единственное, что сделало для нас посвящение МЕТАЛЛИКЕ — так это, вероятно, знакомство DIE KRUPPS с металлической аудиторией, некоторое расширение сферы деятельности. Но, как бы там ни было, продавался он не особенно резво. Сравни сама: на долю альбом Odyssey Of The Mind приходится около 130 000 копий [по другим данным – порядка 150 000, прим. автора], а A Tribute… собрал только что-то около 35 тысяч.
Все лавры этой сцены достались группе Rammstein, появившейся в 1994 году и добившейся платинового статуса и ставшей поистине легендарной (настолько, что звучание тяжёлых гитар как таковое для многих обывателей ассоциируется именно с этим названием). Возможно, причина случившегося кроется в более грамотной и успешной раскрутке Rammstein, в их провокациях и эпатаже – кто знает, но уж точно нельзя упрекнуть Die Krupps в недостатке таланта и менее качественном материале.
Стоит учитывать, что Die Krupps прошли всю дорожку – от чистого индастриала и синтезаторов, через внедрение (поначалу несколько несуразное) в эту музыку тяжёлых гитар, к полноценному сочетанию сцен и к новой музыке. Да, революцию в мировом масштабе Die Krupps делали не в одиночку, но на своём участке фронта они прошли всё от начала и до конца, путём экспериментов, проб и ошибок выведя из сырых реагентов идеальную формулу нового продукта. Rammstein же фактически пришли на готовое и сумели этот продукт качественно продать…
После выпуска альбома “Paradise Now” Die Krupps распадутся. В начале следующего тысячелетия группа возродится, сыграет ряд концертов со старым материалом (на одном из таких концертов, состоявшемся в Москве в 2005 году, побывал и автор этих строк – один из лучших концертов, что мне выпало посетить), а потом займётся созданием принципиально новых альбомов.
Группа останется на клубном уровне, что, впрочем, не смутит музыкантов. Они никогда не видели её в качестве основного средства зарабатывания денег и работали сугубо ради творчества и исследования новых пространств, ценя творческую свободу выше славы и доходов. Что до Rammstein, во многом собирающих там, где сеяли другие, Die Krupps говорят обо всём этом спокойно, философски и без негатива:
- По мне, в 1997, когда Die Krupps замолчали, другая немецкая группа - Rammstein - очевидно заняла ваше место в музыке. Они продолжили тот путь, что вы начали до них. Согласен ли ты со мной?
- Они определенно продолжили то, что мы начали. К счастью, Die Krupps имели много такого, чего у них не было. Мы начинали как индустриальная группа в классическом виде, продвинулись к тому, что потом назовут Electronic Body Music, а позднее включили в нашу музыку металлические гитары. Так что мы можем идти куда захотим, и это по-прежнему будем мы. Куча групп так сделать не смогут.
"В некотором смысле мы независимы в том, что мы выпускаем, – говорит Ральф. – Не только в плане денег, но и в том, как мы можем работать, потому что с тех пор, как у Юргена есть своя студия, и другие вещи, сделавшие нас практически финансово независимыми, мы не испытываем давления со стороны компании на тему создания определенного вида музыки, который соответствовал бы рынку".
"В том-то и дело, что нам не нужно зарабатывать на Die Krupps особенно много денег. В этом всегда проблема: как только группа видит, что у них есть определенная формула успеха, они начинают ее придерживаться. Мы по-прежнему рискуем, в то время как многие группы просто повторяют друг друга" (Энглер).
Последняя цитата относится к 1992 году, однако она справедлива и для дня сегодняшнего – тем более, что артисты стали старше и ещё независимее. Die Krupps всегда шли своим путём, и именно это позволило им в своё время смело шагнуть в неизвестность и подарить миру такой альбом, как “II – The Final Option”. Он ничуть не устарел и вполне достойно звучит и в наши дни. Он по-прежнему способен удивить более поздние поколения и показать, какими извилистыми путями идёт развитие музыки, и какие шедевры порой остаются в тени более раскрученных проектов.