Лязг ключа в замке прозвучал в утренней тишине неожиданно громко. Ольга замерла с чашкой кофе, чувствуя, как внутри поднимается волна глухого раздражения. У Игоря не было привычки возвращаться с работы в десять утра, а кроме него ключи были только у одного человека. У того, кто считал, что семейные границы — это выдумка для эгоистов.
Дверь распахнулась, ударившись о тумбочку, и в прихожую вплыла Нина Сергеевна. Она выглядела так, словно собралась в дальнюю экспедицию: в одной руке пухлая сумка с банками, в другой — внушительный чемодан на колесиках.
— Доброе утро, Олечка, — пропела свекровь, даже не разуваясь, и сразу по-хозяйски оглядела коридор. — А я вот решила: чего дома одной сидеть? Поживу у вас недельку-другую, сыночка побалую домашней едой. А то он у тебя совсем осунулся.
Ольга аккуратно поставила чашку на стол. Керамика звякнула о столешницу. Планы на выходные, билеты в кино и просто спокойный отдых рушились прямо на глазах, погребенные под этим чемоданом.
— Здравствуйте, Нина Сергеевна, — Ольга старалась, чтобы голос звучал спокойно. — Вы нас не предупредили. У нас были планы.
Свекровь отмахнулась от ее слов и прошла в большую комнату. Она опустилась в любимое кресло Ольги — мягкое, уютное, то самое, где невестка отдыхала по вечерам. Теперь оно было занято.
— Какие могут быть планы, когда мать приехала? — удивилась Нина Сергеевна, расстегивая кофту. — Игорь обрадуется. Я ему сюрприз сделаю. Кстати, у тебя пыль на шкафу. Я пока вещи разберу, а ты тряпку найди.
Весь день прошел в напряжении. Ольга молча наблюдала, как её дом превращается в чужую территорию. Свекровь переставила цветы на подоконнике, заявив, что «им там дует», раскритиковала купленный к ужину сыр и заняла ванную на час, расставив там свои флаконы. Любимое кресло теперь было завалено вязанием и старыми газетами, которые Нина Сергеевна привезла с собой.
Вечером вернулся Игорь. Он мечтал о тишине, но вместо этого наткнулся на чемодан в коридоре и мать, которая встретила его с половником в руках, словно это она была хозяйкой квартиры.
Ольга перехватила мужа у двери в спальню, когда он переодевался.
— Нам нужно поговорить, — твердо сказала она.
— Оль, я устал, — Игорь потер переносицу. — Мама приехала, ну что теперь делать? Не выставлять же её. Она соскучилась.
— Она приехала жить, Игорь. С чемоданом. Без звонка. — Ольга говорила тихо, но серьезно. — Она заняла моё место, переставила мои цветы и командует мной на моей кухне. Я выходила замуж за тебя, а не за твою маму.
Игорь посмотрел на жену. Он видел, что это не каприз. Это была та черта, за которой заканчивается терпение.
— Я понял, — кивнул он. — Я разберусь.
Ужин прошел в тягостной обстановке. Нина Сергеевна без умолку рассказывала о соседке и подкладывала сыну еду, игнорируя пустую тарелку невестки.
Когда ужин закончился, Игорь отодвинул тарелку.
— Мама, нам нужно обсудить твой отъезд.
Нина Сергеевна замерла. Улыбка медленно исчезла с её лица.
— Какой отъезд, Игорек? Я только приехала. Я думала, поживу у вас, помогу...
— Мам, — твердо перебил Игорь. — Мы рады тебя видеть в гостях. Ненадолго. Но жить у нас не надо. Мы взрослая семья, у нас свой уклад. Ты не можешь приезжать с вещами без предупреждения.
Свекровь перевела взгляд с сына на невестку. Её лицо налилось краской.
— Это она тебя настроила? — палец с крупным перстнем указал на Ольгу. — Я тебя вырастила, ночей не спала, а ты теперь мать родную гонишь?
— Не смей говорить про мою жену в таком тоне, — голос Игоря стал жестким. — Это наше общее решение. И это наш дом. Если ты не уважаешь хозяйку этого дома, тебе здесь делать нечего.
Нина Сергеевна вскочила. Кресло, освободившись от её веса, словно расправилось.
— Ноги моей здесь больше не будет! — крикнула она. — Я сейчас же уезжаю! И не просите меня вернуться!
— Я вызову машину до вокзала, — спокойно ответил Игорь, не поддаваясь на провокацию.
Сборы были громкими. Нина Сергеевна демонстративно бросала вещи в чемодан, громко жаловалась на судьбу и пророчила им скорый развод. Ольга стояла в дверях кухни, скрестив руки на груди, и молчала.
Когда машина подъехала, Игорь вынес чемодан. Мать даже не обернулась на прощание, хлопнув входной дверью так, что дрогнули стены.
В квартире воцарилась тишина. Настоящая, благословенная тишина.
Ольга подошла к своему любимому креслу. Оно всё еще хранило следы чужого присутствия, а на подлокотнике лежал забытый свекровью клубок ниток. Ольга убрала его в ящик стола. Затем она взбила подушку, возвращая мебели прежний вид, и села.
Игорь вошел в комнату, подошел к ней и положил руки на плечи.
— Прости, — сказал он. — Я не думал, что она так решит.
— Ты всё сделал правильно, — ответила Ольга, накрывая его ладонь своей.
Конечно, потом были звонки от родственников. Тетя Вера возмущалась в трубку, что они бессердечные, а сестра писала гневные сообщения. Нина Сергеевна держала обиду долго, несколько месяцев играя в молчанку. Но Игорь и Ольга держались своей линии спокойно и уверенно.
Со временем страсти улеглись. Свекровь поняла, что манипуляции больше не работают, и, если она хочет видеть сына, ей придется считаться с их правилами. Теперь она звонила заранее и никогда больше не привозила с собой чемодан.
А то кресло так и осталось любимым местом Ольги. Сидя в нем по вечерам, она знала: её дом — это её крепость, и ключи от этой крепости есть только у тех, кто умеет уважать чужие границы.
Если вам понравился рассказ, ставьте лайк и подписывайтесь на канал! Впереди много жизненных историй.