— Ты что себе позволяешь?! — голос свекрови гремел на всю квартиру. — Мой сын работает как проклятый, а ты тут сидишь, как королева! Вечно у тебя то голова болит, то усталость! А кто детей в садик отводит? Я! Кто забирает? Тоже я!
Елена стояла посреди крохотной прихожей и молча застёгивала куртку младшего сына. Пальцы дрожали, но она старалась не показывать этого. Марк ёрзал, пытаясь вырваться, а трёхлетняя Вероника уже начала хныкать, чувствуя напряжение.
— Нина Сергеевна, мы уже уходим, — тихо сказала Елена, натягивая шапку на Марка.
— Уходим, уходим! — передразнила свекровь, скрестив руки на груди. — Каждый божий день одно и то же. Приползаешь вечером, дети орут, квартира вверх дном. Я тут за всеми убираю, готовлю, а ты даже спасибо нормально сказать не можешь!
Елена прикусила губу. Сказать что-то сейчас — только хуже сделать. Она давно усвоила это правило. Любое слово Нина Сергеевна развернёт так, что виноватой окажется именно она, невестка. Неблагодарная, ленивая, избалованная.
— Мама, хватит, — раздался сонный голос Игоря из комнаты. — Рано ещё скандалить.
— А я что, не права?! — свекровь развернулась к двери, за которой находился сын. — Ты посмотри на неё! Вечно с таким видом, будто мы ей все должны!
Елена вывела детей в подъезд и закрыла за собой дверь. Только там, в холодном полумраке, она позволила себе выдохнуть. Вероника уткнулась ей в ногу, Марк молча смотрел на маму большими глазами.
— Мам, а бабушка всегда злая? — спросил он тихо.
— Нет, солнышко, — соврала Елена. — Просто она устала. Пойдёмте скорее, а то опоздаем.
В офисе «Горизонт Консалтинг» царила обычная предновогодняя суета. Сотрудники бегали с папками, телефоны разрывались, в переговорных проходили одно совещание за другим. Елена сидела за своим столом в бухгалтерии и сверяла очередной отчёт, когда её вызвали к директору.
Сердце ёкнуло. Вызов к Ольге Владимировне редко означал что-то хорошее. Может, сокращение? Или претензии к работе?
— Проходите, Елена Андреевна, — директор указала на кресло напротив. — Присаживайтесь.
Женщина лет пятидесяти с аккуратной стрижкой и проницательным взглядом отложила ручку и внимательно посмотрела на Елену.
— Я долго думала, кого назначить руководителем нового отдела, — начала она без предисловий. — Нам нужен человек ответственный, исполнительный, способный держать удар. Вы три года показываете отличные результаты. Ошибок — минимум, отчёты всегда вовремя, даже когда остальные срывают дедлайны.
Елена молчала, не понимая, к чему всё это.
— Короче говоря, — Ольга Владимировна улыбнулась, — с первого декабря вы — начальник отдела кадров и административной работы. Зарплата, естественно, повышается в полтора раза. Отдельный кабинет, помощник, служебный телефон. Согласны?
Мир словно перевернулся. Елена несколько секунд просто смотрела на директора, не в силах поверить услышанному.
— Я... да, конечно! Спасибо! — выдохнула она наконец.
— Тогда оформим всё сегодня. А завтра выходите уже на новую должность. У вас будет восемь человек в подчинении. Познакомитесь с ними завтра утром на планёрке.
Елена вышла из кабинета, чувствуя, как по телу разливается непривычное тепло. Наконец-то. Наконец-то её труд оценили. Три года она вкалывала, соглашалась на переработки, брала на себя чужие задачи — и вот результат.
Домой она возвращалась с лёгкостью, какой не испытывала уже давно. Забрала детей из садика, купила им по шоколадке — просто так, от радости. Вероника восторженно визжала, Марк серьёзно кивал, объясняя сестре, что много сладкого нельзя.
Но когда они вошли в квартиру, радость тут же куда-то испарилась.
— Где вы шлялись?! — Нина Сергеевна стояла на кухне с видом оскорблённого величества. — Уже седьмой час! Я тут ужин приготовила, всё остыло!
— Мы задержались, — спокойно ответила Елена, снимая с детей куртки. — В магазин зашли.
— В магазин! — свекровь фыркнула. — Конечно, ей только по магазинам шастать! А то, что я старая женщина, весь день на ногах, тебя не волнует!
Елена провела детей в комнату, включила им мультики и вернулась на кухню. Игорь сидел за столом, уткнувшись в телефон, и делал вид, что ничего не происходит.
— Нина Сергеевна, у меня новость, — Елена решилась. — Меня сегодня повысили. Я теперь начальник отдела.
Свекровь оторвалась от плиты и посмотрела на невестку с недоверием.
— Начальник? Тебя? — в её голосе прозвучало столько скепсиса, что Елена поёжилась. — Ну-ну. Небось кто-то помог, по знакомству пристроили.
— Мама, ты чего? — наконец оторвался от телефона Игорь. — Это же здорово! Лен, поздравляю!
— Здорово, — передразнила Нина Сергеевна. — А кто теперь детей забирать будет? Кто за ними смотреть? Или ты думаешь, я и дальше буду твою работу делать?
— Какую мою работу? — Елена почувствовала, как внутри начинает закипать что-то горячее и неприятное.
— А такую! — свекровь ткнула пальцем в сторону детской. — Дети — это твоя обязанность, а не моя! Я своё уже отработала, вырастила сына! А ты захотела карьеру делать — вот и разбирайся сама!
Игорь неловко кашлянул.
— Мам, ну ты загнула. Лена и так работает, и с детьми справляется. А ты помогаешь, это правда, но...
— Но?! — Нина Сергеевна округлила глаза. — Я, значит, просто так здесь торчу?! Неблагодарные!
Она схватила сумку и направилась к выходу.
— Всё, хватит! Забирай своих деток и проваливай! — выкрикнула она напоследок. — Раз я тут не нужна, живите сами!
Дверь хлопнула. Елена и Игорь переглянулись.
— Она вернётся, — вздохнул муж. — Завтра придёт, как ни в чём не бывало.
Но Елена уже не слушала. Она думала о завтрашнем дне. О новой должности. О восьми подчинённых, с которыми предстоит познакомиться.
И ещё она думала о том, что одна из фамилий в списке сотрудников показалась ей смутно знакомой.
Казакова Нина Сергеевна, специалист административного отдела.
Утро началось с того, что Елена проснулась раньше будильника. Сердце колотилось где-то в горле, а в животе всё сжималось от волнения. Первый день на новой должности. Новый кабинет, новые люди, новая ответственность.
Игорь ещё спал, раскинувшись на пол-кровати. Дети тоже посапывали в своей комнате. Елена тихо собралась, выпила кофе на кухне и вышла из квартиры, не разбудив никого. Пусть муж сам отведёт детей в садик — он же отец, в конце концов.
В офисе она появилась за полчаса до начала рабочего дня. Её новый кабинет находился на третьем этаже, угловой, с большим окном. На столе уже лежала стопка документов и список сотрудников отдела.
Елена пробежалась глазами по фамилиям. Восемь человек. Трое мужчин, пять женщин. И вот она — Казакова Нина Сергеевна, пятьдесят восемь лет, специалист по документообороту.
«Не может быть», — подумала Елена, чувствуя, как холодок пробегает по спине. Но фамилия-то распространённая. Казаковых в городе наверняка десятки. Да и возраст подходящий — свекрови как раз пятьдесят восемь.
В девять утра в кабинет начали заходить сотрудники. Первой появилась Виктория, молодая девушка лет двадцати пяти с ярким макияжем и цепким взглядом.
— Здравствуйте, я ваш помощник, — она окинула Елену оценивающим взором. — Вика. Документы приготовила, планёрку назначила на десять.
— Спасибо, — кивнула Елена, отмечая про себя холодность в голосе девушки.
Следом зашёл Олег, мужчина лет сорока с залысинами и вечно недовольным выражением лица.
— Олег Петрович, старший специалист, — он даже не протянул руку для пожатия. — Я тут работаю двенадцать лет. Надеюсь, вы не будете устраивать революции.
— Постараюсь не разрушить налаженную систему, — дипломатично ответила Елена.
Олег хмыкнул и вышел. Было понятно, что он рассчитывал на повышение сам и теперь затаил обиду.
А потом в кабинет вошла она.
Нина Сергеевна. Свекровь. В строгом сером костюме, с туго стянутыми волосами, с папкой под мышкой. Она остановилась на пороге, и её лицо медленно менялось — от привычной надменности к полному шоку.
— Ты?! — выдохнула она.
— Здравствуйте, Нина Сергеевна, — Елена старалась сохранять спокойствие, хотя руки предательски дрожали. — Проходите, пожалуйста.
Свекровь стояла, словно вросла в пол. Её рот открывался и закрывался, но слов не было. Первый раз в жизни Елена видела её в таком состоянии — растерянной, беспомощной.
— Это какая-то ошибка, — наконец выдавила Нина Сергеевна. — Ты не можешь быть начальником. Не можешь!
— Могу, — Елена встала из-за стола. — И с сегодняшнего дня я ваш непосредственный руководитель. Прошу вас вести себя профессионально.
— Профессионально?! — голос свекрови взлетел вверх. — Да ты...
— Нина Сергеевна, — жёстко оборвала её Елена. — Мы на работе. Я понимаю, что ситуация неожиданная для вас. Но предлагаю оставить личные отношения за пределами офиса. Идёт?
Свекровь развернулась и выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью. Елена опустилась в кресло, чувствуя, как по спине течёт пот. Это было тяжело. Намного тяжелее, чем она представляла.
На планёрке атмосфера была напряжённой. Нина Сергеевна сидела в конце стола, сверля невестку злым взглядом. Олег откровенно скучал, листая телефон. Виктория записывала что-то в блокнот, но Елена чувствовала — девушка следит за каждым её словом, ищет слабые места.
Ещё была Светлана Марковна, полная женщина лет пятидесяти, которая с первых минут начала задавать каверзные вопросы.
— А вы вообще в кадрах когда-нибудь работали? — спросила она с ехидной улыбкой. — Или вас прямо из бухгалтерии сюда закинули?
— Я изучила всю документацию и готова работать, — ровно ответила Елена. — Если у вас есть конкретные вопросы по работе отдела, давайте их обсудим.
— Конкретные вопросы, — передразнила Светлана Марковна. — Я вот что скажу: мы тут годами работаем, всё налажено. А тут приходит новенькая и начинает указывать.
— Я не собираюсь никому указывать, — Елена старалась держать голос ровным. — Я хочу понять, как устроены процессы, и при необходимости оптимизировать их.
— Оптимизировать, — Нина Сергеевна наконец заговорила, и в её голосе звучал яд. — Сначала в собственной семье порядок наведи, а потом уж за других берись.
Повисла тишина. Все уставились на Нину Сергеевну, потом на Елену. Виктория приподняла бровь с нескрываемым интересом.
— У вас есть рабочие вопросы, Нина Сергеевна? — холодно спросила Елена.
— Рабочие, — свекровь откинулась на спинку стула. — Да сколько угодно. Вот, например, вы в курсе, что отчёты по кадрам сдаются до пятого числа? А сегодня уже третье. Справитесь?
— Справлюсь, — Елена открыла папку. — Я видела график. Всё под контролем.
— Посмотрим, — Светлана Марковна обменялась многозначительным взглядом с Ниной Сергеевной.
После планёрки Елена вернулась в кабинет и закрыла дверь. Руки тряслись. Она понимала — это только начало. Нина Сергеевна не простит ей этого унижения. Да и остальные настроены враждебно. Олег считает, что место должно было достаться ему. Светлана Марковна явно дружит со свекровью и будет действовать с ней заодно. Виктория просто ждёт, когда новая начальница сорвётся, чтобы потом рассказывать всем, какая она неопытная.
Телефон завибрировал. Сообщение от Игоря: «Мама звонила, рыдала. Сказала, что ты её унизила при всех. Что происходит?»
Елена зажмурилась. Началось.
Вечером она задержалась в офисе, разбирая документы. Хотелось понять систему, вникнуть во все процессы, чтобы завтра уже действовать уверенно. Когда она наконец вышла, было уже девять вечера.
У подъезда её ждал Игорь. Лицо мрачное, руки в карманах.
— Нам надо поговорить, — сказал он вместо приветствия.
— Детей уложил? — спросила Елена, поднимаясь в лифте.
— Мама забрала их к себе, — он не смотрел на неё. — Сказала, что пока ты не извинишься, помогать не будет.
— Извинюсь? — Елена почувствовала, как внутри вскипает злость. — За что именно?
— За то, что унизила её перед коллегами, — Игорь наконец посмотрел на жену. — Лена, ну ты же понимаешь, как это выглядит? Она всю жизнь там работает, а тут вдруг её невестка становится начальницей.
— И что я должна была сделать? — Елена остановилась посреди коридора. — Отказаться от повышения? Из-за того, что твоя мама случайно оказалась в моём подчинении?
— Не случайно, — Игорь потёр переносицу. — Она там двадцать лет отдела. Двадцать! А ты три года в компании.
— Значит, я не заслужила это место?
— Я не это имею в виду, — он открыл дверь квартиры. — Просто могла бы поделикатнее. Не при всех же разговаривать с ней как с подчинённой.
Елена прошла на кухню, плюхнулась на стул. Усталость навалилась разом — и физическая, и моральная.
— Игорь, твоя мать сама начала. При всех заявила, что мне надо сначала в семье порядок навести. Это нормально, по-твоему?
— Она переволновалась, — он открыл холодильник, достал йогурт. — Мама вообще эмоциональная. Ты же знаешь.
— Знаю, — Елена устало закрыла глаза. — Двадцать лет знаю. И все эти годы я терпела. Каждое замечание, каждое унижение. А теперь что? Мне извиняться за то, что меня повысили?
Игорь молчал, ковыряя ложкой йогурт.
— Слушай, давай я с ней поговорю, — предложил он наконец. — Объясню, что это просто работа. Что дома всё остаётся по-прежнему.
— По-прежнему? — Елена открыла глаза. — То есть она и дальше будет мне указывать, что и как делать? А я буду молчать и кивать?
— Ну почему сразу так? — Игорь поставил йогурт на стол. — Просто не надо конфликтовать. Она же пожилой человек.
— Пожилой человек, который работает в моём отделе, — Елена встала. — И который обязан соблюдать субординацию. Как и все остальные.
Она прошла в ванную, закрыла дверь и включила душ. Стояла под горячими струями и чувствовала, как напряжение медленно уходит. Но вместе с ним приходило понимание: это только начало войны.
Следующие дни превратились в испытание. Нина Сергеевна игнорировала все указания Елены, ссылаясь то на занятость, то на плохое самочувствие. Светлана Марковна поддерживала её, распуская слухи по офису о том, что новая начальница совсем не разбирается в работе и продержится от силы месяц.
Олег откровенно саботировал задания — сдавал отчёты с ошибками, пропускал дедлайны, а потом делал вид, что не понял требования. Виктория при каждом удобном случае намекала другим сотрудникам, что Елена получила должность по блату.
А дома ситуация накалялась ещё сильнее. Нина Сергеевна действительно перестала помогать с детьми. Игорь разрывался между работой, садиком и попытками помирить маму с женой. Вероника начала капризничать от постоянного напряжения, а Марк стал тихим и замкнутым.
— Ты довольна? — спросил Игорь в очередной вечер, когда Елена пришла домой в десятом часу. — Семья разваливается, дети страдают, а ты...
— А я что? — устало спросила она, снимая туфли.
— Упрямишься, — он сидел на диване, и впервые за долгое время она увидела в его глазах не поддержку, а обвинение. — Неужели эта должность важнее семьи?
Елена села рядом. Хотелось заплакать, но слёз не было. Только пустота и понимание того, что отступать нельзя. Если она сейчас сломается, если извинится и всё вернётся на круги своя — она навсегда останется невесткой, которую можно унижать безнаказанно.
— Игорь, я не виновата в том, что твоя мать не умеет проигрывать, — тихо сказала она. — И не собираюсь отказываться от работы, которую заслужила.
— Значит, выбираешь карьеру, — он встал.
— Я выбираю себя, — Елена посмотрела ему в глаза. — Впервые за много лет.
Он ушёл в спальню, хлопнув дверью. Елена осталась сидеть в темноте гостиной, слушая, как за стеной посапывают дети.
Завтра будет новый день. Новая битва в офисе. Новые попытки доказать, что она имеет право быть здесь, на этом месте. И она докажет. Обязательно докажет.
Даже если придётся пройти через огонь.
Телефон завибрировал — сообщение от Ольги Владимировны: «Елена, зайдите завтра с утра. Поступила жалоба на вас от нескольких сотрудников. Нужно разобраться».
Елена стиснула телефон в руке. Начинается настоящая игра.
И она не собиралась проигрывать.
Утром Елена вошла в кабинет директора с прямой спиной и холодным спокойствием. Ольга Владимировна указала на стул, положив перед собой несколько листов.
— Жалоба от трёх сотрудников вашего отдела, — она посмотрела поверх очков. — Утверждают, что вы превышаете полномочия, создаёте нервозную обстановку и используете служебное положение в личных целях. Что скажете?
— Скажу, что двое из этих трёх — родственница и её подруга, — Елена достала из папки распечатки. — А третий рассчитывал на моё место. Вот табель посещаемости за последний месяц. Вот отчёты с ошибками, которые я исправляла лично. Вот переписка, где Казакова отказывается выполнять прямые указания.
Директор молча изучала документы. Наконец подняла голову.
— Вы знали, что Казакова — ваша свекровь?
— Узнала в первый рабочий день.
— И почему не сообщили мне сразу?
— Потому что хотела справиться сама, — Елена выдержала её взгляд. — Профессионально.
Ольга Владимировна кивнула.
— Хорошо. Жалобу отклоняю. Но учтите — ещё один скандал, и разбираться буду жёстче. С обеими сторонами.
Елена вышла из кабинета, чувствуя облегчение. Первый раунд выигран.
Вечером она забрала детей из садика сама — Игорь нашёл няню через знакомых. Дома он уже накрывал на стол, а Нина Сергеевна отсутствовала.
— Мама переезжает к сестре, — сказал он, не глядя на жену. — Сказала, что больше не может находиться рядом с тобой.
— Понятно, — Елена присела на корточки перед детьми. — Вероника, Марк, идите мыть руки.
Когда дети убежали, она повернулась к мужу:
— А ты? Тоже считаешь, что я виновата?
Игорь долго молчал, потом вздохнул:
— Нет. Просто привык, что ты всегда уступаешь. А теперь вижу — ты изменилась.
— Не изменилась, — Елена коснулась его руки. — Просто перестала прятаться.
Он сжал её пальцы в ответ.
— Справимся?
— Справимся, — она улыбнулась впервые за эти дни.
А на работе через неделю Олег подал заявление об уходе, Светлана Марковна взяла больничный на месяц, а Нина Сергеевна перевелась в другой филиал компании.
Елена смотрела в окно своего кабинета на засыпанный снегом город и понимала: самое страшное позади.
Впереди была её жизнь. Настоящая. Свободная.