Найти в Дзене

😉— Там нас ждёт мороженое. И, по моим данным, они сегодня раскопали древние запасы шоколадной крошки!

Жара в Златополе стояла такая, что, казалось, сам воздух можно было резать ножом и намазывать на хлеб вместо масла. Плотный, густой, звенящий от зноя. Я только что вышла из своей крошечной мастерской в Старом Квартале. День выдался — врагу не пожелаешь. Заказчик, коллекционер редких бабочек, весь мозг проел своими правками к эскизу витража. То ему синий недостаточно глубокий, то прожилки на крыльях слишком агрессивные. Я, витражист с двадцатилетним стажем, чувствовала себя школьницей, которую отчитывают за кляксу в тетради. На мне был льняной костюм терракотового цвета, который я ошибочно посчитала удачным выбором для этого пекла. Ткань липла к телу. Хотелось одного: телепортироваться домой, под спасительный кондиционер, и забыть этот день как страшный сон. В голове крутилась только одна мысль: НИКОГДА больше не брать срочные заказы в июле. Я свернула на проспект Авиаторов. Здесь было чуть пошире, но от этого не легче. Асфальт плавился, каблуки оставляли на нём маленькие круглые вмятин

Жара в Златополе стояла такая, что, казалось, сам воздух можно было резать ножом и намазывать на хлеб вместо масла. Плотный, густой, звенящий от зноя. Я только что вышла из своей крошечной мастерской в Старом Квартале. День выдался — врагу не пожелаешь. Заказчик, коллекционер редких бабочек, весь мозг проел своими правками к эскизу витража. То ему синий недостаточно глубокий, то прожилки на крыльях слишком агрессивные. Я, витражист с двадцатилетним стажем, чувствовала себя школьницей, которую отчитывают за кляксу в тетради.

На мне был льняной костюм терракотового цвета, который я ошибочно посчитала удачным выбором для этого пекла. Ткань липла к телу. Хотелось одного: телепортироваться домой, под спасительный кондиционер, и забыть этот день как страшный сон. В голове крутилась только одна мысль: НИКОГДА больше не брать срочные заказы в июле.

Я свернула на проспект Авиаторов. Здесь было чуть пошире, но от этого не легче. Асфальт плавился, каблуки оставляли на нём маленькие круглые вмятины. Люди вокруг напоминали варёных раков — красные, медленные, с остекленевшими глазами. И тут природа решила выкинуть свой коронный номер, свой любимый фин-т ушами.

Небо потемнело не плавно, а рывком, будто кто-то наверху дёрнул рубильник. Вспышка, грохот, от которого внутри всё сжалось, и небеса разверзлись. Это был не дождь. Это был водопад. Стена воды рухнула на город, мгновенно смывая пыль, жару и остатки моего терпения.

Авторские рассказы Елены Стриж © (3708)
Авторские рассказы Елены Стриж © (3708)

Зонта у меня, разумеется, не было. Да и какой, к лешему, зонт, когда на небе ни облачка ещё пять минут назад? Я попыталась бежать, но в босоножках на танкетке особо не разгонишься. Пришлось смириться и просто быстро идти, чувствуя, как прическа превращается в мокрую паклю, а дорогой лён костюма становится тяжёлым и тёмным. Настроение стремительно летело в тартарары. ЗЛОСТЬ, холодная и колючая, поднималась внутри. Ну почему именно сейчас? Почему именно я?

И тут, сквозь шум падающей воды, я услышала этот голос.

— Капитан, держать строй! Отставить панику!

Я скосила глаза влево. В метре от меня, шлёпая по лужам сандаликами, бежал мальчуган лет пяти. На нём была смешная футболка с динозавром и шорты, которые уже можно было выжимать. А рядом с ним, держа его за руку, бежала... нет, не бежала — совершала тактический манёвр дама весьма преклонных лет.

На вид ей было за семьдесят. Но язык не поворачивался назвать её старушкой. Это была гранд-дама, даже несмотря на то, что её сиреневое платье в цветочек промокло насквозь, а шляпка с полями грустно обвисла, как увядший колокольчик.

Они явно не были спортсменами. Ноги у дамы, обутые в растоптанные туфли, двигались с трудом, но ритмично. Мальчишка, которого, видимо, и звали Капитаном, начал хныкать. Ему было мокро, холодно и страшно. Гром грохнул снова, и пацан вжал голову в плечи, готовый вот-вот зареветь в голос.

Я уже хотела было ускорить шаг, чтобы обогнать эту странную парочку и не видеть чужих драм, но слова женщины заставили меня замереть. Она не причитала. Она не ругала погоду. Она не говорила глупостей вроде «потерпи, сейчас придём».

Она резко остановилась на секунду, развернула внука к себе и, перекрикивая шум ливня, торжественно провозгласила:

— Капитан! Ты что, забыл легенду? Это же ТОТ САМЫЙ дождь! Волшебный!

Мальчик шмыгнул носом, глядя на бабушку снизу вверх. Вода текла по его щекам, смешиваясь с зарождающимися слезами.

— Какой... тот самый? — всхлипнул он.

— Ну как же! — воскликнула она, и в её голосе зазвучал такой неподдельный азарт, что даже я притормозила. — Он всегда идёт именно летом, когда солнце устаёт светить. Этот дождь заряжен чистой энергией! Каждая капля, которая падает на тебя, придаёт суперсилу! Чувствуешь, как мышцы наливаются мощью?

Малыш неуверенно пошевелил плечами.

— Вроде... да...

— Ещё бы! — подмигнула бабушка, смахнув с носа каплю. — Но это ещё не всё! Главный секрет, о котором знают только опытные мореплаватели, вроде нас с тобой: этот ливень — как компас! Он указывает прямую дорогу ровно в то место, где пираты спрятали клад!

— Клад? — глаза у пацана округлились, слёзы мгновенно высохли, смытые дождём. — Настоящий?

— Самый что ни на есть! — бабушка картинно вытянула руку, указывая на светящуюся неоновую вывеску магазинчика «Сладкая Жизнь» через дорогу. — Видишь тот маяк? А вот и он!

Она наклонилась к уху внука и заговорщицким шёпотом, который, впрочем, был слышен даже мне, добавила:

— Там нас ждёт мороженое. И, по моим данным, они сегодня раскопали древние запасы шоколадной крошки!

ВНУТРЕННИЙ ТУМБЛЕР в голове ребёнка переключился с режима «Трагедия» на режим «Приключение» за долю секунды. Малыш захохотал, топнул ногой по луже, поднимая фонтан брызг, и рванул вперёд, увлекая бабушку за собой.

— Вперёд! На абордаж! — заорал он. — К сокровищнице!

— Не отставать! — скомандовала бабушка, и, несмотря на одышку и явно больные суставы, припустила за ним с такой скоростью и грацией, словно ей снова было двадцать.

Я стояла посреди улицы, мокрая до нитки, и смотрела им вслед. Вода заливала мне за шиворот, туфли окончательно превратились в аквариумы, но я... улыбалась. Злость на заказчика, на жару, на этот дурацкий дождь испарилась.

Это был полный улёт.

Бабушка — это не возраст. Это состояние души. Это уровень Бог.

Прожить на этой планете семь десятков лет, видеть, как меняются эпохи, как рушатся империи и дорожает гречка, знать, что колени болят к непогоде, а сердце иногда сбивается с ритма, и при этом сохранить способность БАЛОВАТЬСЯ?

Это же какой скилл нужно прокачать, чтобы вот так, на ходу, переписать реальность для маленького человека? Превратить дискомфорт в игру. Страх — в азарт. Холодную воду — в источник силы.

Я поняла, что стою и пялюсь на пустую улицу, как истукан.

— Эй, витражист, — сказала я сама себе. — А ты-то чего тормозишь? Клад сам себя не съест.

Ноги сами понесли меня к той же вывеске. Я зашла в магазинчик, звякнув колокольчиком над дверью. Внутри пахло ванилью, свежей выпечкой и тем особым уютом, который бывает только в маленьких частных лавочках. Кондиционер здесь работал мягко, не морозил, а окутывал прохладой.

За маленьким столиком у окна сидели мои «пираты». С них текло ручьями на кафельный пол, но им было абсолютно фиолетово.

Мальчик, болтая ногами, уплетал огромный шарик фисташкового мороженого в вафельном рожке. Бабушка, сняв шляпку и промокая лицо бумажной салфеткой, ела крем-брюле из креманки.

— Ну как, капитан? — спросила она. — Стоило оно того, чтобы промокнуть?

— Ага! — с набитым ртом ответил малыш. — Ба, а давай, когда съедим, пойдём ещё под дождём побегаем? Вдруг он нас к магазину игрушек приведёт?

Женщина рассмеялась. Смех у неё был глубокий, грудной, молодой.

— Ох, хитрый какой! Навигация так не работает, мой друг. Магия должна перезарядиться. Но мы можем попрыгать в лужах по дороге домой. Если, конечно, мама не узнает.

— Не узнает! — уверенно заявил внук. — Мы скажем, что нас накрыло волной!

Я подошла к прилавку. Продавщица, молоденькая девушка с веснушками, смотрела на меня с сочувствием.

— Вас тоже накрыло? — спросила она, кивая на мой костюм, который теперь был, мягко говоря, не от кутюр.

— Ещё как, — улыбнулась я. — Мне, пожалуйста, двойную порцию шоколадного. С крошкой. И знаете что...

Я повернулась к столику, где сидели бабушка с внуком.

— Простите, что вмешиваюсь, — сказала я громко. — Но я слышала, что этот дождь сегодня особенно волшебный.

Бабушка подняла на меня глаза. Они у неё были удивительно ясными, цвета выцветшей бирюзы. В них плясали озорные искорки. Она мгновенно считала ситуацию, оценила мой мокрый вид и мою улыбку.

— Абсолютно верно, милочка, — кивнула она с достоинством королевы в изгнании. — Энергетическая подпитка колоссальная.

— Я просто хотела сказать, — продолжила я, чувствуя себя немного глупо, но очень тепло, — что вы — крутой навигатор. Я чуть не заблудилась в шторме, но пошла за вами и тоже нашла сокровищницу.

Малыш посмотрел на меня с уважением.

— Вы тоже из нашей флотилии?

— Вроде того, — подмигнула я. — Юнга запаса.

— Тогда садитесь с нами! — щедро предложил он, двигая стул.

Я посмотрела на часы. Время поджимало, дома ждал кот и недоделанный эскиз, но... К ЧЁРТУ всё.

— С удовольствием, — сказала я.

Мы сидели и ели мороженое, пока за окном бушевала стихия. Бабушку звали Маргарита Львовна, а внука — Сашка. Оказалось, что Маргарита Львовна в прошлом работала реквизитором в кукольном театре.

— Знаете, деточка, — говорила она, аккуратно зачерпывая ложечкой подтаявшее лакомство, — я всю жизнь имела дело с бутафорией. Папье-маше, крашеный картон, фальшивые бриллианты. И я поняла одну вещь: неважно, из чего сделан твой реквизит. Важно, как ты его подаёшь.

— Это вы про дождь? — спросила я.

— И про дождь, и про старость, и про то, что у меня пенcия — кот наплакал, а спину ломит так, что хоть вой, — она усмехнулась. — Можно выйти на улицу и сказать: «Какой кошмар, я промокну, заболею и умру в муках». А можно сказать: «Это квест, и в конце дают сладкое». Результат физически один и тот же — ты мокрый. Но эмоционально — это две разные вселенные.

Я слушала её и думала о своём заказчике с его бабочками. О том, как я злилась из-за оттенка синего стекла. Какая же это всё ерунда. Запара на ровном месте.

— Вы правы, — сказала я. — Абсолютно правы.

— Ещё бы я была не права, — фыркнула Маргарита Львовна. — Я полвека на этой непростой земле учусь делать из лимона лимонад. А иногда и мохито, если повезёт.

Сашка доел рожок и теперь с интересом разглядывал свои перепачканные шоколадом руки.

— Ба, смотри, я теперь шоколадный монстр!

— Ужас какой, — с притворным испугом всплеснула руками бабушка. — Срочно нужна салфетка, иначе монстр испачкает нам всю репутацию!

Дождь за окном начал стихать. Грохочущий водопад превратился в спокойный, мерный поток. Солнце ещё не вышло, но небо стало светлее, обещая скорую радугу.

— Нам пора, капитан, — Маргарита Львовна посмотрела в окно. — Шторм утихает, нужно успеть домой до прихода адмирала. То есть мамы.

Она поднялась, опираясь на край стола. Я видела, что ей больно вставать, но она ничем не выдала этого Сашке. Лицо её оставалось спокойным и светлым.

— Спасибо вам, — сказала я невпопад.

— За что? — удивилась она.

— За урок навигации.

Она внимательно посмотрела на меня, поправила сбившуюся брошку на мокром платье.

— Держите нос по ветру, юнга. И помните: клады разбросаны везде. Главное — знать легенду.

Они вышли из магазина. Я видела через витрину, как Сашка взял бабушку за руку и они, смешно обходя большие лужи, побрели по блестящему тротуару.

Я доела своё мороженое, которое показалось мне самым вкусным за последние лет десять. Вышла на улицу. Воздух был свежим, чистым, пахло озоном и мокрой листвой. Мой дорогущий льняной костюм был безнадёжно испорчен, туфли, скорее всего, придётся выбросить.

Но мне было кайфово.

Я достала телефон и набрала номер заказчика.

— Алло, — раздался недовольный голос в трубке. — Вы переделали эскиз?

— Знаете, Игнат Петрович, — весело сказала я в трубку. — Я тут подумала... А давайте сделаем ваши крылья не синими, а ультрамариновыми? С подстветкой. Чтобы они горели, как небо после грозы.

В трубке повисла тишина.

— Ультрамарин... — задумчиво протянул он. — А что... в этом что-то есть! Это смело!

— Это волшебно, — поправила я. — Это будет настоящий клад.

Я отключилась и пошла домой по лужам, намеренно наступая в самые глубокие. Прохожие косились на взрослую тётку в мокром терракотовом костюме, которая шла и ухмылялась своим мыслям. Но мне было всё равно.

Я прошла испытание водой. Я получила свою порцию мороженого.

Урок усвоен.

Быть взрослым и скучным — это каждый дурак может. А вот сохранить в себе искру, чтобы в семьдесят лет искать сокровища под проливным дождём, не обращая внимания на артрит и мокрые ноги — это высший пилотаж.

Человек уровня восторг.

Бабушка уровня космос.

Где-то там, на соседней улице, маленький капитан и его штурман шли домой, оставляя за собой невидимый шлейф добра и лёгкого безумия, без которого этот мир был бы слишком серым и правильным. И я знала точно: когда мне будет семьдесят, я обязательно куплю себе фиолетовую шляпу и буду рассказывать внукам, что ветер — это дыхание дракона, а лужи — это порталы в другое измерение.

А пока... пока надо просто купить новые туфли. И, пожалуй, ещё одну порцию мороженого. Впрок. Ведь кто знает, когда ещё выпадет такой удачный, волшебный шторм?

ВЕТЕР дул мне в лицо, и он был тёплым. Жизнь, определённо, налаживалась.

КОНЕЦ.

Из серии «Светлые истории»
Автор: Елена Стриж ©
💖
Спасибо, что читаете мои рассказы! Если вам понравилось, поделитесь ссылкой с друзьями. Буду благодарен!