Фольклор о более поздних событиях уже не играл такой важной роли в формировании самосознания бурятского народа. Эти тексты отражают многообразные факты из истории, которые по тем или иным причинам остались в народной памяти.
1. Фольклор о жизни бурятских тайшей
Тайшами называли глав степных дум – органов бурятского самоуправления. Именно тайши занимали самый высокий статус среди бурят. Поэтому неудивительно, что подробности их жизни привлекали внимание людей. В народе рассказывали предания и пели песни о многих тайшах, сохраняя тем самым память об особенностях их характеров и биографии.
Одна из самых популярных таких историй – предание о хоринском тайше Дамбе-Дугаре Иринчееве и его жене Шойжид-хатан, известной своим сильным характером. Однажды российские власти потребовали, чтобы тайша выделил часть бурятских земель для русских переселенцев. Изначально они должны были занять земли Тугнуйской долины. Но это были родные края его жены. Шойжид добилась того, чтобы эти земли остались за бурятами. После смерти мужа Шойжид фактически заняла его должность и успешно противостояла попыткам сместить её. Неудивительно, что яркий и противоречивый образ этой женщины привлёк внимание людей, и она стала героиней ряда преданий.
Стал героем фольклора и другой хоринский тайша – Ринчин-Доржи Дымбилов. Сначала он прославился тем, что съездил в Петербург и принял там православную веру, причём его крёстным отцом стал сам российский император Николай I. Однако дальнейшая судьба тайши Дымбилова оказалась не столь успешной. Выяснилось, что он прсваивал себе деньги степной думы. Чтобы скрыть растрату, он решился на безумный поступок – сжёг здание степной думы, надеясь, что так навсегда исчезнут следы его преступления. Но правда вскрылась, тайшу сняли с его должности и приговорили к строгому наказанию. После этого о нём сложили порицающую песню:
Хориин ноён Дымбэлын
Хуряаһан мүнгөө хоридожо,
Хомхой сэдьхэлиин ташияалаар
Хориин думые шатааба.
Хоринский нойон Дымбилов,
Чтобы скрыть украденные деньги,
Из жадности своей
Сжёг хоринскую думу [Балдаев 1965, с. 64].
2. Доржи Банзаров в бурятском фольклоре
Доржи Банзаров – первый бурятский учёный с европейским образованием – тоже вошёл в фольклор. Существуют песни, исполняемые от лица самого Доржи Банзарова. Эти песни имеют скорбный, трагический характер – они напоминают о ранней смерти талантивого сына бурятского народа. В них Доржи обращается к своим отцу и матери и сожалеет, что больше не вернётся к ним, не будет их гордостью:
Эшэгэ эшэгэ дэгэлээ
Эргүүлжэ үмдэхэеэ болибоби,
Эхын хүбүүн Ринчин-Доржи
Эрьежэ ерэхэеэ болибоби.
Свой войлочный, войлочный дэгэл
Я больше не надену,
Сын матери, Ринчин-Доржи,
Я больше не возвращусь [Балдаев 1961, с. 67].
В другой песне обобщается жизненный путь Доржи Банзарова – он изучил множество языков и наук, но пал жертвой своих недоброжелателей:
Хариин олон хаанай хэлые
Харюулан шудалсан Доржи хөө,
Хаанай засагын хардалгаар
Хардуулажа нүгшэсэн Доржи хөө.
Языки многих заграничных ханов
Ответственно изучил Доржи,
Жертвой царской власти
Пал Доржи [Балдаев 1965, с. 70].
Здесь поддерживается распространённое мнение, что Доржи Банзаров оказался неугоден властям, и поэтому его убили. В действительности причина смерти учёного доподлинно не известна.
3. Фольклор о Первой мировой войне
Первая мировая война – одно из последних больших исторических событий, отклик на которое мы находим в традиционном бурятском фольклоре. Во время этой войны бурят отправили (реквизировали) на тыловые работы, что отразилось в народном песенном творчестве. Песни рассказывают о дальнем пути реквизированных бурят на запад России, передают их восприятие обстановки на тыловых работах:
Сагаан далайн хаяагаар
Сахилзуулаа вагоноор,
Саада Германай войнада
Сахюур зүрхэм шэлжэрнэ:
Сахюур зүрхэнэй шэлжэрхэдэ
Саазын шахаантай л аад, аргамгүй.
По берегу белого моря
Промчались (мы) в вагонах,
В войне с далекой Германией
Затрепетало мое сердце-кремень.
Хотя и трепещет сердце,
Держусь по воле закона... [Тулохонов, с. 207].
4. Революция в бурятском фольклоре
Не могла не отразиться в фольклоре и революция 1917 года, но сегодня бывает трудно понять, где действительно народное творчество об этом событии, а где – произведения, созданные по госзаказу. Дело в том, что в первые десятилетия советской власти возникла идея, что новое время должно породить новый фольклор – советский. Считалось, что если в старом фольклоре воспевались старые герои, то героями новых песен и преданий должны стать коммунисты и в первую очередь их предводители – Ленин и Сталин. В ответ на такой запрос стали появляться новые песни, улигеры, сказки и предания, посвящённые революции, гражданской войне, истории коммунистической партии и жизни её вождей. Но по существу это были уже произведения авторского творчества, предназначенные не для бытования в устной народной культуре, а для декламации с высоких подмостков и публикации на страницах газет, журналов и книг. Фольклорная форма в них использовалась для выражения нового идеологического содержания.
Тем не менее, конечно, тема революции и новой власти получила развитие и в собственно народной культуре. Появились, например, песни-прославления о Ленине, ёхорные песни о строительстве социализма, в которых традиионные формы дополнились новыми идеями. Есть основания полагать, что были в фольклоре не только восторженные, но и критические отклики на революцию и действия советской власти, но такие тексты в то время не распространяли открыто и, естественно, не фиксировали в научных экспедициях. Поэтому о таких явлениях в бурятском фольклоре нам сегодня достоверно ничего не известно.
Вы прочитали главу из книги: Исаков А. В. Бурятский исторический фольклор : учебное пособие. Улан-Удэ : Издательско-полиграфический комплекс ФГБОУ ВО ВСГИК, 2023. 60 с.
Телеграм-канал "Бурятская литература с Александром Исаковым"