* НАЧАЛО ПЕРВОЙ ЧАСТИ ЗДЕСЬ
* НАЧАЛО ВТОРОЙ ЧАСТИ ЗДЕСЬ
Глава 44.
- Не поднимайся, лежи, Куприян, - тихо проговорил ласковый голос, и Куприян вздрогнул, узнав Анюту, - Что же ты себя не поберёг? Нужно было обождать немного… Теперь вот будешь силы набираться, беспокойная душа!
- Аннушка, - Куприян взял в свою руку тёплую Анютину ладонь, - Ты мне не снишься, в самом деле пришла? А то вот бабушка Марья мне только что снилась, научила, как дело сладить. Только… не знаю, верно ли я её слова понял.
- Не снюсь, - усмехнулась Анна, - Как же я тебя оставлю, недужного. Вот и снадобье принесла, Ларион добыл Оленье яблоко на Совиной горке. А оно от любой хвори исцелит, силы даст, да и дух укрепит. Жаль вот, что люди извели его в этом мире, почти и не осталось, а раньше много было.
Анюта взяла со стола кружку с водой, добыла из висевшего на её поясе мешочка совсем махонький лубочный коробочек, оттуда и добавила в воду немного снадобья, а сама села на краешек Куприяновой кровати, подождав, пока он выпьет лекарство.
Напиток был вкусным, душистым, от него пахло осенним лесом и рябиной, и ещё чем-то знакомым, Куприян уже не разобрал. Может, это от волнения… Он смотрел на сидящую рядом с ним Анюту, на золотой завиток, выбившийся из косы и лежащий на нежной щеке.
От напитка в голове прояснилось, ноги и руки, до этого постоянно замерзавшие, наконец согрелись, на щеках появился румянец. И тот холод, который незримо поселился было в душе, теперь пропал. И от снадобья ли, или от того, что Анюта была так близко, рядом с ним, кровь быстрее побежала по жилам.
- Ну вот, теперь быстро на поправку пойдёшь, - кивнула Анна, вглядываясь в Куприяновы глаза, они из мутных превратились в ясные, какими были всегда, - Расскажи, что бабушка Марья тебе во сне поведала, может вместе быстрее смекнём, что к чему.
Куприян начал рассказывать. И про то, что видел в Змеином мире, где правит Чёрная Зиялат, и про то, что станется с городком, когда Ивар пять Шестокрылых кругов поставит. А уж когда встанет шестой…
- Тогда не быть тут ни нам, ни прочим людям, да и сама Книжная Лавка сгинет, чёрную дорогу откроет Шестокрыл, и там встанет наша Лавка. Все Пути и Перекрёстки, которое Лавка хранит на этом месте, и мы вместе с нею, погрузится во Мрак!
- Нужно помешать ему ставить эти круги, - Анюта потемнела лицом, - Я… мне нужно на них поглядеть…
- Нельзя, - отозвался Ермил, он появился в углу из темноты, как и всегда, затрещав синими искрами, - Тебе и сюда приходить нельзя, я говорил про это Лариону. Как он тебя отпустил? Ведь ты знаешь, что будет, попади ты в руки Ивару!
- Ларион не знает, что я здесь, - смутилась Анна, - Он ушёл за Белые холмы, искать Путь на Пажи́тину Пустошь. А про Ивара я знаю… но ведь на Лавке стоит обережница, самая сильная, какая и была когда либо здесь. Кровь Хранительницы и Ратника, это не пустая вода! Никто до меня здесь не доберётся, а Куприяну нужно поскорее поправляться, и я принесла снадобье! Как он здесь, один-то… с таким сладит…, - Анюта покраснела от Ермиловой хитрой улыбки и замолчала.
Куприяну так сделалось горячо на душе от Анютиных слов, он снова нашёл её ладонь и тихонько сжал. Тонкие пальчики вздрогнули, но руки Анюта не отняла, и даже… может быть Куприяну это показалось, но будто и она легонько сжала его руку в ответ.
- Ну, расскажи, чего Марья присоветовала, как помешать ставить Шестокрылы? – спросил Ермил, - Я сегодня был у Савелия Мироныча, он ничего у себя не отыскал. Сказал, что надо на Иволгин Кряж наведаться, там… у Ялети спросить. Правда, уж больно характер у Ялети этой скверный, попробуй выпроси у неё.
- Почему? Она чёрное ведовство знает? – спросил Куприян.
- Нет. Она просто род людской не любит. За то, что почитай всех её сородичей с родной земли прогнали. Люди, Куприян, они в каждом мире люди… Покоя не знают, дай им кого-нибудь да повоевать, словно без этого им жизнь немила.
- Бабушка Марья сказала, что нужно добыть то, что кузнец не куёт, но оно крепко… хоть иногда и плачет. И оно хранит цветок, который люди мать-и-мачехой прозвали. Я думаю, что это она про лёд говорила. Твёрдый, и кузнец не ковал, а весной плачет. Только почему цветок мать-и-мачехи упомянула, тут я пока ещё не смекнул.
- А видать не зря Ларион-то наш на Пажитину Пустошь ищет тропу, - задумчиво проговорила Анна, - Да вот только, если я верно поняла бабушкины речи – туда нам дорога предстоит. Никто, кроме человека, туда пройти не сможет. Два Стража не пустят, любого, кто на тропу ступит, тут же сгубят.
- Это куда «нам дорога предстоит»? Кому же – нам? – беспокойно спросил Ермил, - И как ты, Анна, знаешь, что только человеку там пройти! Нет уж, я вас одних не пущу никуда, тем более на Пустошь эту, проклятое место! Нам, помощникам, туда хода нет, тропу можем найти, а ступить на неё только человек может.
- Я сам пойду. Сейчас немного оправлюсь, вон как Аннушкино снадобье помогает, я вот уже и вставать могу. И есть хочу, сил нет, - признался Куприян, и словно в подтверждение его слов в животе у него заворчало.
Чуть позже они сидели в тёмной кухне, только маленький огонёк лампы светился на столе, да в углу у печи пыхтела поставленная Акулиной Петровной квашня. Куприян с аппетитом ел пирог, запивая молоком, и слушал, что говорил Ермил.
- Верно всё, нам сперва придётся Шестокрылые круги извести, потому что они не позволят нам дальше дело справлять! Ивар – это не жадный мельник Спиридон, к нему просто так не подобраться! И вот вроде просто всё – отдать ему зеркальце и заставить в него поглядеть… и тогда сгинет его чёрная душа! Только вот ежели мельник не мог с собой совладать, то Ивар добром то зеркальце и не возьмёт. Как у нас в этот раз вышло – вон, когда от прядильщика сии места избавляли, ничего не знали – на кого только не думали, и как с ним сладить не знали. По наитию, словно само пришло… А тут, знаем, кто чёрное зло творит, и чем его ущучить тоже нам ведомо! Да что ущучить – у нас и вещица заветная на руках, да в гости к Ивару с той вещицей не отправишься. Мало того, он сам нас того и гляди ущучит своим Шестокрылом! И откуда только знание таковое получил, оно ведь даже от избранных давно сокрыто!
- Что теперь гадать, - сказала Анюта, - Придёт время, тогда и узнаем, всегда так было. Не одни мы порядок стережём, за нами многие… Сперва с Шестокрылом Иваровым управимся, а потом и дальше думать будем. Бабушка Марья говорила, что Ивар многие годы провёл в иных землях, и он в учениках ходил у одного чернокнижника. Тому даны были силы, он мог время остановить на годы, не на дни, и потому поди теперь угадай, сколько лет, а может и веков прожил Ивар, переходя путями…
После еды силы почти полностью вернулись к Куприяну, только в сон немного клонило, когда пошли они с Анютой в Лавку.
Сидор Ильич снова не закрыл витринное окно ставнями, ночи теперь не были такими морозными, всё ближе чувствовалось тёплое дыхание весны… И вот теперь, когда они вдвоём стояли перед широким витринным стеклом, не мостовая им показалась, и не дома по другую сторону… Всё ушло, словно свернулось в клубок и сгинуло в наползающем мраке третьего круга Шестокрыла. Он прибавлял медленно, но верно, виляя по узким улочкам и принося с собой зло. Пока это не было Великим злом, а так, вроде бы ерунда… вот муж вдруг ни с того, ни с сего ударил любимую жену, показалось ему, что та на соседа глядит игриво. А вот, в другом дворе, хозяин с остервенением пнул пса за то, что тот под ноги попался.
Всё это приходило с третьим кругом и прибавляло его, давало силы протягивать невидимые черные нити дальше и дальше. Куприян глядел в стекло, потом посмотрел на бледное Анютино лицо.
- Не бойся, мы это остановим. Не дадим замкнуть третий круг, добудем то, что нужно.
Чёрная тень отпрянула от Лавки, с другой стороны витринного стекла, словно уколовшись о добрые Куприяновы слова. Тень приняла очертания человека в тёмном плаще, с белым посохом в руках. Он стоял поодаль и пристально смотрел в витринное окно, глаза его горели белым огнём.
- Не спасёт тебя Обережница на твоей крови! – гулкий голос раздавался словно бы внутри Куприяна, или внутри Лавки, - Сгинешь ты, сгинет и обережница, я войду туда и станут моими Пути! А та, которую ты любишь, ляжет на жертвенный камень и отдаст своё сердце той, кому я прикажу явиться на мой зов!
Продолжение будет здесь.
Дорогие Друзья, рассказ публикуется по будним дням, в субботу и воскресенье главы не выходят.
Все текстовые материалы канала "Сказы старого мельника" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025