— Где твой муж вообще шляется? — Раиса Сергеевна расхаживала по гостиной, и её каблуки отбивали дробь по паркету. — Вечно его нет, когда нужен! А ты тут развела бардак, посмотри на себя!
Настя сидела на диване, сжав в руках включённый диктофон в кармане халата. Запись уже шла вторую минуту. Малыш спал в соседней комнате, а свекровь явилась без звонка, как всегда — открыла дверь своим ключом, около девяти вечера.
— Раиса Сергеевна, мы договаривались, что вы будете предупреждать о визитах...
— Договаривались! — свекровь остановилась, оперевшись руками на спинку кресла. — Это мой сын живёт здесь, между прочим. И квартира наша, если что. Я могу приходить когда захочу.
Настя промолчала. Спорить было бесполезно, она уже знала. Пять лет замужества научили её многому, но главное — молчать в нужный момент. Свекровь ждала скандала, питалась ими, как вампир кровью. А Насте нужны были доказательства.
— Ребёнок спит? — тон Раисы Сергеевны смягчился на секунду.
— Да, уложила в восемь.
— Рано. Избаловала уже. Он у тебя капризный растёт.
Настя смотрела на женщину, которая ни разу — ни разу! — не посидела с внуком. Когда Тимофею было три месяца, и врачи положили Настю в больницу с обострением, свекровь отказалась наотрез: «У меня своя жизнь, я уже своих детей вырастила». Тогда спасла мамина подруга, приехала из Воронежа на две недели.
— Он не капризный, — тихо сказала Настя. — Просто режутся зубы.
— Зубы! Всегда у тебя отмазки. То зубы, то животик, то ещё что-нибудь. Я вот троих вырастила, и никто не ныл.
«Троих» — это было её любимое оружие. Три сына, все при должностях, все при деньгах. Старший — директор филиала банка, средний — владелец строительной фирмы, младший — Кирилл, Настин муж — руководитель отдела продаж в крупной компании. Раиса Сергеевна обожала напоминать, какая она мать-героиня.
Только вот никто не знал, что детей растила в основном бабушка. Сама Раиса Сергеевна всегда была занята карьерой: начальник отдела кадров на заводе, потом замдиректора, потом ещё выше. Железная хватка, холодный расчёт. Она умела добиваться своего.
— Ты опять в халате? — свекровь скривилась. — Кирилл с работы придёт, а ты как... как уборщица какая-то.
Настя сглотнула. В кармане диктофон продолжал работать.
— Я днём убиралась, готовила. Тимофей весь день на руках висел, зубы болят. Не успела переодеться.
— Не успела! — Раиса Сергеевна взмахнула рукой. — Я в твои годы на двух работах пахала, троих детей растила, и всегда была при параде. А ты что? Один ребёнок, и то не справляешься!
Настя почувствовала, как внутри всё сжимается. Она знала, что сейчас начнётся. Всегда так: свекровь приезжала, заводила пластинку, и дальше по накатанной. Раньше Настя пыталась оправдываться, спорить. Теперь молчала и записывала.
— Где Кирилл? — повторила Раиса Сергеевна. — Почему его нет в девять вечера дома?
— Задержался на работе. Сдают квартальный отчёт.
— Отчёт, — протянула свекровь, и в голосе её прозвучало что-то неприятное. — Знаешь, Настенька, мужчины задерживаются на работе по разным причинам. Ты бы за собой следила получше. Вон, в зеркало давно смотрелась?
Удар был точным. Настя после родов набрала вес, сбросить никак не получалось — времени на спортзал не было, да и сил. Кирилл говорил, что ему всё равно, но свекровь регулярно напоминала о лишних килограммах.
— Я стараюсь, — выдавила Настя.
— Стараешься, — фыркнула Раиса Сергеевна. — Сидишь дома, телевизор смотришь. Старайся лучше! А то муж к другой уйдёт, и правильно сделает.
Настя сжала кулаки. Диктофон в кармане грел ладонь.
— Раиса Сергеевна, зачем вы приехали? — она решила перейти в наступление. — Если что-то нужно от Кирилла, позвоните ему.
— Ах вот как! — свекровь выпрямилась. — Меня из дома выгоняешь? Из квартиры моего сына?
— Я не выгоняю. Просто у меня дела, Тимофей может проснуться...
— Дела у неё! — Раиса Сергеевна прошлась к окну, посмотрела на заснеженный двор. — Слушай, Настя. Я сегодня встретила Веру Ивановну, помнишь её? Она в соседнем подъезде живёт. Так вот, она мне рассказала...
Настя замерла. Вера Ивановна — местная сплетница, знала про всех всё.
— Что рассказала?
— А то, что твой муж в пятницу вечером около одиннадцати приехал не один. С какой-то девушкой в машине сидел. Минут двадцать разговаривали.
Сердце ухнуло вниз. Кирилл в пятницу действительно поздно вернулся, сказал — корпоратив был. Настя не придала значения.
— Это...
— Это что? — свекровь повернулась, и на лице её играла торжествующая улыбка. — Ты даже не знала, да? Вот видишь, к чему твоя тупость привела!
Настя встала с дивана. Ноги подкашивались, но она заставила себя выпрямиться.
— Раиса Сергеевна, я не понимаю, зачем вы мне это говорите. Хотите поссорить нас?
— Хочу открыть тебе глаза! — свекровь подошла ближе. — Ты испортила моего сына своей тупостью! Он был перспективным, умным, а женился на тебе — и что? Сидит на одном месте уже пять лет. Карьера не растёт. И всё почему? Потому что ты балласт! Ты его тянешь вниз!
Вот оно. То, ради чего Настя всё это терпела. Ради этих слов.
— Я балласт?
— Да! — Раиса Сергеевна разошлась не на шутку. — Он мог жениться на дочке Смирнова, ты знаешь, кто это? Владелец сети магазинов! А выбрал тебя, из какой-то обычной семьи. Отец у тебя кто? Инженер на пенсии? Мать — учительница? Никаких связей, никаких возможностей!
Настя слушала и записывала. Каждое слово. Она знала — это только начало.
— Вы знаете, Раиса Сергеевна, — Настя говорила медленно, взвешивая каждое слово, — я тоже кое-что знаю. Про пятницу.
Свекровь насторожилась. Что-то в голосе невестки изменилось — появилась твёрдость, которой раньше не было.
— Что ты знаешь?
— Я знаю, что девушку зовут Светлана. Ей двадцать семь. Она работает в головном офисе компании, в департаменте маркетинга. — Настя достала из кармана халата не только диктофон, но и телефон. Открыла галерею. — Вот они вместе выходят из ресторана на Тверской. Это было в среду. А вот — в субботу, когда Кирилл сказал, что едет на дачу к Максиму.
Раиса Сергеевна побледнела. Схватила телефон, стала листать фотографии. Кирилл и стройная блондинка. Держатся за руки. Целуются возле его машины. Заходят в подъезд на Кутузовском.
— Откуда... как ты...
— Я не такая тупая, как вы думаете, — Настя забрала телефон обратно. — Заметила ещё месяц назад. Духи чужие на его рубашке. Счета из ресторанов, где мы никогда не были. Он стал часто задерживаться, ездить по выходным непонятно куда.
— И ты молчала?
— Я собирала информацию. — Настя прошла к столу, налила себе воды из графина. Руки дрожали, но она держалась. — Наняла частного детектива. Он работал две недели. Вот отчёт.
Она протянула свекрови папку. Та открыла, пробежала глазами.
— Господи... — Раиса Сергеевна опустилась в кресло.
— Там всё. Где встречались, когда, сколько раз. Даже сняли квартиру на двоих, посуточно пока, но собираются долгосрочно арендовать. — Настя сделала глоток воды. — Знаете, что самое интересное?
Свекровь молчала, уставившись в документы.
— Детектив выяснил, как они познакомились. Оказывается, Светлана пришла в компанию полгода назад. И знаете, кто её рекомендовал? Кто передал резюме лично директору?
Тишина.
— Вы, Раиса Сергеевна. Это ваша знакомая. Дочка вашей подруги Татьяны, с которой вы в фитнес-клуб ходите.
Раиса Сергеевна вскинула голову.
— Это неправда!
— Правда, — Настя достала ещё один листок. — Вот переписка Светланы с мамой. Детектив постарался. «Мама, Раиса Сергеевна такая милая! Познакомила меня со своим сыном, говорит, что его жена совсем не пара ему. Кирилл действительно интересный мужчина».
— Я... я просто помогла девочке с работой! — свекровь вскочила. — Это не значит...
— А вот ещё, — Настя перебила её, листая сообщения в телефоне. — «Раиса Сергеевна сказала, что они с женой все равно разведутся. Что она его уговаривает уже давно. Что я — именно то, что нужно для его карьеры». Дальше читать?
Лицо свекрови из бледного стало красным.
— Ты... ты шпионила за моей перепиской?
— За её перепиской, — поправила Настя. — Детектив умеет работать. За такие деньги должен уметь. Пятьдесят тысяч стоило расследование. Я копила с той самой суммы, что вы дали на день рождения Тимофея. Помните? Сто тысяч в конверте. Сказали — на внука потратьте. Вот я и потратила. На его будущее.
Раиса Сергеевна металась по комнате.
— Ты не понимаешь! Я хотела лучшего для сына! Светлана — она из нашего круга, её отец...
— Её отец владелец сети аптек, я знаю, — Настя кивнула. — Связи, деньги, перспективы. Всё то, чего нет у меня. Вы решили устроить Кириллу судьбу получше. Только забыли спросить, а нужно ли ему это.
— Нужно! Конечно, нужно! Он сам говорил, что устал от этой жизни, от...
— От меня? — Настя улыбнулась. Странная, горькая улыбка. — Вы правда думаете, что он вам такое говорил? Или вы сами ему внушили эту мысль?
Свекровь замолчала.
— Знаете, что я ещё выяснила? — Настя подошла к окну. — Кирилл совсем не собирается разводиться. Светлане он обещает, что вот-вот, ещё немного. А сам покупает билеты на наш семейный отпуск в Турцию. На июль. Уже оплатил. Втроём — я, он и Тимофей.
— Это ложь!
— Вот подтверждение с его почты, — Настя показала скриншот. — Он хочет и там, и здесь усидеть. Семью сохранить и любовницу не потерять. Удобно, правда?
Раиса Сергеевна опустилась обратно в кресло. Впервые за все годы знакомства Настя видела её растерянной.
— Что ты хочешь?
— Я? — Настя повернулась к ней. — Я хочу, чтобы вы перестали приходить сюда без предупреждения. Хочу, чтобы вы перестали учить меня жизни. И хочу, чтобы вы сказали Светлане правду — что Кирилл её обманывает.
— Никогда!
— Тогда это сделаю я, — Настя пожала плечами. — У меня есть её номер. И номер её мамы, вашей подруги Татьяны. Интересно, она знает, что её дочь встречается с женатым мужчиной? Что вы, её лучшая подруга, свела их?
— Ты не посмеешь!
— Посмею, — Настя села на диван. — Знаете, Раиса Сергеевна, я пять лет терпела. Ваши колкости, ваши поучения, ваше хамство. Молчала, потому что любила Кирилла. Думала — семья, надо сохранять, ради ребёнка. Но сейчас я поняла — моя семья была разрушена не мной. Вами.
— Глупости!
— Вы хотели идеальную невестку. Богатую, с нужными связями, покорную. Я не подошла. И вы решили исправить ситуацию. Подобрали замену. Познакомили сына с другой. Толкнули их друг к другу.
Свекровь молчала, сжав губы.
— Только вот просчитались, — продолжала Настя. — Кирилл слабый. Он не уйдёт от меня. Ему удобно — дома порядок, ужин готов, сын воспитан. А Светлана — это развлечение. Острые ощущения. Он наиграется и бросит её.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я его знаю. Пять лет вместе. Он никогда не пойдёт на конфликт, на громкий разрыв. — Настя встала. — А теперь уходите. И ключи оставьте. От нашей квартиры.
— Что?!
— Вы слышали. Положите ключи на стол и уходите. Или я прямо сейчас звоню Татьяне.
Настя подняла телефон, нашла контакт. Палец завис над кнопкой вызова.
Раиса Сергеевна смотрела на неё долгим взглядом. Потом полезла в сумочку, достала связку ключей. Отсоединила один. Швырнула на стол.
— Пожалеешь, — процедила она.
— Может быть, — согласилась Настя. — Но это будет моё решение. Моя жизнь.
Свекровь развернулась и пошла к выходу.
Дверь захлопнулась. Настя осталась одна в тишине гостиной. Руки наконец-то задрожали по-настоящему, ноги подкосились. Она опустилась на диван и достала диктофон из кармана. Остановила запись. Сорок три минуты. Всё записано.
Через полчаса пришёл Кирилл. Весёлый, с букетом роз.
— Привет, солнце! Как день прошёл?
Настя смотрела на него с дивана. На мужчину, которого когда-то любила. Которому родила сына. С которым планировала прожить жизнь.
— Хорошо, — ответила она. — Твоя мама приходила.
Кирилл поморщился.
— Опять? Что ей надо было?
— Поговорить. — Настя взяла со стола папку с отчётом детектива. — Присядь, Кирилл. Нам тоже нужно поговорить.
Он увидел папку, и лицо его изменилось. Сначала непонимание, потом осознание, потом страх.
— Настя, это...
— Не надо, — она подняла руку. — Я всё знаю. О Светлане. О квартире. О том, что вы встречаетесь уже четыре месяца.
Тишина. Кирилл опустился в кресло, где час назад сидела его мать.
— Я хотел сказать...
— Когда? Когда мы поедем в Турцию в июле? — Настя положила перед ним распечатку брони. — Или когда я случайно узнаю от соседей?
Он молчал, уставившись в пол.
— Знаешь, что самое обидное? — Настя говорила спокойно, удивляясь собственному спокойствию. — Не то, что у тебя появилась другая. Люди меняются, чувства угасают, это жизнь. Обидно, что ты трус. Что не смог просто прийти и сказать: «Настя, у меня к тебе чувств больше нет. Давай разойдёмся по-человечески».
— Я не хотел тебя ранить...
— Не хотел ранить?! — впервые за вечер она повысила голос. — Ты завёл любовницу! Встречался с ней, пока я сидела дома с твоим сыном! Тратил на неё деньги, которые должны идти на семью!
— Настя, прости, я...
— И самое мерзкое, — она перебила его, — что твоя мать свела вас. Специально познакомила тебя со Светланой. Рассказала ей, какая я плохая жена. Толкнула вас друг к другу.
Кирилл поднял голову.
— Что?
— Вот, — Настя протянула ему распечатки переписок. — Читай. Твоя мама решила улучшить твою жизнь. Подобрала невесту получше.
Он читал, и лицо его темнело.
— Мама не могла... она бы не...
— Могла и сделала. — Настя встала, подошла к окну. — Знаешь, что я решила? Я ухожу. Завтра утром беру Тимофея и уезжаю к родителям. Подам на развод.
— Настя, подожди!
— Не надо, — она повернулась к нему. — Не надо меня уговаривать. Пять лет я была удобной. Готовила, убирала, растила ребёнка, терпела твою мать. А ты? Ты позволял ей унижать меня. Ни разу не заступился. Ни разу не сказал ей: «Мама, хватит».
Кирилл сжал кулаки.
— Я... я не знал, что она так с тобой разговаривает...
— Врёшь, — просто сказала Настя. — Ты знал. Просто тебе было всё равно. Потому что мама — это связи, деньги, возможности. А я — просто жена.
Она взяла телефон, открыла контакты.
— Сейчас я позвоню Светлане. Скажу ей правду — что ты не собираешься разводиться. Что она для тебя просто развлечение.
— Не надо!
— Почему? — Настя посмотрела на него. — Жалко девушку? Или боишься, что она расскажет её отцу? Что скандал испортит тебе репутацию?
Кирилл молчал. И этого молчания было достаточно.
— Вот и ответ, — Настя набрала номер.
Светлана ответила на третий гудок. Голос молодой, звонкий.
— Алло?
— Добрый вечер, Светлана. Меня зовут Настя. Я жена Кирилла.
Пауза.
— Я... я не понимаю...
— Понимаете прекрасно, — Настя говорила ровно. — Хочу вас предупредить. Кирилл не разведётся со мной. Никогда. Он купил путёвки на семейный отдых на июль. Он планирует жить со мной дальше. А вы для него — временное увлечение.
— Это неправда! Кирилл любит меня!
— Кирилл сидит сейчас передо мной, — Настя включила громкую связь. — Спросите его сами. Кирилл, ты хочешь разводиться?
Он сидел бледный, не поднимая глаз.
— Кирилл! — крикнула Светлана из трубки. — Скажи ей! Скажи, что ты любишь меня!
Тишина.
— Вот видите, — Настя отключила громкую связь. — Ещё хочу сказать — это его мать вас познакомила. Раиса Сергеевна. Ваша мама, Татьяна, её подруга. Они вместе это придумали. Подобрать Кириллу жену получше.
— Что?! Мама не могла...
— Могла. Спросите её. — Настя посмотрела на Кирилла. — А я ухожу от него. Завтра подаю на развод. Так что он скоро будет свободен. Если захотите подождать — ваше право.
Она положила трубку.
Кирилл сидел, опустив голову.
— Что теперь? — спросил он тихо.
— Теперь ты живёшь так, как хочешь, — Настя собрала документы в папку. — Без меня. Без Тимофея. Будешь видеться по выходным, если захочешь. Алименты переводи вовремя.
— А квартира?
— Квартира ваша, я не претендую. — Настя пошла в спальню. — Я хочу только одного — чтобы твоя мать не приближалась к моему сыну. Никогда.
Через неделю Настя жила у родителей в Подмосково. Подала на развод. Устроилась на удалённую работу — рерайтером в интернет-журнал. Деньги небольшие, но свои.
Кирилл звонил каждый день. Просил вернуться. Обещал разорвать со Светланой. Клялся, что одёрнет мать.
Настя слушала и отключалась.
Через месяц пришло сообщение от Раисы Сергеевны: «Ты разрушила жизнь моему сыну».
Настя ответила коротко: «Нет. Я освободила его от лжи. И себя тоже».
А ещё через месяц, когда Настя забирала Тимофея после встречи с отцом, Кирилл сказал:
— Мама больше не вмешивается. Я поставил её на место. Прости, что не сделал этого раньше.
Настя кивнула.
— Поздно, Кирилл. Слишком поздно.
Она взяла сына за руку и пошла к выходу. Впереди была новая жизнь. Без унижений. Без фальши. Своя.
И впервые за пять лет Настя почувствовала себя свободной.