Гражданская война в США — это не только пафос «Унесенных ветром», благородный профиль Роберта Ли и мрачная решимость Улисса Гранта. Если заглянуть за кулисы этого кровавого спектакля, можно обнаружить парад таких персонажей, что сценаристы комедийных сериалов нервно закурят в сторонке. Некомпетентность, граничащая с искусством, эксцентричность, переходящая в безумие, и фатальное невезение — вот из чего состояли будни многих командиров той эпохи.
История войн знает много плохих генералов. Но был один человек, который возвел неудачу в абсолют. Человек, чье имя стало нарицательным не благодаря военным триумфам, а благодаря растительности на лице. Человек, который мог проиграть сражение, имея все козыри на руках, и при этом сохранить удивительное, почти детское простодушие.
Это сага об Эмброузе Бернсайде — генерале, который подарил миру слово «бакенбарды» (sideburns), а своей армии — серию самых нелепых и трагических катастроф в американской истории. Но прежде чем мы перейдем к его «подвигам», стоит взглянуть на ту кунсткамеру, в которой ему приходилось служить.
Галерея странностей: от толстяка до святоши
К началу войны в 1861 году американская армия находилась в состоянии, которое врачи назвали бы «клиническим». Верховным главнокомандующим армии Союза был Уинфилд Скотт. Легенда, герой войны с Мексикой, человек-монумент. Проблема была в том, что монумент оказался слишком тяжелым.
Скотт был настолько тучным, что не мог самостоятельно забраться на лошадь. Его приходилось поднимать специальной лебедкой. В железнодорожный вагон он тоже не пролезал без посторонней помощи. Этот «Наполеон» (кстати, весьма неглупый стратег, придумавший план «Анаконда», который в итоге и удушил Юг) физически не мог командовать войсками в поле. Он фактически передал бразды правления Роберту Ли, считая его своим преемником. Ли, как известно, поблагодарил за доверие, уволился и уехал командовать армией врага. Так Союз остался без головы.
На другой стороне, в стане Конфедерации, тоже хватало колоритных личностей. Взять хотя бы Томаса Джексона. Весь мир знает его как «Каменную Стену» (Stonewall Jackson) — прозвище, полученное в первой битве при Булл-Ран, где он сидел на лошади под градом пуль с невозмутимостью сфинкса. Но его солдаты знали и другую сторону своего кумира.
Джексон был религиозным фанатиком и ипохондриком высшей пробы. Его прозвали «Дьякон Джексон» за то, что он отказывался сражаться по воскресеньям (если только враг не настаивал). Он верил, что одно его плечо тяжелее другого, поэтому часто ходил с поднятой вверх рукой, чтобы «уравновесить кровь» и позволить ей оттечь к сердцу. Он не ел перец, потому что считал, что тот вызывает слабость в левой ноге, зато постоянно сосал лимоны, даже в разгар боя.
Представьте себе картину: идет бой, ядра рвут землю, а генерал с поднятой рукой насасывает лимон и молится. В битве при Механиксвилле он вообще ушел на холм и просидел там весь день в медитации, отказываясь разговаривать с кем-либо, пока его войска несли потери. Ирония судьбы настигла его при Чанселорсвилле: его подстрелили собственные часовые, перепутав в темноте с кавалерией северян.
Но даже на фоне этих эксцентриков Эмброуз Бернсайд выделялся, как слон в посудной лавке.
Человек-бакенбарда
Эмброуз Эверет Бернсайд был славным малым. Все современники отмечали его дружелюбие, скромность и обаяние. А еще у него были волосы. Много волос. Он носил усы, которые плавно перетекали в огромные, пушистые бакенбарды, соединяющиеся с прической, но при этом подбородок был гладко выбрит. Этот стиль был настолько уникален, что его фамилию перевернули: burnsides превратилось в sideburns.
Если бы он остался политиком или изобретателем (он запатентовал казнозарядный карабин), его бы запомнили как приятного джентльмена. Но война забросила его в генеральское седло. И тут выяснилось страшное: Бернсайд был феноменально некомпетентен. Он обладал уникальным талантом: любое преимущество — численное, тактическое, географическое — он мог превратить в катастрофу.
Самое смешное (и грустное), что Бернсайд сам это знал. Он дважды отказывался от предложения Линкольна возглавить Потомакскую армию, честно заявляя: «Я не компетентен для командования такой большой армией». Но Линкольн, перебрав кучу самовлюбленных павлинов, решил, что скромность — это признак гения. В третий раз Бернсайд согласился. Зря.
Мост в никуда: трагедия при Антиетаме
Сентябрь 1862 года. Битва при Антиетаме — самый кровавый день в истории США. Бернсайд командует корпусом на левом фланге. Его задача проста: пересечь ручей Антиетам-Крик и ударить по южанам.
Перед ним — узкий каменный мост (теперь он называется «Мост Бернсайда»). Шириной всего в пару метров. На том берегу, на высоком лесистом гребне, сидят снайперы конфедератов из Джорджии. Их всего несколько сотен, у Бернсайда — более 12 тысяч человек.
Что делает нормальный генерал? Ищет брод. Отправляет разведку. Охватывает позицию.
Что делает Бернсайд? Он приказывает штурмовать мост в лоб.
Час за часом колонны северян пытаются втиснуться в это узкое горлышко. Снайперы южан стреляют, как в тире. Люди падают, устилая мост телами. Атака захлебывается, Бернсайд посылает новую волну. Это продолжалось несколько часов.
В конце концов, северяне прорвались (просто задавив врага массой). Но время было упущено. Генерал Ли успел подтянуть резервы и спасти свою армию от разгрома.
А теперь — главный нюанс. После боя выяснилось, что ручей Антиетам-Крик в том месте был... по пояс. Его можно было перейти вброд в любом месте, не замочив пороховниц. Тысячи людей погибли и были ранены, штурмуя мост, который вообще не был нужен, просто потому что генерал не удосужился послать солдата с палкой померить глубину.
Линкольн, видимо, решил, что это была хитрая тактическая задумка, и повысил Бернсайда.
Фредериксбург: мясорубка у каменной стены
Декабрь 1862 года. Бернсайд теперь командует всей армией. Он решает идти на Ричмонд, столицу Конфедерации. На его пути город Фредериксбург.
Генерал Ли занял идеальную оборону на высотах Мари за городом. У подножия холма шла дорога, окаймленная каменной стеной. За стеной сидели стрелки южан, а выше стояла артиллерия. Это была крепость. Атаковать её в лоб было самоубийством.
Бернсайд посмотрел на карту, погладил бакенбарды и скомандовал: «Вперед».
13 декабря началась бойня. Северяне шли плотными рядами по открытому полю. Артиллерия южан выкашивала в них целые просеки. Те, кто доходил до каменной стены, попадали под залповый огонь пехоты.
Бернсайд посылал в атаку дивизию за дивизией. Четырнадцать атак! Солдаты шли по телам своих товарищей, чтобы разделить их участь. Ирландская бригада Союза была уничтожена почти полностью. Генерал Ли, глядя на это с холма, произнес свою знаменитую фразу: «Хорошо, что война так ужасна, иначе мы бы полюбили её».
Бернсайд был в штабе, далеко от передовой. Когда ему докладывали о потерях, он хватался за голову и кричал: «Эти люди! О, эти люди!». Но приказ не отменял. Погибло и было ранено более 12 тысяч северян. Южане потеряли в разы меньше.
Это было не поражение. Это было избиение.
Грязевой марш: война с погодой
После такого фиаско любой другой генерал ушел бы в монастырь. Но Бернсайд был упрям. В январе 1863 года он решил реабилитироваться и придумал хитрый (как ему казалось) обходной маневр.
Армия выступила в поход. И тут начался дождь.
Это был не просто дождь. Это был библейский потоп. Дороги Вирджинии, не знавшие асфальта, мгновенно превратились в болото из жидкой глины. Армия застряла.
Это событие вошло в историю как «Грязевой марш» (Mud March). Пушки тонули по самые оси. Лошади и мулы падали от истощения, увязая в грязи. Солдаты шли по колено в ледяной жиже.
На другом берегу реки Раппаханнок за этим цирком наблюдали солдаты Конфедерации. Они веселились от души. Южане рисовали плакаты на простынях и вывешивали их так, чтобы видел противник: «БЕРНСАЙД ЗАСТРЯЛ В ГРЯЗИ» (BURNSIDE STUCK IN THE MUD) или «ЭТОТ ПУТЬ В РИЧМОНД».
Через три дня героического сражения с лужами Бернсайд сдался. Армия вернулась в лагерь, грязная, униженная и злая. Линкольн наконец-то снял его с должности главнокомандующего. Но не уволил! Бернсайд остался командовать корпусом. Ведь у него еще оставались солдаты, которых можно было угробить.
Битва у Воронки: апофеоз нелепости
Июнь 1864 года. Осада Петерсберга. Война стала позиционной, предвещая ужасы Первой мировой. Траншеи, колючая проволока, снайперы.
В корпусе Бернсайда служил 48-й Пенсильванский полк. Он состоял из бывших шахтеров. Ребята посмотрели на форт конфедератов, который стоял на холме всего в 100 метрах, и сказали: «Генерал, мы можем прорыть туннель, заложить взрывчатку и отправить этих парней на Луну».
План был дерзким и блестящим. Бернсайд загорелся. Шахтеры прорыли туннель длиной 150 метров. В конце заложили 4 тонны пороха.
Бернсайд специально готовил дивизию чернокожих солдат для атаки. Их тренировали не просто бежать вперед, а обходить место взрыва с флангов, чтобы ворваться в тыл врага.
Но в последний момент вмешалась политика. Генерал Мид (начальник Бернсайда) запретил использовать чернокожих солдат в первой волне. Он побоялся, что если атака провалится, его обвинят в том, что он использовал бывших рабов как пушечное мясо.
Бернсайду пришлось менять план за несколько часов до атаки. Вместо обученных маневру солдат он послал дивизию генерала Ледли. А Ледли был известен тем, что во время боя предпочитал сидеть в блиндаже и пить ром (что он, собственно, и сделал во время этой битвы).
30 июля 1864 года прогремел взрыв. Это было грандиозно. Форт исчез. На его месте образовался кратер длиной 50 метров, шириной 25 и глубиной 9 метров. Около 300 южан погибли мгновенно. В обороне врага зияла огромная дыра. Путь на Петерсберг был открыт.
Северяне пошли в атаку. Но солдаты Ледли, не проинструктированные о том, что делать, вместо того чтобы обойти кратер, побежали... прямо в него.
Они спустились в огромную яму и остановились, потрясенные зрелищем. Тысячи людей набились на дно кратера, как селедки в бочку. Выбраться на другую сторону было трудно — стены были крутыми и сыпучими.
Оправившиеся от шока конфедераты подошли к краю ямы. Они посмотрели вниз и не поверили своим глазам. Враг сам загнал себя в ловушку.
Начался обстрел. Южане вели огонь по толпе сверху, кидали гранаты и использовали штыки как метательное оружие. Артиллерия начала бить по кратеру. Это напоминало тир.
Бернсайд, вместо того чтобы отвести людей, посылал в кратер все новые и новые части. В том числе и ту самую чернокожую дивизию. В яме началась давка и паника. Солдаты не могли ни наступать, ни отступать.
Итог: почти 4000 убитых, раненых и пленных северян. Блестящая инженерная идея превратилась в одну из самых глупых трагедий войны.
Эпитафия с бакенбардами
После «Битвы у Воронки» (Battle of the Crater) карьера Бернсайда наконец-то закончилась. Линкольн, узнав о деталях, сказал фразу, полную сарказма и горечи: «Только Бернсайд мог сотворить такой переворот, вырвав одно последнее, захватывающее дух поражение из челюстей победы».
Бернсайда отправили в отпуск, из которого он уже не вернулся в армию.
После войны он, как ни странно, сделал отличную карьеру. Был губернатором Род-Айленда, сенатором, первым президентом Национальной стрелковой ассоциации (NRA). Народ любил его. Он был честным, порядочным и очень харизматичным мужчиной. Просто ему нельзя было доверять ничего сложнее парадного строя.
Эмброуз Бернсайд умер в 1881 году. Его военные провалы изучают в академиях как пример того, как делать не надо. Но каждый раз, когда вы видите мужчину с пышными бакенбардами, вы, сами того не зная, отдаете честь генералу, который был слишком хорошим человеком, чтобы быть хорошим полководцем.
История иногда милосердна к неудачникам. Она оставила нам его стиль, забыв о тысячах парней, которые отдали жизни за его нерешительность у моста и упрямство у каменной стены.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также просим вас подписаться на другие наши каналы:
Майндхакер - психология для жизни: как противостоять манипуляциям, строить здоровые отношения и лучше понимать свои эмоции.
Вкус веков и дней - от древних рецептов до современных хитов. Мы не только расскажем, что ели великие завоеватели или пассажиры «Титаника», но и дадим подробные рецепты этих блюд, чтобы вы смогли приготовить их на своей кухне.
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера