Официант молча убрал лишние приборы с длинного стола, накрытого на двадцать человек. Его сочувственный взгляд жег мне спину. В пустом зале ресторана сидели только мы с Игорем. Экран телефона на столе снова вспыхнул, высвечивая сообщение от мамы: «Не дури, приезжай к нам. Никита защитил диплом! Тетя Люба и дядя Саша уже здесь, мы все переиграли». Я почувствовала во рту кислый привкус обиды — не острой, а застарелой, привычной, как хроническая усталость. Моя помолвка, которую я планировала три месяца, для моей семьи оказалась пустым звуком. Главное событие вселенной — мой младший брат наконец-то закончил институт. С третьей попытки.
Игорь накрыл мою руку своей. Его спокойствие всегда действовало на меня отрезвляюще, но сегодня внутри поднималась холодная, расчетливая злость.
— Поехали, — тихо сказала я, вставая. — Они хотят праздника? Они его получат.
— Ты уверена, что хочешь тратить нервы? — уточнил он, но уже подавал мне пальто.
— Я хочу не тратить нервы, а расставить границы. На этот раз — бетонные.
Мы ехали к родителям молча. В бардачке машины лежала запасная связка ключей от моей старой иномарки, которую я год назад отдала брату «на первое время», пока он ищет работу. Этот брелок с потертым металлическим мишкой сейчас казался мне самым тяжелым предметом в мире. Он был символом моей безотказности, которой все пользовались слишком долго.
В квартире родителей было душно и шумно. В тесной прихожей я едва не споткнулась о гору обуви родственников — тех самых, которые час назад написали мне, что «приболели» или «задержались на работе».
— О, явилась! — мама выплыла из кухни с подносом, румяная и довольная. — А где торт? Я же писала, чтобы ты захватила тот, заказной. У Никитки праздник, а ты с пустыми руками.
— У меня сегодня тоже праздник, мам, — мой голос был ровным, и это заставило разговоры за столом стихнуть. — Мы приглашали вас на помолвку.
За столом сидел Никита — развалившись на моем месте, с бокалом вина в руке. Он ухмыльнулся:
— Марин, ну кому нужна эта формальность? Вы с Игорем и так живете, ничего нового. А я — дипломированный специалист! Это событие!
— Вот именно! — подхватил папа, накладывая себе салат. — Брат — это родная кровь, а мужики приходят и уходят. Не будь эгоисткой. Кстати, ты кредит за машину в этом месяце закрыла? Никита хочет на море съездить, ему надо выдохнуть перед карьерой.
Разговоры смолкли. Слышно было только, как громко тикают настенные часы. Я смотрела на них — на маму, которая считала мой кошелек своим, на папу, которому было плевать на мои чувства, и на брата, который в двадцать пять лет ни дня не работал.
Я медленно достала из сумочки тот самый брелок с мишкой.
— Ты прав, пап. Отдыхать надо. Но за свой счет.
— В смысле? — Никита замер с вилкой у рта.
— В прямом. Кредит за машину я платить перестаю. Прямо с завтрашнего дня. И страховку тоже. А поскольку машина оформлена на меня...
Я подошла к столу и положила связку ключей перед собой, накрыв её ладонью.
— Ключи на стол, Никита. Те, которые у тебя.
— Ты что, с ума сошла? — голос мамы сорвался на крик, поднос в её руках звякнул. — Родному брату пожалела кусок железа? Ему на собеседования ездить надо!
— На автобусе съездит, — отрезала я. — Или на такси, если заработает. Ключи. Быстро.
Никита покраснел пятнами, его взгляд забегал по столу. Он привык, что я поворчу и прощу, что я — удобная старшая сестра. Но сегодня он увидел в моих глазах что-то такое, от чего его наглость моментально испарилась. Он нехотя выудил ключи из кармана джинсов и швырнул их на скатерть, едва не разбив тарелку.
— Подавись своей тачкой! — рявкнул он. — Жмотка!
— И еще, — я сгребла оба комплекта ключей и повернулась к родителям. — Ежемесячные переводы на «продукты и коммуналку» тоже отменяются. У вас теперь есть дипломированный специалист в семье. Пусть он вас и содержит.
— Дочь, ты не посмеешь, мы же на пенсии... — начал отец, но уже без прежнего напора, растерянно глядя на жену.
— Посмею. Я выхожу замуж и строю свою семью. А ваша лавочка официально закрыта. Приятного аппетита.
Я развернулась и вышла из квартиры. Мне в спину летели обвинения в неблагодарности, но они уже не ранили. Словно между мной и ими выросла непробиваемая стена.
Мы с Игорем вышли в прохладный вечерний двор. Я села в свою машину, бросила ключи от «старушки» на заднее сиденье и глубоко вдохнула. Воздух был чистым и свежим — для меня это был запах абсолютной свободы.
С тех пор прошло полгода. Нашу свадьбу мы сыграли в узком кругу друзей, без родственников, которые «насмерть» обиделись на отсутствие денег. Я знаю, что брат до сих пор ищет «достойную» работу, а родители учатся жить по средствам. Но это больше не моя головная боль. Теперь по вечерам мы с мужем планируем наш отпуск, а не то, как закрыть чужие дыры в бюджете. Оказывается, говорить «нет» — это совсем не страшно. Страшно — прожить всю жизнь, пытаясь быть удобной для тех, кто этого совершенно не ценит.