Дождь стучал по подоконнику квартиры на девятом этаже, ровный и унылый, как фоновая музыка к этому воскресному вечеру. Андрей щёлкал пультом, перебирая каналы, ни на чём не мог остановиться. Рядом на диване, поджав ноги, сидела Лера. Она листала ленту в телефоне, из динамика тонко струился голос какого-то блогера.
— Скучища, — вздохнул Андрей, отбрасывая пульт.
— Ага, — безразлично отозвалась она, не отрываясь от экрана.
Тишина растянулась, густая и липкая. Так бывало часто последние месяцы. Не ссора, не холод — просто тишина, заполняющая пространство между ними, как пыль.
Спасением стал звонок в дверь. Андрей, удивлённый, подошёл к глазку. На площадке стоял незнакомый мужчина лет тридцати, в спортивной куртке, с коробкой в руках.
— Кто? — спросил Андрей, приоткрыв дверь.
— Здравствуйте! Я ваш новый сосед, этажом выше, в 98-й. Сергей. Извините за беспокойство, — у мужчины была открытая, располагающая улыбка. — Подскажите, как у нас тут с вывозом крупногабарита? Диван нужно вынести.
Андрей объяснил. Разговор затянулся на пять минут. Сергей оказался приятным собеседником — не навязчивым, но и не замкнутым. Работал тренером в фитнес-клубе, переехал в этот район недавно.
— Заходите как-нибудь на чай, познакомимся, — сказал Андрей из вежливости, уже закрывая дверь.
— Обязательно! Спасибо!
Когда он вернулся в гостиную, Лера уже не смотрела в телефон. Её глаза блестели.
— Кто это?
— Новый сосед. Сергей. С девятого этажа.
— О, — протянула она, и в её голосе появились нотки интереса. — А какой? Молодой?
— Ну, да. Лет тридцать. Тренер.
— Тренер! — она оживилась, как будто ей сказали пароль от сейфа. — Андрей, а ведь это знак!
— Какой ещё знак?
— Ну как какой! — она встала, начала расхаживать по комнате. — У нас же дача! Крыльцо почти развалилось! Ты же всё никак не соберёшься его починить! А он — тренер, значит, руки золотые! Может, ему заплатить? Он бы быстро всё сделал!
— Я сам сделаю, как время будет, — буркнул Андрей, но мысль уже засела. Крыльцо и правда скрипело опасно. А времени, как всегда, не было.
Так Сергей вошёл в их жизнь. Сначала зашёл «на чай». Потом помог донести тяжёлые пакеты из магазина. Потом Андрей, сломя голову на работу, попросил его «если не сложно, принять сантехника». Сергей охотно соглашался. Он был удобен. Как многофункциональный инструмент.
Именно Андрей предложил помощь с дачей. Сергей, попивая пятничное пиво на их кухне, только улыбнулся:
— Да без проблем, Андрей. Для соседей не жалко. В субботу?
— В субботу я на подработке, — с досадой сказал Андрей. — Может, в воскресенье?
— Я в воскресенье не смогу, — быстро вступила Лера. — У меня с подругами планы. А в субботу я как раз свободна. Я могу съездить, покормить Сергея, помощника, — она игриво подмигнула соседу.
Андрея на секунду кольнуло. Но он отмахнулся. Что за глупости. Лера. Сергей. Просто соседская помощь.
— Ладно, — согласился он. — Только аккуратней там с инструментом.
В субботу он уехал на подработку — нужно было смонтировать шкаф-купе в офисе. Работа была нудной, пыльной. В два часа дня он полез в рюкзак за мультиметром и понял, что оставил его дома. Без него — никак. Мастер вызвался подождать час.
Андрей помчался домой. На такси, чтобы успеть. Подъезжая к дому, он увидел на парковке их машину. Странно. Лера должна была быть на даче.
Он влетел в подъезд, втолкнулся в лифт. Девятый этаж. Вышел. У своей двери остановился. И услышал музыку. Негромкую, какую-то западную попсу, которую Лера никогда не слушала. И смех. Её смех — тот самый, звонкий, беззаботный, который он не слышал, кажется, сто лет.
Он вставил ключ, повернул. Дверь поддалась, но не открылась. Уперлась во внутреннюю цепочку.
Ледяная волна прокатилась от темени до пяток. Он позвонил в дверь. Внутри музыка резко притихла. Послышалась суета, торопливые шаги.
— Кто там? — голос Леры был неестественно высоким.
— Я. Открывай.
Пауза. Щелчок — цепочку сняли. Дверь открылась. Лера стояла на пороге. Волосы были слегка растрёпаны, на щеках — нездоровый румянец. На ней были её домашние лосины и просторная футболка, в которой она обычно спала.
— Андрей... Что ты? Почему так рано? — она пыталась улыбнуться, но получалось криво.
— Инструмент забыл. А ты что дома? — он переступил порог, скидывая куртку.
— Я... я передумала. Голова разболелась. Решила перенести, — она заговорила быстро, путаясь. — Ты не позвонил?
— А зачем? Ты же дома, — он прошёл в прихожую, бросил взгляд на вешалку. Ничего чужого. Но в воздухе витал едва уловимый, чужой шлейф — не его одеколон. Спортивный, свежий.
Он направился на кухню. Лера метнулась за ним.
— Хочешь, я чай поставлю?
— Не надо.
Кухня была чистой. Слишком чистой. Но на столе стояли два бокала. Пустых, но с красными следами на дне — от вина. В стеклянной пепельнице, которую они почти не использовали, лежали два окурка с ярко-красным следом помады на фильтре. Лера не курила. Никогда.
Андрей взял один окурок, повертел в пальцах.
— Гости были?
— Что? Нет! — она заломила руки. — Это... это я с уборкой! Нашла старую пепельницу, вымыла!
— И для пущего эффекта докурила за кем-то два бычка? И вино отмыла из двух бокалов? Интересный метод уборки.
Он подошёл к окну в гостиной — большому, панорамному, которое выходило на узкий карниз и пожарную лестницу. Окно было приоткрыто на микро-проветривание. На белом пластиковом подоконнике, рядом с цветком, отчётливо виднелся след от подошвы. Не от домашнего тапка. От кроссовка.
Андрей распахнул окно. Холодный влажный воздух ворвался в комнату. Он высунулся. Пожарная лестница, старая, покрашенная в жёлтый, уходила вниз, на восьмой этаж. А на площадке их этажа, на металлической решётке, лежал мужской спортивный носок. Серый, с чёрной полосой. Совсем новый.
Он взял его пинцетом для барбекю со стола, вернулся в комнату, протянул Лере.
— И это тоже уборка? Или тренерская методика — босиком по пожарным лестницам бегать?
Лицо Леры побелело. Губы задрожали.
— Андрей, я могу всё объяснить...
— Объяснять не надо, — перебил он. Голос его был спокойным и страшным от этой спокойности. — Всё и так видно. Два бокала. Два окурка. След на окне. Носок. И твой бред про уборку. Где он?
— Кто?..
— Сергей. Наш золоторукий сосед. Где он, Лера? На балконе? В спальне? Или уже по лестнице слинял?
Она молчала, сжавшись.
— Я спрашиваю в последний раз. Где он?
— Ушёл... — прошептала она.
— Как?
— По... по лестнице... Когда ты позвонил...
Андрей медленно кивнул. Всё стало на свои места. Удобный сосед. Планы на дачу. Голова. И побег по пожарной лестнице, когда муж вернулся не вовремя. Как в дешёвом анекдоте.
— Понятно, — сказал он. Пошёл в спальню, стал доставать с верхней полки большую дорожную сумку, швырнул её на кровать перед ней. — Собирай вещи. И съезжай.
— Что?! — она ахнула. — Куда?!
— К соседу. На девятый этаж. Или куда захочешь. Но не здесь. Я не могу жить в квартире, где ко мне в окно заскакивают любовники, пока я на работе.
— Это была ошибка! Один раз! — она закричала, в её глазах блеснули слёзы. — Он навязывался! Я не могла отказать!
— Не могла отказать? — он рассмеялся, коротко и жёстко. — Значит, он тебя изнасиловал? Прямо тут, на кухне, с вином и сигаретами? Пойду, заявлю в полицию.
— Нет! Не так!.. Мы просто... выпили... затеяли дурацкий спор...
— И спор так разгорячил, что пришлось скидывать носки и прыгать в окно? Лера, хватит. Ты не ребёнок. Ты всё прекрасно понимала. И планировала. В субботу, когда меня не будет. В нашей квартире. С нашим соседом.
Он вышел из спальни, дал ей время. Стоял в гостиной, смотрел на те два бокала. Потом взял их и выбросил в мусорное ведро. Не со злостью. С брезгливостью.
Через полчаса она вышла с сумкой. Глаза опухшие, лицо размазано.
— Андрей, прости... Давай поговорим...
— Мы уже всё сказали. Ты — своими поступками. Я — своими выводами. Ключи оставь.
— Как же я?..
— Как-нибудь. Можешь позвонить Сергею. Пусть поможет. Он же тренер, руки золотые. Должен справиться.
Он проводил её до двери, закрыл за ней. Вернулся к окну, распахнул его настежь. Дождь почти прекратился. Он высунулся, посмотрел вниз, по ржавым перекладинам лестницы. Где-то там, на этих ступеньках, пятнадцать минут назад бежал вниз мужчина в одном носке. Его сосед.
Андрей захлопнул окно, повернул ручку на замок. Звук был чётким, металлическим, окончательным.
Он больше никогда не будет просить помощи у соседей. И никогда не оставит жену одну в субботу. Потому что с некоторых пор суббота — это не день отдыха. Это день, когда в твою квартиру можно войти не только через дверь. И любовь — это не то, что живёт в спальне. Это то, что с позором сбегает по пожарной лестнице, оставляя за собой шлейф дешёвого одеколона и вонь предательства.
---
Как думаете, правильно ли он поступил, что выгнал её сразу, без разборок? Или нужно было дать второй шанс, ведь «ошибка могла быть один раз»? Ждём ваше мнение в комментариях.
Если история задела вас за живое, поставьте лайк и подпишитесь. Иногда правда приходит не через дверь, а через открытое окно.