Я стоял у приоткрытой двери гостиной и курил, хотя дома никогда этого не делал. Но сегодня было можно — юбилей у тёщи, семьдесят лет, и весь дом гудел, как улей. Гости разбрелись по комнатам, кто-то на кухне допивал коньяк, кто-то в зале листал фотоальбомы. А я вышел на балкон подышать и случайно услышал то, что не должен был слышать никогда.
— Ну ты же понимаешь, что он ничего не знает? — голос моей жены Оксаны доносился из спальни, дверь которой оказалась приоткрыта.
Я замер. Сердце ударило где-то в горле.
— Оксан, я же говорю тебе уже сто раз — надо завязывать с этим, — ответил мужской голос. Я узнал его сразу. Денис. Брат моей жены, младший на пять лет, вечно влезающий в чужие дела.
— Легко говорить, — Оксана нервно засмеялась. — А деньги куда девать? Андрей думает, что я на курсах косметологии их трачу. Он вообще в цифрах не разбирается, слава богу.
Я прижался к стене. Курсы косметологии? Она же полгода назад сказала, что записалась на обучение, три раза в неделю, по вечерам. Я даже радовался — жена развивается, новые горизонты открывает.
— Слушай, а если Кирилл проболтается? — Денис говорил тише, но я всё равно различал каждое слово.
Кирилл. Это её бывший. Тот самый, о котором она клялась, что забыла навсегда. Мы даже поссорились из-за него года три назад, когда он позвонил ей поздно вечером.
— Он не проболтается. У него самого шкура трещит. Думаешь, его жена обрадуется, узнав, что он снова в делах?
В ушах зашумело. Я медленно затушил сигарету о перила балкона и вернулся в квартиру. Ноги двигались сами, голова работала на автопилоте. Я прошёл мимо кухни, где тётя Люда резала торт и рассказывала очередную историю про соседей, мимо зала, где дядя Боря уже захрапел на диване. Остановился у двери спальни и толкнул её.
Оксана сидела на кровати, телефон в руках, Денис стоял у окна. Оба вздрогнули, когда я появился.
— А, Андрюш, ты чего так внезапно? — жена улыбнулась, но улыбка вышла фальшивой. — Мы тут с Денисом про мамину пенсию обсуждали.
— Про мамину пенсию, — повторил я медленно. — Интересно.
Денис быстро кивнул.
— Ну да, она же хочет на юг поехать, вот мы и думаем, как лучше...
— Заткнись, — я сказал это тихо, но Денис замолчал мгновенно. — Оксана, выйди со мной. Поговорим.
— Андрей, у нас гости, мама...
— Сейчас. Немедленно.
Я развернулся и пошёл к выходу. Слышал, как она торопливо поднимается, шепчет что-то брату. Я уже натягивал куртку в прихожей, когда она выскочила следом.
— Ты куда? Что случилось?
— Поедем, поговорим, — я открыл дверь. — Давай.
Мы спустились вниз молча. Жена села в машину без вопросов, но лицо у неё было напряжённое. Я завёл мотор и выехал со двора. Город в воскресный вечер был почти пустой. Я ехал наугад, просто чтобы ехать. Мимо торгового центра, мимо старой площади, где мы когда-то гуляли и ели мороженое.
— Ну скажешь уже, что стряслось? — Оксана первой не выдержала.
Я притормозил на светофоре, посмотрел на неё.
— Кирилл.
Она побледнела. Даже в тусклом свете фонарей я это заметил.
— Что — Кирилл?
— Ты мне всё расскажешь. Сейчас. Или мы разворачиваемся, я захожу к твоей маме и спрашиваю при всех.
— Андрей, ты о чём вообще?
Светофор переключился на зелёный. Я поехал дальше, свернул к набережной. Там было совсем безлюдно.
— Я слышал, — сказал я просто. — Всё слышал. Про деньги. Про Кирилла. Про то, что я в цифрах не разбираюсь.
Оксана закрыла лицо руками. Несколько секунд молчала. Потом выдохнула.
— Господи... Это не то, что ты думаешь.
— Тогда что?
— Я... мы с Кириллом занимаемся бизнесом.
Я остановил машину у пустой парковки, заглушил двигатель.
— Каким бизнесом?
— Он открыл магазин техники. Нужны были деньги на раскрутку, на рекламу. Я вложилась. Мы партнёры.
— Партнёры, — я усмехнулся. — И почему я об этом не знаю?
— Потому что ты бы не понял! — она вспыхнула. — Ты же ненавидишь Кирилла! Ты бы устроил скандал, запретил бы мне, начал контролировать!
— А деньги откуда?
Она замялась.
— У меня были накопления. Ещё с тех времён, когда я работала в салоне.
— Врёшь, — я покачал головой. — У тебя не было таких денег. Я видел твой счёт, когда мы квартиру покупали.
Она отвернулась к окну.
— Мама давала.
— Твоя мать еле на пенсию живёт. Давай по-честному. Откуда деньги?
Молчание затянулось. За окном мерцали огни города, где-то вдали проехала одинокая машина.
— Я взяла кредит, — наконец призналась Оксана. — На твоё имя.
У меня перехватило дыхание.
— Что?!
— Ты же никогда не проверяешь почту, не смотришь банковские уведомления! Я подписала документы, использовала твои данные...
— Сколько? — я чувствовал, как холодеет спина.
— Два миллиона.
Я вышел из машины. Мне нужно было пройтись, иначе я бы сошёл с ума прямо здесь. Два миллиона. Кредит. На моё имя. Без моего ведома.
Оксана выскочила следом.
— Андрей, стой! Мы всё вернём! Магазин уже приносит прибыль, через полгода мы закроем кредит, и...
— Заткнись, — я обернулся. — Просто заткнись.
Она замолчала, кусая губу. Я смотрел на неё и понимал — это не моя жена. Моя жена исчезла. Или её никогда не было?
Мы прожили вместе восемь лет. Восемь лет я думал, что знаю этого человека. Что мы строим общую жизнь, общее будущее. А она брала кредиты на моё имя, встречалась с бывшим, лгала мне в лицо каждый день.
— Что ещё? — спросил я тихо. — Что ещё ты мне не сказала?
Она молчала, отводила взгляд.
— Оксана, — я подошёл ближе. — Последний раз спрашиваю. Что ещё?
Она сглотнула.
— Магазин... там всё не так просто.
Я ждал.
— Кирилл вложил деньги не только в магазин. Он ещё открыл два филиала. И взял дополнительные кредиты. Под мои гарантии.
— Что значит — под твои гарантии?
— Я поручитель. Если он не вернёт деньги банку, платить придётся мне. То есть... нам.
Я почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Вот и поговорили, — я развернулся к машине. — Поехали.
— Куда?
— Домой. Собирай вещи. Съедешь к матери.
— Андрей, подожди, давай обсудим...
— Нечего обсуждать.
Мы ехали обратно в полной тишине. Я высадил её у подъезда, где всё ещё продолжался юбилей тёщи, и уехал. Куда — не знал. Просто прочь.
На телефон сыпались звонки. Оксана, Денис, даже тёща. Я отключил звук и остановился возле круглосуточного магазина. Взял кофе, сел на лавочку у входа.
Через час позвонил Максим, мой друг ещё с университета. Адвокат. Я рассказал ему всё. Он слушал молча, только иногда присвистывал.
— Приезжай ко мне, — сказал он в конце. — Переночуешь, утром разберёмся.
Утром я узнал, что всё ещё хуже, чем казалось. Кредит, который взяла Оксана, был не единственным. Их было три. На общую сумму в пять миллионов рублей.
И это было только начало.
Максим заварил крепкий чай, достал ноутбук и начал проверять мои данные через базы. Я сидел на его кухне и смотрел в окно. Семь утра понедельника, люди спешили на работу, кто-то выгуливал собак. Обычная жизнь, которой у меня больше не было.
— Так, — Максим повернул экран ко мне. — Смотри сам. Три кредита на твоё имя. Первый взят год назад, два других — в этом году, с разницей в три месяца.
Я уставился на цифры. Пять миллионов триста тысяч. Ежемесячный платёж — сто двадцать восемь тысяч рублей.
— Как она вообще это провернула? — спросил я.
— Если у неё были твои документы, доступ к телефону для подтверждения кодами... Банки сейчас многое делают онлайн. Могла оформить, не выходя из дома.
— Я что, теперь должен платить за её авантюры?
— Юридически — да. Кредиты оформлены на тебя. Но мы можем подать в суд, доказать, что подпись поддельная, что ты не давал согласия. Это займёт время, нужна экспертиза.
Я потер лицо руками. Голова раскалывалась.
— А развод?
— Разводиться будете через суд. Имущество придётся делить. Квартира в ипотеке?
— Да. Ещё шесть лет платить.
— Значит, квартира — общая собственность. Она может претендовать на половину. Или на компенсацию.
— После того, что она сделала?!
— Андрей, я понимаю, что ты зол. Но закон есть закон. Если хочешь выиграть, нужно действовать холодной головой.
Я встал, прошёлся по кухне. За окном начинался обычный день, а моя жизнь летела под откос.
— Мне нужно с ней поговорить. Нормально поговорить.
— Не советую. Сейчас она в панике и может наговорить чего угодно. Лучше через адвоката.
— Максим, это моя жена. Восемь лет вместе. Я хотя бы должен услышать...
— Что ты должен услышать? Она уже всё сказала вчера. Или думаешь, что есть какое-то волшебное объяснение?
Я знал, что он прав. Но всё равно позвонил Оксане днём, когда вернулся домой. Она подняла трубку на первом гудке.
— Андрей, слава богу! Где ты был? Я вся извелась!
— Приезжай домой. К трём часам.
— Я сейчас приеду, мы всё обсудим, я всё объясню...
— К трём, — повторил я и отключился.
Я специально выбрал время, когда она будет спешить, нервничать. Мне нужно было видеть её реакцию, когда я задам главные вопросы.
Она приехала без десяти три. Выглядела неважно — синяки под глазами, волосы небрежно собраны. Села напротив меня за стол, где мы обычно ужинали.
— Андрей, прости меня. Я понимаю, что поступила ужасно. Но у меня были причины...
— Пять миллионов триста тысяч, — перебил я. — Три кредита. Год назад ты уже начала.
Она побледнела.
— Ты... ты проверял?
— Конечно, проверял. Думала, я так и оставлю? Оксана, объясни мне одну вещь. Зачем?
Она сжала руки в замок, посмотрела в стол.
— Кирилл сказал, что это выгодное дело. Что через год мы утроим вложения. Магазины техники сейчас приносят огромные деньги, если правильно подойти...
— Кирилл сказал, — я усмехнулся. — И ты ему поверила. Своему бывшему, которого бросила семь лет назад.
— Он изменился! Он стал серьёзным бизнесменом, у него связи, опыт...
— У него долги. Я сегодня узнавал. Его предыдущий бизнес обанкротился два года назад. Он должен банкам, поставщикам. И решил расплатиться за счёт такой доверчивой дурочки, как ты.
Оксана вскочила.
— Ты не понимаешь! Я хотела помочь нам! Твоя зарплата инженера — сорок пять тысяч! Мы еле сводим концы с концами! Я устала жить впроголодь, отказывать себе во всём!
— Впроголодь? — я тоже встал. — У нас двухкомнатная квартира в нормальном районе. Машина. Мы ездим в отпуск каждый год. Что тебе ещё надо?
— Я хочу большего! — её голос сорвался на крик. — Я хочу жить, а не выживать! Хочу красивую одежду, косметику, рестораны! Хочу, чтобы меня не спрашивали в магазине, есть ли у меня деньги на вторую пару туфель!
— Тогда работай сама! Ты же косметолог, могла бы зарабатывать прилично!
— Я работаю! Думаешь, я сижу дома? Я веду клиентов на дому, делаю процедуры! Но этого мало!
Мы стояли и смотрели друг на друга. В этой женщине я не узнавал свою жену. Она всегда была спокойной, рассудительной. А сейчас перед мной была истеричка, которая ради денег готова на всё.
— Ты встречалась с ним, — сказал я тихо. — С Кириллом. Как часто?
Она отвела взгляд.
— Раз в неделю. Иногда чаще. Мы обсуждали дела, смотрели отчёты...
— Где?
— В кафе. Иногда в его офисе.
— Ты спала с ним?
— Нет! — она вскинулась. — Андрей, я никогда... это только бизнес!
— Не ври мне. Не сейчас.
Она замолчала. Отвернулась к окну. Прошла минута. Две.
— Один раз, — выдохнула она наконец. — Полгода назад. Мы отмечали первую прибыль, выпили лишнего... Это ничего не значило.
Всё. Точка. Я развернулся и пошёл к двери.
— Андрей, стой! Это была ошибка! Я люблю тебя!
— Нет, — я обернулся. — Ты любишь деньги. И Кирилл это понял раньше меня.
— Что ты хочешь? Я сделаю всё, что угодно!
— Хочу развод. И чтобы ты съехала отсюда сегодня. К вечеру.
Я вышел из квартиры и поехал в центр, в офис, где работал Кирилл. Максим звонил, отговаривал, но я не слушал. Мне нужно было посмотреть этому типу в глаза.
Офис оказался в старом здании на третьем этаже. Табличка "ТехноМир — оптовая торговля". Я поднялся по скрипучей лестнице, толкнул дверь.
За столом сидел мужик лет сорока, полноватый, в мятой рубашке. Он поднял голову, и я понял — это он.
— Кирилл?
— Да, слушаю вас.
— Я муж Оксаны. Андрей.
Его лицо изменилось. Он медленно откинулся на спинку кресла.
— А, понятно. Ну... заходите, я так понимаю, поговорить надо.
Я закрыл за собой дверь. Офис оказался маленьким — два стола, стеллаж с папками, окно с видом на парковку.
— Значит, вы тот самый гений бизнеса, — я подошёл ближе. — Который решил нагреть мою жену на пять миллионов.
Кирилл поднял руки в примирительном жесте.
— Послушайте, я понимаю, вы в шоке. Но это был честный бизнес-проект. Оксана знала, на что идёт.
— Честный? — я хмыкнул. — Кредиты на чужое имя, поддельные подписи — это честно?
— Я не знал, что она оформила всё на вас. Клянусь. Она сказала, что у неё есть деньги, что вы в курсе.
— Врёшь.
Он помолчал, потер переносицу.
— Ладно. Может, я и догадывался. Но дело реально работает. Магазин приносит доход. Через год мы выйдем в плюс, и...
— Какой год? — я наклонился к нему. — У тебя предыдущий бизнес обанкротился. Ты должен банкам. Тебе нужны были деньги на затычку дыр, и ты использовал Оксану.
Кирилл встал, прошёлся к окну.
— Вы не понимаете. Я пытаюсь выкарабкаться. У меня двое детей, бывшая жена требует алименты, кредиторы на шее висят... Оксана предложила помощь сама.
— После того, как ты ей голову задурил.
— Никто никому голову не дурил! — он повернулся. — Она сама хотела денег. Говорила, что устала от нищеты, что муж ничего не зарабатывает...
Удар был быстрым. Я даже не понял, как это произошло. Кирилл охнул, схватился за нос, из которого потекла кровь.
— Ты... совсем больной?! — он схватил со стола салфетки, прижал к лицу.
— Верни деньги, — сказал я спокойно. — Все пять миллионов. Иначе я подам заявление в полицию. Мошенничество в особо крупном размере.
— Каким образом я тебе их верну?! У меня их нет!
— Продай магазины. Оборудование. Что угодно.
— На это уйдут месяцы! Я не могу так быстро...
— Три недели. Иначе завтра иду в полицию.
Я развернулся и вышел, не дожидаясь ответа. Руки дрожали. Я никогда никого не бил. Никогда. Но сейчас чувствовал странное удовлетворение.
Вечером Оксана забрала вещи и уехала. Она плакала, умоляла дать ей ещё один шанс, но я был непреклонен. Максим уже готовил документы на развод.
Через неделю позвонил Кирилл. Голос был подавленным.
— Я нашёл покупателя на один магазин. Могу вернуть полтора миллиона. Остальное — постепенно, по сто тысяч в месяц.
— Мне нужна вся сумма.
— Я не могу! Понимаешь? Физически не могу достать столько сразу!
Я подумал. Полтора миллиона — уже что-то. Остальное можно выбивать через суд.
— Хорошо. Переводи на мой счёт. И подписываешь расписку, что остальное вернёшь по графику.
— Спасибо... правда, спасибо.
Деньги пришли через три дня. Я сразу закрыл один кредит полностью. Стало легче дышать, хотя бы немного.
Развод затянулся на два месяца. Оксана требовала половину квартиры, я настаивал на своём — она взяла кредиты, значит, она и платит. В итоге судья разделил имущество, но обязал Оксану выплатить мне компенсацию за ущерб. Триста тысяч рублей. Смешные деньги по сравнению с тем, что она натворила.
Через полгода я продал квартиру. Слишком много воспоминаний. Снял однушку на другом конце города, устроился на вторую работу — по выходным чинил компьютеры на дому. Деньги нужны были позарез.
Кирилл платил исправно первые четыре месяца. Потом пропал. Телефон не отвечал, офис закрыт. Я нанял частного детектива — оказалось, он уехал в Казахстан, к родственникам. Бросил всё и сбежал.
Остальные долги я выплачивал три года. Три года жёсткой экономии, отказа от всего лишнего. Я похудел на пятнадцать килограммов, стал жёстче, циничнее.
Оксану я видел всего раз — случайно, в торговом центре. Она шла с каким-то парнем, смеялась, держала его под руку. Выглядела хорошо — новая причёска, дорогая сумка. Видимо, нашла того, кто зарабатывает больше инженера с зарплатой в сорок пять тысяч.
Я прошёл мимо. Не остановился, не поздоровался. Она меня не заметила. Или сделала вид, что не заметила.
Сейчас, спустя время, я иногда думаю — что, если бы я не подслушал тот разговор на юбилее? Что, если бы всё так и продолжалось? Может, я бы так и жил в неведении, счастливый и глупый.
Но я подслушал. И моя жизнь разделилась на до и после.
Доверие — хрупкая штука. Один подслушанный разговор, и всё рушится. Иногда мне кажется, что я до сих пор стою на том балконе, курю сигарету и слышу голос жены за приоткрытой дверью. А вся остальная жизнь — просто долгое, мучительное эхо той минуты.
Но я выжил. Выплатил долги, поднялся. Нашёл новую работу с нормальной зарплатой, купил небольшую квартиру. Начал жить заново.
Только теперь я никому не верю на слово. И всегда проверяю, что происходит за закрытыми дверями.