Андрей всегда считал себя уравновешенным человеком. Он гордился тем, что умеет держать эмоции под контролем — на работе, в общении с друзьями, даже в семейных спорах. Но вот уже третий месяц его изнутри разъедала глухая, иррациональная ревность.
Причина была проста: его жена Ольга подружилась с соседкой Катей. Ничего особенного — обычные женские посиделки, совместные походы по магазинам, редкие вечера с бокалом и болтовнёй допоздна. Но каждый раз, когда Ольга упоминала Катю, внутри Андрея вскипала волна раздражения.
— Опять Катя? — цедил он сквозь зубы, едва услышав знакомое имя. — Вы что, не можете поговорить по телефону? Зачем обязательно встречаться?
Ольга вздыхала, но старалась не обострять:
— Андрюш, это просто дружба. Мы же с тобой не перестаём общаться с друзьями из‑за того, что женаты.
Но его это не успокаивало. Он ловил себя на том, что следит за временем, когда Ольга уходит к Кате, что проверяет её телефон (разумеется, ничего не находя), что злится, если она возвращается позже обещанного даже на пятнадцать минут.
Однажды вечером, когда Ольга собиралась на очередную встречу, Андрей не выдержал:
— Может, хватит? У тебя муж есть, семья! С какой стати ты всё время с ней проводишь свободное время?
Ольга остановилась в дверях, посмотрела на него долго и внимательно. Потом тихо спросила:
— Андрей, ты правда не понимаешь, почему это тебя так задевает?
Этот вопрос окатил его, как холодный душ. Он замер, пытаясь сформулировать ответ, и вдруг осознал: он не знает почему! Не может объяснить, почему Катя вызывает в нём такую ярость.
Он сел на диван, закрыл лицо руками. Впервые за эти месяцы он решил разобраться в себе честно задать вопрос: «Почему?»
И ответы пришли — не сразу, а как обрывки воспоминаний:
- Тот вечер, когда Ольга смеялась над какой‑то шуткой Кати так, как давно не смеялась с ним.
- Её горящие глаза, когда она рассказывала о планах с подругой — такие же, как в начале их отношений.
- Ощущение, что он теряет её внимание, её тепло, её время.
Андрей вдруг понял, что дело не в Кате. Дело в нём. В его страхе остаться на втором плане, в его неуверенности, что он всё ещё достаточно интересен Ольге.
— Прости, — сказал он, подняв глаза. — Я... я боялся, что ты перестанешь нуждаться во мне. Что она станет для тебя важнее.
Ольга подошла, села рядом, взяла его за руку:
— Глупый! Ты — мой муж. Это совсем другое. Я люблю тебя. И мне важно, чтобы у меня были и друзья, и ты. Это не соревнование.
Андрей глубоко вдохнул. Впервые за долгое время он почувствовал не злость, а облегчение. Он наконец увидел свою ревность — не как угрозу, а как сигнал: «Мне нужно больше доверять ей. И себе».
На следующий день он сам предложил:
— Может, пригласим Катю на ужин? Познакомимся поближе, пообщаемся.
Ольга улыбнулась — искренне, без тени обиды:
— Конечно. Я думаю, вы найдёте общий язык.
И когда Катя пришла, Андрей, вместо того чтобы молчать и хмуриться, задал ей настоящий, заинтересованный вопрос о её работе. И вдруг обнаружил, что она вовсе не «захватчица» его жены, а просто человек — с интересами, мечтами и своими переживаниями.
Ревность не исчезла в одночасье. Но теперь Андрей знал её лицо. И знал, что с ней можно говорить — прежде всего с самим собой.
Но и конечно, он стал более внимателен к своей собственной жене, искренне интересуясь её настроением, планами, работой, впечатлениями. И Ольга не осталась в долгу, стараясь с мужем провести побольше времени, приготовить для него вкусный ужин, поговорить с ним по душам.
Так же на моём канале можно почитать: