1985 год cтал завершением турне “World Slavery Tour”, явившим миру Iron Maiden во славе и успехе, в качестве хэдлайнеров многих сборных концертов. Тур прокатился по разным странам, длился 331 день и включил 187 выступлений (последнее состоялось 5 июля). Мэйден завершили его победителями, однако он стоил музыкантам морального и физического истощения, таившего в себе некоторые угрозы для будущего группы.
Стив Харрис мудро рассудил, что круговерть, начатая в начале 80х и продолжавшаяся все эти годы (с 1980 по 1984 группа выпускала по альбому в год, успевая активно гастролировать), может плохо кончиться, если её не притормозить. Он отправил группу на каникулы, во время которых музыканты были предоставлены сами себе и в профессиональном, и в личном смысле, и в итоге это пошло на пользу.
После окончания мирового тура Slavery и выхода альбома Live After Death мы наслаждались 5 месяцами полноценного отдыха. (Примечание: это был первый настоящий "отпуск" за 6 лет!) Брюс занимался своим любимым видом спорта - фехтованием, Нико совершенствовался в пилотировании, Эдриан отправился на рыбалку в холодные ручьи Канадских Скалистых гор, Дэйв, который только что женился на очаровательной гавайке, наслаждался своим новым домом рядом с великолепным пляжем, а я играл в футбол...
(…)
Нам всем нужно было немного отдохнуть, и было очень важно, чтобы мы могли выпустить пар независимо друг от друга. Последние 6 лет мы вели… очень "металлический" образ жизни, и это был необходимый перерыв. Это было необходимо для нас самих и нашего здоровья, а, следовательно, и для наших жизней, которые были поставлены на карту, а также для группы, потому что такой "металлический" образ жизни мог угрожать ее сплоченности и единству...
(Стив Харрис, интервью журналу “Enfer”, 1986).
Каникулы планировались полугодовыми, но
Спустя 5 месяцев бездействие стало тяготить нас, и мы были очень рады снова собраться вместе. Каждый раз, когда мы собираемся для записи нового альбома, мы все очень взволнованы. Но на этот раз я могу сказать вам, что мы никогда еще не были так счастливы снова быть вместе. Атмосфера в группе была идеальной, и было очевидно, что все будет просто замечательно. Эти 5 месяцев полноценного отдыха позволили нам начать все сначала. Кроме того, за последние 4-5 лет мы отложили в сторону довольно много материала, над которым теперь могли бы спокойно работать. Итак, когда мы встретились в январе в Джерси, чтобы начать репетиции, у нас у всех было множество идей в голове. Этот перерыв был действительно полезным для группы. Мы не хотели превращаться в каких-то роботов, застрявших в порочном круге "запись, тур, запись и т.д.".».
(…)
«На этот раз у нас было больше времени для работы над песнями, особенно если учесть, что во время пятимесячного перерыва каждый много практиковался со своим инструментом или голосом.
(Стив Харрис, интервью журналу “Enfer”, 1986).
Началу сессий предшествовали переговоры, на которых музыканты поделились материалом, наработанным за отпуск. И эти переговоры показали, что не всё так радостно и оптимистично в королевстве, как рассказывал позже его король.
Пути развития группы виделись музыкантам очень по-разному. Харрис, хотя и не хотел топтаться на месте, и постепенно внедрял элементы арт- и прог-рока в свою музыку, считал нужным оставаться верным тому стилю, той основе, которые группа выработала за эти годы и которые принесли ей такой успех. Дикинсон предложил сделать для нового альбома несколько акустических песен, что означало бы резкий жанровый поворот (ориентиром для Брюса в тот момент служили альбомы Led Zeppelin “IV” (1971) и “Physical Graffiti” (1975)). Группа (и, прежде всего, её лидер) восприняла предложение без энтузиазма. Дикинсон:
Я сказал: знаете, мы сделали этот большой металлический альбом, так, может, нам стоит немного расслабиться, добавить немного акустики? И все посмотрели на меня так, словно у меня две головы!
Позже Харрис отметит, что Брюс был «сам не свой». «Это было что-то в духе Jethro Tull, что мне очень нравится… Но на самом деле это было что-то неправильное». Точка зрения Харриса победила (кто бы мог подумать), разногласия были преодолены, но на самом деле согласия музыканты не достигли. Вокалист осознал, что в группе он не столько автор и идеолог, сколько наёмный работник, и так он к этому и начал относиться впоследствии.
После тура «Powerslave» я очень близко подошел к тому, чтобы завязать с музыкой. У меня больше не было настроения принимать участие в закулисной политике и томиться в одиночной камере в гастрольных автобусах и роскошных гостиничных номерах. Я не ждал, что другие люди это поймут, поскольку многим такая жизнь может показаться абсолютной мечтой – но я хотел большего, чем просто прочно стоять на одном месте. Когда пришло время возвращаться в производственный цикл, я подумал, что группа могла бы измениться просто ради самой перемены.
Нехорошо быть белой вороной в группе из пяти человек. Мартин Берч отвел меня в сторону и тихо избавил от страданий, объяснив, что мои маленькие «акустические» номера – это не то, что нужно группе. Все было довольно просто, и если уж ты решил сделать все так, чтобы тебя затоптали, лучше покончить с этим и двигаться дальше.
Я не могу дуться дольше пяти минут, поэтому я смирился и подумал: как мне провести следующий год так, чтобы это доставляло удовольствие? Маленькая птичка сидела у меня на плече и шептала в мое левое ухо: «Почему бы тебе просто не быть вокалистом и не позволить всем остальным делать то, что нужно делать?» Так что вместо того, чтобы думать о картине в целом, я думал только о себе, о себе и о себе. В течение некоторого времени это было для меня большой отдушиной.
Мы снова поехали на Джерси, на этот раз в другую гостиницу, чтобы записать очередной альбом. На этот раз я не писал для него никаких песен, поэтому уехал в Европу, чтобы принять участие в соревнованиях по фехтованию.
(Брюс Дикинсон, «Зачем эта кнопка?»)
Несмотря на то, что на следующих альбомах группы песни Дикинсона ещё не раз появятся (и многие будут очень недурны), эта отстранённость будет нарастать и спустя 7 лет приведёт к уходу вокалиста из группы – эксперименты с жанрами он будет ставить уже на сольных альбомах.
Существовала и третья линия развития, оказывавшая влияние на творчество – линия, которую стремился проводить гитарист Эдриан Смит, умевший сочинять красивые мелодии и уникальные риффы. На каникулах он тоже не тратил время зря и сделал для альбома кое-что новое. В отличие от материала Дикинсона, оно в итоге туда вошло, но к творчеству Смита в группе тоже порой относились с опаской, видя в нём угрозу размывания и «попсовизации» железобетонной мэйденовской музыки. Продюсер Мартин Бёрч, сделавший с группой все классические альбомы, отмечал, что материал Смита (речь о песнях “Wasted Years” и “Stranger In A Strange Land”) хорош, но выходит за рамки дозволенного: «Я всегда чувствовал некоторую опасность чрезмерного участия Брюса и Эдриана, потому что с ними всегда был риск уйти от того, чем на самом деле являлись Maiden». В качестве примера он приводил песню “Reach Out”, попавшую на сторону Б сингла “Wasted Years”. Песня хороша, но действительно слишком легковесна и за пределами стилистики группы (настолько, что Дикинсон даже отказался её петь, и в итоге это с успехом сделал Смит). По словам Бёрча, «если бы группа позволила себе включить что-то подобное в альбом, это лишило бы Iron Maiden всего смысла».
Харрис, подводя итоги исторического совещания в последующих интервью, дипломатично, не желая выносить сор из избы, говорил следующее:
Над этим альбомом Эдриан работал сам по себе. Вот почему Брюс ничего не писал. Раньше он работал с Эдрианом, но на этот раз ему пришлось сочинять в одиночку. Эдриан даже сам написал все тексты. То, что написал Брюс, вполне соответствовало тому, что мы сделали. Поэтому мы сохранили его песни для следующего альбома.
(Стив Харрис, интервью журналу “Hard Rock”, 1986).
Теперь уже не поймёшь, какие наработки Дикинсона попали на следующие альбомы, какие – нет, но акустики мы там точно не услышали, поэтому здесь Харрис, скорее всего, покривил душой.
Развитие Iron Maiden могло пойти по совершенно иному пути, победи точка зрения Дикинсона. С одной стороны, группа действительно могла потерять лицо, за которое её любят, с другой – могла бы избежать стагнации и кризиса, догнавших её к началу 90х. Однако развитие пошло как пошло, и в итоге мы получили дальнейших Iron Maiden, а также альбомы Смита и Дикинсона, сделанные уже вне этого коллектива – в принципе это неплохо.
Смит, как и Дикинсон, не видя в Iron Maiden того простора для творчества, которого бы ему хотелось, со временем тоже покинет группу. Но пока что участники смогли договориться, и в январе 1986 года работа над альбомом началась…