Васька свернулся клубочком, стараясь согреться. Тщетно! Мороз сковывал худое тельце, шептал ледяным ветром на ухо: «Спи, Васька, спи вечно».
И черный кот его послушался, закрыл глаза...
ПОДДЕРЖИ продолжение работы канала на любую сумму от 50р.
*****
«Непорядок у тетки на душе! Тоска и грусть», — размышлял вихрастый, веснушчатый пацаненок, переходя от одной картины к другой.
— Ну как, племяш? Нравится? — раздалось за спиной.
Пацаненок вздрогнул, обернулся и замялся, подыскивая слова. Тетку обижать не хотелось.
— Минорно как-то... Вон на том полотне сугробы, домишко утлый и бабулина фигурка одинокая. А на этом так вообще безнадега какая-то. Черный кот на белом, и все! Мороз прямо пробирает.
— Ишь ты, минорно ему. А я так вижу! — тетка все же обиделась. — Правдиво! Так оно в жизни и есть!
Пацаненок решительно замотал рыжей головой, отчего по стенам заплясали солнечные зайчики.
— Не так ты все видишь. Кот и бабуля, например, они даже на твоих мрачных картинах светлые. Я тебе докажу!
— Вперед, шкет. Только вряд ли у тебя что-то получится. Я как-никак мир этот получше твоего знаю! — тетка сложила руки на груди и глянула сверху вниз.
Пацаненок спорить больше не стал, внимательно глянул еще раз на полотна и выскочил за дверь...
*****
Тем временем далеко-далеко в заснеженной деревеньке черный кот Васька сидел под крыльцом опустевшего дома и думал. Мысли у кота, вопреки морозу и снегу, были теплые:
«Повезло мне все-таки в жизни, — рассуждал Васька. — Пускай сейчас снег и холодрыга. Пускай я даже представить себе не могу, где достать еды и как пережить следующую ночь. Все это неважно...
Важно то, что люди мне попадались в жизни хорошие. Взять хоть мою первую хозяйку, Леночку. Славная девчушка. Как она меня обнимала, в нос целовала, гладила и хвалила.
Потом, правда, перестала. Ну так это я сам виноват. Вырос, подурнел. Вот у Леночки любовь ко мне и прошла. Эх, жаль, нельзя быть котенком всю жизнь.
Выставили меня Леночкины родители из дому. Ну да я не в обиде. Летом выставили, не зимой...
Летом славно: солнышко греет, мышки снуют, голуби прожорливые у помоек топчутся. Не захочешь – с голоду не помрешь, короче.
Я вот и не помер. Наоборот, хозяйку новую встретил. Хорошую! Бабулечку-дорогулечку мою. Ох, как же она меня обожала. Рыбьими хвостиками угощала.
Мы с ней телевизор смотрели, носки вязали, разговаривали о разном. Отличная была бабулечка...
Она же не виновата, что к ней внучка переселилась. А у внучки аллергия на меня. Вот и оказался я снова без дома. Эх, жаль, что я лысым не родился. Говорят, и такие коты в природе бывают.
А третьи мои хозяева – вообще милейшие люди. На дачу отвезли. Миску на крылечке поставили. Мышей ловить разрешили. Ну, сама доброта. А то, что без меня уехали, так они ничего и не обещали!
Словом не обмолвились, что в город меня с собой заберут. Так что упрекнуть их не в чем...
Правда, как до весны теперь дожить, не представляю. Но я ведь везунчик. Даст кошачий боженька, снова добрых людей встречу».
Васька свернулся клубочком, стараясь согреться. Тщетно! Мороз покусывал за нос, сковывал худое тельце, шептал ледяным ветром на ухо:
«Спи, Васька, спи вечно».
И черный кот его послушался, закрыл глаза...
Но тут под крыльцо заглянул рыжий пацаненок:
— Вот ты где спрятался! А я тебя обыскался. Вроде место то самое, что на теткиной картине, а тебя нигде нет.
От холода Васька даже поначалу не удивился. Безропотно позволил пацаненку вытащить себя из-под крыльца и запихнуть за пазуху. Там мало-мальски отогрелся, прогнал студеную дрему и поинтересовался:
— Ма?
— Вот тебе и ма! — ответил пацаненок. — Пойдем тепло искать, да тетке моей доказывать, что жизнь – это не одиночество. Много в ней всего понамешано! Любовь, теплота, радость.
«Ну вот, я так и знал, — подумал Василий. — Нашелся для меня еще один хороший хозяин! А я уже и лапки было сложил».
Они шли долго. Мимо заснеженных елей, пустынных полей и холодных домов. Василий больше ни о чем не спрашивал. Верил, что придут в хорошее место. Иначе и быть не может.
Шаги пацаненка убаюкивали, и кот задремал. А проснулся и правда в замечательном месте...
*****
Домик бабы Маши стоял у самого леса. Удобно. Летом за грибами да ягодами близко ходить. Зимой валежник далеко таскать не надо. Дрова покупные тоже имелись, но их баба Маша расходовала экономно.
Экономить она привыкла. А вот жаловаться да унывать – нет. Да и чего ей унывать-то? Не девочка уже, но пока и не развалина ветхая.
То, что родных рядом не осталось, так жалобами этого не изменишь. Когда-то у нее был муж любимый, от него дочурка-кровиночка родилась. Счастье в их доме жило.
Не всякий человек свое счастье в жизни встречает, а ей повезло. Только, увы, частенько за счастьем беда хвостом ходит. Вот и у бабы Маши так получилось.
Муж заболел, да помер. Дочка нынче далеко живет. Полюбила, замуж вышла, в другую страну уехала. Звонит, конечно, иногда. Как дела, спрашивает, здоровьем интересуется.
Баба Маша всегда отвечает одинаково:
«Все хорошо, доченька! Жива-здорова!»
На одиночество не жалуется, на небогатую жизнь не сетует. Незачем. У дочки своя жизнь, своя семья, свое счастье...
Нет, баба Маша не железная, конечно. Бывает, и взгрустнется порой. Зима особенно к этому располагает. Пусто, бело, холодно. Кажется, что в мире она одна осталась. И страшно от этого становится.
Летом легче. Дел много, народ вокруг копошится. Гости изредка заглядывают. Ну да ничего. Зима – она не вечная. Надо терпения набраться да тепла дождаться...
Примерно так рассуждала баба Маша, стоя на крылечке и вглядываясь в стылую белизну.
И вдруг увидела вдалеке фигурку. Кто-то шустро шел к ее дому, вздымая буранчики снега.
«Да это мальчишка!» — удивилась баба Маша, когда путник толкнул калитку.
— Приветствую! — по-взрослому поздоровался он. — Насилу до вашего дома добрался. Снегу по самое некуда!
— Да ты чей такой будешь-то? — удивилась баба Маша. — И зачем это я тебе понадобилась?
— Это я вам понадобился! — улыбнулся пацаненок. — Подарок у меня для вас. Пойдемте в дом, что ли?
Баба Маша пожала плечами, распахнула дверь.
— Ну проходи!
Пацаненок юркнул в тепло. Расстегнул куртку и опустил на половичок кота. Черного, как головешка, худого, зеленоглазого.
— А вот и подарок.
Василий заозирался по сторонам, принюхался. Пожалуй, ему тут нравилось. Уютом пах нитяной половичок, теплом дышала печка, добром веяло от хозяйки.
— Вот это подарок! — всплеснула руками баба Маша. — Ох и тощий же. Давай-ка я тебя покормлю!
Сказала и полезла в шкафчик. Оттуда достала миску, наполнила ее бульоном, сдобрила бульон тушенкой из банки. Поставила угощение у ножки стола:
— Ешь, черненький.
Василия уговаривать не пришлось. Накинулся на еду, урча да помуркивая.
— А теперь с тобой, дружок, давай разбираться... — баба Маша обернулась к пацаненку. — Садись за стол, сейчас чайку налью, и ты мне все расскажешь. Откуда пришел, кто такой, где родители?
Мальчишка стянул шапку, тряхнул огненными волосами. Кухню словно солнышко озарило. Уселся на табуретку и заговорил, прихлебывая из чашки...
*****
— Дом ваш, баба Маша, я на картине у своей тетки увидел. Грустная картина, скажу я вам. Одиночество с нее глядело. А рядышком изображение вон того черного урчащего товарища пристроилось. Тоже печальное.
Мальчишка откусил от ломтя хлеба с вареньем. Баба Маша воспользовалась паузой.
— Стой-ка, а откуда ты знаешь, как меня зовут? И откуда у твоей тетки мои портреты?
Мальчишка хлопнул себя по лбу ладошкой. Вздрогнули рыжие вихры, заплясали искорки на потолке.
— Ох, вежливость-то я, похоже, всю отморозил! Начал с середины. Счастливый Случай меня зовут! А тетка моя – сама Судьба!
Баба Маша наклонилась к пацаненку, потрогала ладошкой лоб.
— Жара нет, а говоришь, словно бредишь...
— Да ну вас, в самом деле! Ну что вы за создания такие, люди? Шарлатанам всяким верите, а когда у вас на кухне Счастливый Случай чай пьет да солнечными зайчиками сыплет, сомневаетесь.
«А ведь и правда, — баба Маша огляделась. — Мальчишка-то явно непростой».
— Ладно, не обижайся. Столько лет живу, что в чудеса верить разучилась.
— А зря! Я вот как раз пришел к Василию, — Счастливый Случай кивнул на кота, — а потом и к вам, чтобы тетке своей доказать, что живы еще чудеса в мире. Тетка ведь у меня раньше совсем другая была. Вязаньем увлекалась, макраме всяким.
— Тоже мне волшебное занятие, — не удержалась баба Маша.
— Волшебное! Это если вы будете вязать да плести, то максимум красивый узор получится, ну или носок какой. А если сама Судьба этим занимается, то множество жизней переплетается. Отношения разные завязываются...
Только вот время шло, и захандрила моя тетка.
«Пустое, — говорит, — все это мое рукоделие. Ничего путного не выходит. Пытаюсь счастливую семью связать, а выходит мезальянс. Плету красивую любовь, а получается меркантильное убожество. То ли я рукодельничать разучилась, то ли люди донельзя изменились. Другое хобби надо искать».
И вот нашла! Рисует теперь картины. Такие, что глянешь на них, и горько становится. Говорит, что жизнь такая. А вот я не верю. Поэтому и решил ей показать, что холод и одиночество на ее картинах – неправда!
Василия спас, к вам привел. Вы что, не рады?
Казалось, мальчишка сейчас расплачется, несмотря на всю свою взрослость.
— Да как же не рада! — заторопилась баба Маша. — И Василию рада, и тебе, милый мой! Просто от удивления слова все растеряла. Не каждый день ко мне Счастливый Случай заглядывает. Да еще и племянник самой Судьбы.
Ты тетке своей вот что скажи: пусть к вязанию возвращается и не дурит. У всех ошибки бывают. Петлей обсчитаешься или еще что, вот и пошло-поехало все вкривь да вкось. Это же не повод бросать!
— Скажу! — обрадовался мальчишка.
*****
Рисовать у Судьбы сегодня не было настроения, поэтому она в задумчивости разглядывала уже готовые картины. Переходила от одной к другой, заложив руки за спину, и вдруг замерла.
— Это что? Я такого не рисовала!
Две последние картины изменились. Слились в одну. Зима осталась прежней, только не казалась больше такой пустой и холодной.
Лежал пушистый снег, из трубы домика вился дымок, бежала дорожка средь сугробов, ели обнимались, разодетые в белые шубы.
Но главное, фигурка на картине больше не была одинока. Бабуля стояла на крыльце, прижав к груди черного кота. Казалось, что оба улыбаются.
— Ну, так ведь лучше?
Судьба обернулась, за спиной переминался с ноги на ногу Счастливый Случай. Она кивнула.
— Лучше, племяш. Действительно лучше.
— А мне тут еще для тебя послание передали. Сплетай судьбы дальше. У всех случаются неудачи. Но ведь прекрасные узоры тоже получаются. Вон, смотри, как я жизни этих двоих связал. А я ведь не мастер!
Судьба потрепала племянника по огненным волосам:
— Уговорил.
Уселась в кресло, достала шкатулку с вязанием и принялась разматывать цветные нити...
Автор АЛЁНА СЛЮСАРЕНКО (все рассказы: #алёна слюсаренко)