Animals

Инга, привычная к тому, что появление ее производит эффект, сравнимый с восходом солнца, слегка замедлила шаг, ожидая должной реакции. Реакции не последовало... Кошка Инга выросла в городской квартире на седьмом этаже, где полы скрывались под дизайнерскими шерстяными коврами оттенка «топленое молоко», а на кухне пахло исключительно деликатесами – то лососем, то перепелиными яйцами, то утиной печенью. Шерсть Инги была нежно персикового окраса, гладкая и блестящая, а глаза – цвета африканского изумруда...

— Старуха стала требовать, чтобы я отвёз сбитую собаку в больницу. Я тогда рассмеялся. И сказал, что я ни за что не положу это грязное чудовище на кожаное сиденье... — Ну, а дальше-то что было? — он поежился и взглянул на небо. Кажется, собирался дождь. Но что поделать. Осень уверенно вступала в свои права... Рядом у ног тихо фыркнул пёс – старый, с всклокоченной шерстью и грустными глазами. Его звали Гром и он был верным спутником своего хозяина, от которого отвернулись все. Нищий вздрогнул и пристально уставился на собеседника, стараясь разглядеть его получше...

Бедный я, бедный. Был единственным и любимым, а теперь... Эх, женщины! Предательство вам имя. За что мне все это, спрашивается? За маленькую справедливую месть? Зато теперь у меня есть самый настоящий враг! Володька-борода... Холодно, очень холодно и мокро. Мамки нет, никого нет. Куда все делись? Помогите! Спасите! Не слышат. Голос сел, даже пищать не могу. Все! Конец мне... ***** Тепло... Ох, неужели я в кошачий рай попал? Так, радуги не видно. О! Зато миска есть. Что там? Это все для меня? Точно рай! Идет кто-то...

Мистер Голсуорси нахмурился. В их тихой деревушке Хиггинс‑Кросс кражи были редкостью, а уж кража кошки престарелой леди и вовсе казалась нелепостью... Мистер Голсуорси был очень внимательным, поэтому от его цепкого взгляда не укрылся факт исчезновения любимицы леди Эшби – белоснежной ангорской кошки Минервы. Голсуорси стоял у невысокой каменной ограды, отделявшей сад леди Эшби от его собственного участка, и, поправляя пенсне, наблюдал. Для него это было не праздное любопытство, а привычка, выработанная за долгие годы службы в Скотленд‑Ярде – замечать отклонения от нормы...