А Зинаида наша сама на рожон лезет, как та порося, ей чем грязище поглубже, тем ей и лучше. И нечего на кого-то пенять! И людей честных в заблуждение вводить! Ты уж не обижайся на прямоту, но искать виноватого в Зинкиных несчастиях, это всё равно, того самого порося обвинять, что он в грязной луже валяется, совершенно бесполезное занятия, так как он сам туда с превеликим удовольствием лезет!
Глава 35
Начало здесь:
Иван Петрович пришёл к Шуре домой.
—Проходи, проходи гость дорогой! — пригласила его в Вера Никитична. —Чем, как говорится, честь такую заслужили?
—Да я по очень щепетильному делу пришёл к вам, Вера Никитична. Не очень-то мне и самому приятно, но всё таки надо прояснить одну ситуацию, но ты уж не обессудь. Я к тебе и к Александре со всем уважением... — начал неловко Иван Петрович.
Никитична видя смущение завфермой строго и пытливо взглянула на Шуру, не натворила ли она чего такого, что сам Петрович в гости пожаловал, но и у той и самой вид был весьма заинтересованный и никакого смущения её лицо не выдавало...
—Да ты проходи, дорогой Иван Петрович! Садись к столу, мы как раз с внучей обедать хотели... — поспешно пригласила Вера Никитична.
—Да я не голодный... — начал было Иван Петрович.
—Не обижай, гость дорогой. —настойчиво попросила Вера Никитична. — Не побрезгуй, чем богаты, как говорится, тем и рады!
—Спасибо, спасибо... — наконец-то улыбнулся Иван Петрович присаживаясь к столу.
—Внуча, доставай-ка пироги, киселик неси. Ох, у нас и киселик удачный в этот раз получился! Ммм! Ты, небось, Петрович, такого ещё и не едал! — хитро сощурившись, улыбнулась Вера Никитична, расставляя перед гостем угощения.
А тот, отведав кисель и пироги искренне поблагодарил, приложив руку к груди:
—Очень вкусно! Спасибо, Никитична. Пироги знатные! Хоть супругу к тебе на обучение присылай!
—Ну вот! Я рада, что угодила! А насчёт супруги ты уж, Петрович, не приукрашивай, она сама кого хошь научит! —довольно улыбнувшись сказала Вера Никитична. — Ну вот теперь и поговорить можно, что там такое стряслось, что тебе беспокоиться пришлось, ноги до нас бить?
—Да ты слыхала небось, что за происшествие случилось у нас на ферме? — Иван Петрович вопросительно глянул на Шуру.
—Да конечно мне внуча все рассказала! — проследила его взгляд Вера Никитична. —Ой-ёй, что с Зинкой творится, страшное дело, не приведи Господи!
—Да я вот собственно насчёт этого и поговорить хотел. Я ведь с Зинаидой разговаривал по душам после случившегося, она мне рассказала, что якобы вы, а особенно ты, Никитична, её семью преследуете, проклинаете и всячески портите им жизнь. Из-за чего у них с Виктором пошёл разлад и их семейная жизнь покатилась под откос, а у неё, у Зинаида то бишь, нервы сдают из этого...
Никитична слушала внимательно, не перебивала на полуслове и не оправдывалась горячо, а слушала и молчала, чем повергла завфермой в ещё большее замешательство.
—Ты уж прости, Никитична, и ты, Александра, я к вам очень хорошо отношусь, вон Александра не даст соврать, я её в пример всё ставлю остальным дояркам, но это слова Зинаиды и мне, как непосредственному руководителю, хочется в этом разобраться, поймите меня правильно, ведь до чего дошло?! Это хорошо, что Фёдор Васильевич вовремя подоспел!
—Да мы всё понимаем, Петрович. — наконец-то сказала Вера Никитична. —Понимаем, что и Зинке нелегко живётся, только кто ж эту самую Зинаиду в этот омут насильно толкал? Я не толкала, ни Шура моя, ни тем более вы, уважаемый Иван Петрович. А что касаемо проклятий, было дело, что уж тут греха таить! Я отнекиваться не буду, так как отчихвостила Витька при всём честном народе, потому как заслужил по ганец. Да и не в моём характере брехней заниматься... Так вот, уважаемый Иван Петрович, если б совесть у человека была чиста, мои б проклятия отскочили от него, как от стенки горох! А коль совесть свою запятнал, так и обличает она его теперь и оттого жизнь вкривь и вкось пошла. А Зинаида наша сама на рожон лезет, как та порося, ей чем грязище поглубже, тем ей и лучше. И нечего на кого-то пенять! И людей честных в заблуждение вводить! Ты уж не обижайся на прямоту, но искать виноватого в Зинкиных несчастиях, это всё равно, того самого порося обвинять, что он в грязной луже валяется, совершенно бесполезное занятия, так как он сам туда с превеликим удовольствием лезет! Да ты и сам это понимаешь. А вообще, как в народе говорят: Бог шель му метит! Так вот эта пословица не в бровь, а в глаз! Точно про Зинку и её житьё-бытьё!
Иван Петрович видя непоколебимое спокойствие и мудрую рассудительность Веры Никитичны испытал ещё большую неловкость оттого, что усомнился и пришёл выяснять: кто прав, а кто виноват, вспомнив бегающие глаза Зинаиды, её суетливость и сбивчивость рассказа окончательно убедился, что она всё врала, дабы отвести от себя гнев начальника и хоть как-то оправдать свой поступок.
— Понимаю, понимаю...—покивал головой Иван Петрович. — Спасибо за угощения, пошёл я дальше.
Когда дверь за завфермой закрылась, Вера Никитична со злостью шлёпнула ладошкой по столу:
— Нет, ну какая грымза! Ты посмотри на неё! Вот совести у бабы ни капли не имеется! Ну я её встречу! Я ей расскажу, кто в её бедах виноват! Не просто расскажу, а как котёнка напакостившего носом натыкаю!
— Ба, может не надо? — обеспокоенно спросила Шура. — И так она уже только нас во всех своих бедах обвиняет!
— Это ей не надо на добрых людей наговаривать чепуху всякую! Пакостить, ещё и врать без зазрения совести! — рассерженно сказала Вера Никитична. — Ну что ж! Не воспитали её родители как следует, придётся мне этим заняться! А тебе, внуча, ещё раз повторю: если ты чувствуешь, что правда на твоей стороне, отстаивай свою правоту до последнего! А иначе, будут потом все, кому не лень об тебя ноги вытирать!
Шура видя, что бабушка рассержена и настроена решительно побоялась ей перечить, только подумала: " И чего правда прицепилась к нам эта Зинка? Других что ли людей в деревне нет?"
А Вера Никитична будто мысли прочитала у внучки:
— Такие люди, внуча, как Витька этот и Зинка его ищут послабее, беззащитных, на кого можно напасть и не получить сдачи. Но не на тех они напали! Пусть я и старая уже, но отчихвостю так, что мало не покажется! Им и так уже прилетело, мама не горюй, и ещё прилетит, если не успокоятся!
— Ба, ты что, правда колдунья? — спросила Шура с широко открытыми глазами.
— Да что ты глупости болтаешь? — строго спросила Вера Никитична. — Вдов и сирот свыше защищают, это раз. А второе, запомни раз и навсегда: человек поступающий против совести всю свою жизнь под откос пускает! Так было, есть и будет всегда! Ну а в-третьих, мы их не боимся и я им всю правду-матку в глаза высказываю, да ещё и прилюдно, сплетни не навожу, вот оттого им и неймётся, что от стыда душа горит...
Продолжение здесь:
Так же на моём канале можно почитать: