Я всегда считала, что мне повезло с невесткой. В наше время, когда все вокруг жалуются на молодых, Марина казалась исключением. Скромная, тихая, всегда «мама» да «мама», лишнего слова поперек не скажет. Мой сын, Антон, в ней души не чаял, да и я растаяла. Квартиру им свою освободила, сама на дачу перебралась, лишь бы дети жили счастливо. Кто же знал, что за этой ангельской улыбкой скрывается холодный расчет, от которого кровь стынет в жилах.
В тот вторник я заехала к ним в город, чтобы забрать зимние вещи. Марина встретила меня на пороге, расстроенная, с красными глазами. На полу в прихожей валялся ее смартфон с паутиной трещин на экране.
— Ирина Сергеевна, беда какая, — всхлипнула она, поднимая гаджет. — Руки-крюки, уронила прямо на плитку. А там же все: и контакты по работе, и фотографии, и приложения банковские. Антон меня убьет, он этот телефон мне только месяц назад подарил, в кредит брал.
— Ну что ты, деточка, — я обняла ее за плечи. — Дело наживное. Антон поймет, он у нас отходчивый.
— Да мне работать надо, срочные звонки, а экран не реагирует, — она жалобно посмотрела на меня. — Ирина Сергеевна, вы же все равно сейчас мимо торгового центра поедете? Там есть мастерская хорошая, «Мобильный сервис». Может, завезете? Я бы сама побежала, но курьера жду с документами, никак нельзя выйти. Я вам пароль напишу на листочке, чтобы мастер проверить мог.
Я, конечно, согласилась. Мне не трудно, да и хотелось помочь девочке. Она так суетилась, писала этот пароль, благодарила, совала мне в сумку шоколадку «к чаю». Я тогда еще подумала: какая же она заботливая.
В мастерской было тихо. Молодой парень, лет двадцати пяти, в очках и синем свитере, сидел за высокой стойкой и паял какую-то плату.
— Добрый день, — поздоровалась я, выкладывая телефон на стол. — Вот, невестка разбила. Нужно экран заменить, и побыстрее, если можно.
Парень, которого, судя по бейджику, звали Артем, отложил паяльник и взял телефон в руки.
— Сейчас глянем. Если матрица цела, то быстро сделаем. Пароль есть?
— Да, вот, — я протянула бумажку.
Он ввел цифры. Экран, хоть и был разбит, засветился. Артем начал привычными движениями листать меню, проверяя отклик сенсора в разных углах. Я стояла и рассматривала витрину с чехлами, размышляя о том, что надо бы и Антону купить новый бампер на телефон.
Вдруг повисла тяжелая, неестественная тишина. Я обернулась. Артем замер, глядя в экран. Его лицо, до этого спокойное и даже скучающее, вдруг резко побледнело. Он медленно поднял на меня глаза. В них читался неподдельный испуг.
— Это телефон вашей невестки? — тихо спросил он.
— Да, Мариночки. А что такое? Неужели ремонту не подлежит?
Парень нервно сглотнул и оглянулся по сторонам, будто проверял, не подслушивает ли нас кто. Потом он развернул телефон ко мне.
— Женщина, послушайте меня внимательно. Я не должен этого делать, это нарушение приватности, но... у меня у самого мать вашего возраста. Я не могу промолчать.
— Да что случилось-то? — меня начала бить мелкая дрожь от его тона.
— Смотрите, — он ткнул пальцем в открытый мессенджер. — У нее тут уведомление всплыло, пока я сенсор проверял. Я случайно нажал. Читайте.
Я прищурилась. Сообщение было от контакта, подписанного «Зайчик». Странно, ведь моего сына она в телефоне звала просто «Муж».
«Ну что, старая калоша уехала? Ты документы на дачу нашла? Я уже договорился с нотариусом, оформим задним числом генеральную доверенность, пока она в маразме. Кредиты на ее паспорт я уже одобрил через приложение, бабки выведем сегодня вечером. А Антона твоего можно потом и коллекторам сдать, пусть квартиру отрабатывает. Главное, чтобы эта дура телефон тебе починила, а то подтверждения кодов не приходят».
Буквы запрыгали у меня перед глазами. Я схватилась за край стойки, чтобы не упасть. Воздух в мастерской стал густым и липким. Это не могло быть правдой. «Старая калоша»? «В маразме»? Кредиты на мое имя?
— Это... это шутка какая-то? — прошептала я, чувствуя, как холодеют руки.
— Какая шутка, — Артем быстро заблокировал экран, но телефон из рук не выпустил. — Тут открыты приложения трех банков. Везде висят заявки на кредиты. И фото вашего паспорта в галерее в папке «Доки». Она, видимо, разбила телефон как раз в тот момент, когда пыталась все это провернуть, и сенсор отказал. Поэтому она вас и отправила. Ей нужны были не звонки по работе. Ей нужно, чтобы экран заработал и она могла подтвердить переводы смс-кодами. Вы понимаете? Она вас своими руками сюда прислала, чтобы вас же и ограбить.
Он посмотрел на меня и прошептал ту самую фразу:
— Заблокируйте свои карты и бегите! Прямо сейчас звоните в банк. И паспорт меняйте. А телефон я вам не отдам пока. Скажу ей... скажу, что запчасти нет, завтра будет.
Меня затрясло так, что зубы стучали. Я выскочила из торгового центра, как ошпаренная. Первым делом набрала горячую линию банка. Голос дрожал, я путала слова, но оператор поняла суть.
— Да, Ирина Сергеевна, — сообщил мне сухой женский голос в трубке. — Вижу подозрительную активность. Попытка оформления кредита на полтора миллиона рублей полчаса назад. И еще запрос на смену привязанного номера телефона. Мы все блокируем. Вам нужно срочно подойти в отделение с паспортом.
Я стояла на парковке, глотая слезы вперемешку с холодным осенним ветром. Значит, Марина, моя любимая невестка, которую я кормила, которую жалела... она все это время планировала пустить меня по миру? И Антона тоже? «Зайчик»... Значит, у нее есть любовник, с которым они все это провернули.
Я не поехала обратно к ним. Я поехала к сыну на работу. Ворвалась к нему в кабинет, растрепанная, бледная. Антон испугался не на шутку.
— Мама? Что случилось? Тебе плохо?
Я не могла говорить. Просто выложила все как есть. Рассказала про телефон, про «Зайчика», про кредиты. Антон сначала не верил. Смеялся, говорил, что я что-то не так поняла, что это ошибка. Но когда я заставила его проверить его собственные счета через приложение... улыбка сползла с его лица. С его накопительного счета, на который они откладывали на новую машину, исчезли почти все средства. Перевод был сделан вчера ночью.
Мы поехали домой вместе. Марина встретила нас в прихожей, все еще изображая несчастную жертву обстоятельств.
— Ой, а где телефон? — спросила она, невинно хлопая ресницами. — Мастер не смог починить?
Антон прошел мимо нее, не разуваясь, и начал молча собирать ее вещи в большие мусорные пакеты.
— Тоша, ты чего? Что происходит? — она метнулась ко мне. — Ирина Сергеевна, что вы ему наговорили?
— Я наговорила? — мой голос вдруг стал твердым и звонким, как сталь. — Нет, милая. Это ты наговорила. И написала. Мастер оказался честным человеком. Он передавал тебе привет. И «Зайчику» твоему тоже.
Марина застыла. С ее лица мгновенно слетела маска добродушия. Черты заострились, глаза сузились. Она поняла, что игра окончена.
— Вы не имеете права! — взвизгнула она. — Это мой телефон! Это личная переписка! Я на вас в суд подам!
— Подавай, — спокойно сказал Антон, швыряя к ее ногам пакет с одеждой. — Только учти, что заявление в полиции уже лежит. И про мошенничество, и про попытку хищения. Я только что оттуда звонил знакомому следователю. Так что советую тебе исчезнуть прямо сейчас, пока за тобой не приехали.
Она не стала спорить. Хватала пакеты, сыпала проклятиями, кричала, что мы еще пожалеем, что мы испортили ей жизнь. Когда дверь за ней захлопнулась, в квартире повисла звенящая тишина.
Мы с сыном сидели на кухне. Чайник давно остыл, а мы все не могли прийти в себя.
— Мам, — тихо сказал Антон, обхватив голову руками. — Как я мог быть таким слепым? Она же... она же мне каждое утро кофе варила. Улыбалась.
— Чужая душа — потемки, сынок, — вздохнула я, погладив его по руке. — Главное, что живы остались. И при своей недвижимости.
На следующий день я вернулась в ту мастерскую. Артем сидел на том же месте. Увидев меня, он встал.
— Ну как? Успели? — спросил он с тревогой.
— Успели, Артем. Спасибо тебе. Ты нам жизнь спас, — я положила на стойку пакет с хорошим коньяком и конверт. — Это самое малое, что я могу сделать.
Он отказывался, краснел, говорил, что просто поступил по-человечески. Но я настояла. Если бы не его внимательность и смелость, я бы сейчас, наверное, уже была бездомной пенсионеркой с миллионными долгами.
Телефон Марины мы так и не починили. Следователь забрал его как вещественное доказательство. Оказалось, что «Зайчик» был известным брачным аферистом, и Марина была не первой его жертвой, которую он подбил на преступление против семьи. Но это уже совсем другая история. Главное, что я усвоила урок: доверяй, но проверяй. И иногда разбитый экран телефона может стать самым счастливым событием в жизни.