Прежде чем продолжить рассказ о опальной царице Евдокии, которая, подчеркну, мне глубоко симпатична, сделаю небольшое отступление. Хочу сообщить своим читателям, что при написании произведения пришлось изучить много материалов.
Понимала, у большинства читателей сформировался устойчивый образ царя-реформатора, которому мешали, а жена с наследником и вовсе противостояли. Возможно, кое-что имело место быть. Но есть факты, узнав о которых, мнение об первом императоре резко меняется. Чего только стоит история, когда поспешно бежал в Троицу, совершенно забыв о глубоко беременной жене! Согласитесь, не по-мужски все это было, да и вообще, у меня создалось впечатление, что никакого второго бунта не замышлялось.
Впрочем, коли мы рядом не находились и, как на самом деле все происходило, не знаем, так что лучше далее эту тему не обсуждать. Однако, представим на миг, что беременная царица оказалась в руках мятежников. И что тогда? Можно, конечно, возразить: ничего же плохого не случилось. Все остались живы-здоровы!
А так сказать романы на стороне? Если верить дошедших до наших дней дворцовым сплетням, они имели место быть, однако никто из фавориток и бастардов не получил помощи. Если же взять за пример Европу, нравы которой Петр Алексеевич столь упорно насаждал на Руси, то там правители своих детей признавали. Девочки получали хорошее приданное и удачно выходили замуж. Мальчики – обеспечение, образование и в соответствии со своими способностями должность. Не забывали и самих родительниц.
Допустим, из-за опасения за трон Петр не хотел признавать незаконнорожденного дитя, но по жизни ведь мог помогать! Совершенно чужим и безродным оказывал всяческое содействие, черного арапа и вовсе объявил своим сыном… Если кто со мной не согласен, оспорьте мои слова. Возможно, я что-то могла пропустить.
В общем, странный и непредсказуемый в своих поступках человек. Не сложно представить, как его ближнему окружению было трудно с ним находиться! Невольно станешь восхищаться Светлейшим князем Александром Даниловичем и Екатериной Алексеевной, ставшей в будущем первой императрицей Российской.
Но вернемся к Евдокии Федоровне. Надо полагать, что избавившись от нелюбимой жены, Петр Алексеевич вздохнул с облегчением. Как говорится, с глаз долой и с сердца вон. Вполне понятно, его поступок осуждали многие представители старых московских родов. Кстати, это наводит на мысль, что не такой уж плохой была Лопухина со своими поданными. Это хорошее отношение к отвергнутой жене, как и любое упоминание о ней, его сильно бесило.
Да и в народе открыто недоумевали. Все знали: монастырь царских жен обычно ждал за бесплодие, а Евдокия честно свой долг исполнила. И еще бы нарожала, если бы Петр заходил в ее опочивальню почаще…
Поступок Петра сильно возмутил его старшую сводную сестру, царевну Марью Алексеевну. До конца жизни она сохраняла добрую связь с Евдокией и опекала царевича Алексея, который любил родительницу и сильно по ней скучал.
Опальная царица, которой на тот момент исполнилось всего двадцать пять лет, не взирая на всю тяжесть своего положения, не потеряла душевного достоинства. Ко многим своим обидчикам, в том числе и родственнику царя Тихону Стрешневу, Лопухина сохранила добрые чувства и по-прежнему наивно надеялась на заступничество перед Петром.
Это явственно следует из письма, написанному боярину в 1703 году: «Тихон Никитич, здравствуй на множество лет! Пожалуй умилосердися надо мною бедною, попроси у Государя милости: долго ли мне так жить, что его, Государя, ни слышу, ни вижу, ни сына своего. Уж моему бедству пятой год, а от него, Государя, милости нет. Пожалуй, Тихон Никитич, побей челом, чтобы мне про его, Государево, здоровье слышать. Пожалуй и о сродниках моих попроси, чтобы мне c ними видеться. Яви ко мне бедной милость свою, побей челом ему, Государю, чтобы мне пожаловать жить; а я на милость твою надеюся, учини милостиво. А мне нечем тебе воздать: так тебе Бог заплатит за твою милость; а мае, опришень милости твоея, некому толкать. Пожалуй, милостию заступи!»
Потом, правда, сообразила, что помощи ждать не стоит, и уверовала лишь в Бога, уж он-то точно защитит. Уверенности придавали слова епископа Ростовского Досифея, который пророчествовал: быть скоро Евдоким царицей, и поминал ее в церквах «великой государыней».
Публикация по теме: Евдокия-Елена, часть 24
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке