Забытая война на краю света
Январь 1941 года. Мир уже вовсю летит в тартарары. В Европе люфтваффе перепахивает Лондон, в Северной Африке англичане гоняют итальянцев по пустыне, а Советский Союз пока еще наслаждается последними месяцами тревожного мира. Но на другом конце глобуса, в теплых водах Сиамского залива, разыгрывалась своя драма, достойная отдельного романа.
Это была «странная война» в квадрате. Вишистская Франция, уже битая Гитлером и униженная перемирием, пыталась сохранить лицо (и колонии) в Индокитае. А напротив нее стоял Таиланд — амбициозный, молодой, накачанный национализмом и японским оружием, как бодибилдер стероидами. Бангкок решил, что пока «белые господа» заняты разборками в Европе, самое время вернуть себе исторические земли Камбоджи и Лаоса.
И вот, 17 января 1941 года, у острова Ко-Чанг (что в переводе значит «Остров Слона») случилось то, что историки позже назовут единственным классическим морским сражением Второй мировой, выигранным французским флотом без помощи союзников. Это была история о том, как старый опыт побил молодую наглость, причем сделал это с чисто французским изяществом, несмотря на то, что на бумаге шансов у «лягушатников» было немного.
Давид и Голиаф: рокировка
Обычно в таких историях мы привыкли видеть маленькую, гордую, но технически отсталую страну, которая пытается отбиться от технологического монстра Запада. Здесь же ситуация перевернулась с ног на голову, словно в кривом зеркале.
Флот Французского Индокитая к 1941 году представлял собой печальное зрелище. Это был плавучий музей, собранный по принципу «на тебе, боже, что нам негоже». Флагман — легкий крейсер «Ламотт-Пике» (Lamotte-Picquet), спущенный на воду в далеком 1924 году. Красивый корабль, стремительный, с неплохими 155-миллиметровыми пушками, но брони на нем было не больше, чем на консервной банке из-под паштета. Экипаж ласково называл его «нашей старой галошей», хотя и любил безмерно.
Компанию ему составляли авизо — колониальные шлюпы, предназначенные гонять контрабандистов, а не воевать с регулярным флотом. «Дюмон д’Юрвиль» и «Амираль Шарнье» были еще ничего, середнячки 30-х годов, а вот «Таюр» и «Марн» помнили еще Первую мировую и держались на воде, кажется, исключительно на честном слове механиков и слое краски.
А что же Таиланд? О, Таиланд подошел к вопросу вооружения с размахом нувориша, выигравшего в лотерею. Тайский флот был новеньким, с иголочки. Их гордость — два броненосца береговой обороны «Тонбури» и «Шри Аютия», построенные в Японии в 1938 году. Это были «карманные линкоры» для бедных: маленькие, верткие, дизельные, но с очень злыми 203-миллиметровыми пушками. Для сравнения: калибр главного крейсера французов — 155 мм. То есть, при удачном попадании тайский «чемодан» мог прошить французский крейсер насквозь, как горячий нож масло.
Кроме того, у тайцев были отличные итальянские миноносцы, которые бегали быстрее, чем французские авизо могли мечтать, и целая стая авиации. Казалось бы, исход предрешен. Но, как говаривал один известный русский полководец, воюют не числом, а умением. А еще — дисциплиной и тем самым морским чутьем, которое не купишь ни за какие йены.
Операция «Гнев»
На суше дела у французов шли, мягко говоря, неважно. Тайская армия давила, и генерал-губернатор Индокитая адмирал Жан Деку понял: нужно делать ход конем. Если мы не можем победить в джунглях, мы должны ударить там, где нас не ждут — с моря.
Командующий французским соединением, капитан 1-го ранга (позже контр-адмирал) Режи Беранже, был человеком старой закалки. Он понимал, что в честном бою «стенка на стенку» его антикварную флотилию разберут на запчасти. Единственный шанс — внезапность. Это должна была быть не дуэль, а ночной налет с кастетом в темном переулке.
План был прост и дерзок: прокрасться к базе тайского флота у острова Ко-Чанг, используя сложный рельеф архипелага как укрытие, и на рассвете расстрелять врага прямо на якорной стоянке, пока матросы еще досматривают сны, а котлы холодные.
Беранже собрал свои корабли — «Группу 7» — и двинулся в путь. Шли в радиомолчании, маневрируя между островами. Французские штурманы творили чудеса, прокладывая курс в опасных водах без маяков и навигационных огней. Это была та самая школа мореплавания, которая веками ковалась в походах от Бреста до Сайгона.
Утро, которое началось не с кофе
Утро 17 января 1941 года выдалось идеальным для нападения. Полный штиль, легкая дымка. Тайский флот безмятежно спал в бухте.
Здесь нужно сказать пару слов в защиту тайских моряков. Они не были трусами. Они были просто неопытны. Концепция, что враг может прийти вот так, нагло, прямо домой, не укладывалась в их картину мира. Разведка не работала, дозоры, судя по всему, любовались рассветом, а не горизонтом.
Первым вестником беды стал французский гидросамолет «Луар-130». Эта летающая этажерка, тарахтя мотором, прошла над спящими кораблями. Тайцы проснулись. На миноносцах начали лихорадочно разводить пары. Но паровые машины — это не двигатель автомобиля, их не запустишь поворотом ключа. Нужно время, чтобы поднять давление. А времени у них уже не было.
В 6:15 утра французские корабли вышли из-за островов и открыли огонь. Это было избиение.
Первыми под раздачу попали тайские миноносцы «Сонгкла» и «Чонбури». Они стояли у южного берега острова, фактически обездвиженные. Французский крейсер «Ламотт-Пике» накрыл их первыми же залпами. Представьте себе состояние тайских моряков: вы бегаете по палубе, пытаясь оживить машину, а вокруг вас вздымаются фонтаны воды и рвется металл.
Снаряды крушили надстройки, рвали обшивку. Тайцы пытались отстреливаться, но их 76-миллиметровые пушки против крейсера были как горох против стены. В течение сорока минут оба миноносца превратились в пылающие факелы и ушли на дно. Экипажи сражались до последнего, и нужно отдать должное их мужеству — они не спустили флаги, но техника подвела.
Дуэль титанов: «Ламотт-Пике» против «Тонбури»
Но главная интрига разворачивалась чуть восточнее. Там стоял флагман — броненосец «Тонбури». У него, в отличие от миноносцев, были дизели. Это его и спасло, и погубило. Он смог дать ход почти сразу и двинулся навстречу французам.
Началась артиллерийская дуэль. И вот тут сказалась разница в классе. Тайские канониры, видимо, мало практиковались в стрельбе по движущимся мишеням. Их тяжелые 203-миллиметровые снаряды ложились то с перелетом, то с недолетом. Французы же стреляли как на учениях — четко, быстро, слаженно.
«Ламотт-Пике», пользуясь преимуществом в скорости, кружил вокруг неповоротливого «Тонбури», как боксер-легковес вокруг тяжеловеса, осыпая его градом снарядов. Четвертый залп стал роковым. Французский снаряд угодил точно в мостик тайского броненосца.
Командир корабля, капитан Луанг Пром Вирапан, погиб на месте. Вместе с ним погибла большая часть офицеров управления. Система управления огнем вышла из строя. Руль заклинило. Гордый броненосец, потеряв управление, начал нарезать круги посреди залива, продолжая при этом беспорядочно палить из уцелевших орудий. Это было страшное зрелище: огромный, горящий корабль, который вращается на месте, изрыгая огонь и дым, словно раненый зверь.
Огонь охватил кормовую башню. Вода хлестала в трюмы. Оставшиеся в живых матросы пытались управлять кораблем вручную, через дым и пламя, проявляя настоящий героизм. Они даже умудрялись продолжать стрельбу из башен, переведенных на локальное управление, но попасть в маневрирующий крейсер без центральной наводки было нереально.
Французы, видя, что противник фактически нейтрализован, не стали искушать судьбу. Глубины в этом районе были небольшими, и «Ламотт-Пике» рисковал сам сесть на мель. Капитан Беранже, хладнокровно оценив ситуацию, приказал прекратить огонь. Задача была выполнена: основные силы врага уничтожены или выведены из строя.
Небесное возмездие и «дружественный огонь»
Но битва на этом не закончилась. Около 9 утра в небе появился гул. Тайские ВВС, наконец-то проснувшись и заправив свои самолеты (американские бипланы «Корсар» и японские бомбардировщики), прилетели мстить.
Беранже к тому времени уже скомандовал отход. Французская эскадра полным ходом уходила на запад. И тут случился эпизод, который можно было бы назвать комедией, если бы не трагические обстоятельства.
Тайские летчики, горя жаждой мести, увидели внизу большой горящий корабль. В дыму и азарте боя они, видимо, приняли свой же собственный броненосец «Тонбури» за французский крейсер. И от души отбомбились по нему. Одна из бомб попала точно в цель, добавив разрушений и без того агонизирующему кораблю. Это был классический «friendly fire», дружественный огонь, который поставил жирную точку в судьбе броненосца.
«Тонбури», кренясь на правый борт, с трудом дотянул до мелководья в устье реки Чантабун и там, наконец, лег на грунт. Позже его поднимут, но восстановить как боевую единицу уже не смогут — он станет несамоходным учебным штабом.
Французам тоже досталось от авиации, но уже настоящей, вражеской. Тайские самолеты атаковали уходящую эскадру волнами. Но тут снова сказалась старая школа. Французские зенитчики создали такую плотную завесу огня, что пилоты просто боялись снижаться для прицельного бомбометания. Бомбы падали в море, поднимая столбы воды, но ни один французский корабль не получил прямых попаданий.
Итоги: победа на воде, поражение на бумаге
К обеду 18 января французская эскадра вернулась в Сайгон. Их встречали как национальных героев. И было за что. Сухой счет:
- Франция: 0 потерянных кораблей, 0 убитых. Несколько царапин на корпусе.
- Таиланд: 2 миноносца потоплены, 1 броненосец уничтожен (позже списан), десятки погибших моряков.
Это была тактическая победа, чистая и безупречная, как бриллиант. Беранже провел операцию по всем канонам военно-морского искусства: скрытный подход, концентрация огня, использование внезапности и своевременный отход.
Но, как это часто бывает в истории, выигрывает не тот, кто лучше стреляет, а тот, у кого круче «крыша». В дело вмешалась Япония. Токио, который уже рассматривал этот регион как свою вотчину, нахмурил брови. Японцы настоятельно «порекомендовали» Франции прекратить сопротивление и сесть за стол переговоров.
На переговорах, которые прошли, естественно, в Токио, Франция, несмотря на блестящую морскую победу, оказалась в роли проигравшего. Под давлением Японии Вишистское правительство было вынуждено уступить Таиланду спорные территории в Лаосе и Камбодже. То, что не смогли сделать тайские пушки, сделала японская дипломатия.
Эпитафия мужеству
История битвы у Ко-Чанга — это урок того, что техника не решает все. Тайский флот был современнее, его пушки были мощнее, его самолеты — многочисленнее. Но у французов был опыт, выучка и тот самый «esprit de corps» — дух корпуса, который заставлял их действовать как единый механизм.
С другой стороны, нельзя не уважать и тайских моряков. Они приняли бой в заведомо проигрышной ситуации, застигнутые врасплох. Экипажи миноносцев погибали, но продолжали стрелять из своих маленьких пушек по огромному крейсеру. Моряки «Тонбури» боролись за живучесть корабля в аду пожара. Это было достойное поражение, за которое не стыдно.
Сегодня у острова Ко-Чанг дайверы ныряют к останкам тайских кораблей (хотя «Тонбури» там нет, его подняли, но миноносцы лежат). Это популярный туристический аттракцион. Туристы, попивая кокосовый сок на пляже, редко задумываются о том, что в этих лазурных водах когда-то кипела вода от взрывов и гибли люди.
Для России, с ее богатой военно-морской историей, этот эпизод интересен как пример того, что даже малые силы, при грамотном управлении, могут творить чудеса. И еще это напоминание о том, что любая, даже самая маленькая и забытая война — это всегда трагедия, героизм и, увы, часто политический фарс в финале.
А капитан Беранже? Он получил звание контр-адмирала. Это был последний яркий луч славы французского флота перед долгим закатом колониальной империи. Но этот луч был действительно ослепительным.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также просим вас подписаться на другие наши каналы:
Майндхакер - психология для жизни: как противостоять манипуляциям, строить здоровые отношения и лучше понимать свои эмоции.
Вкус веков и дней - от древних рецептов до современных хитов. Мы не только расскажем, что ели великие завоеватели или пассажиры «Титаника», но и дадим подробные рецепты этих блюд, чтобы вы смогли приготовить их на своей кухне.
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера