Дети Ликурга: Тень и Сталь Спарты

У истоков Еврота

В долине, зажатой меж суровых хребтов Тайгета и Парнона, где река Еврот несет свои холодные воды к морю, родилась не просто община, а идея, отлитая в бронзе и крови. Спарта. Ее имя происходит не от силы, а от «сеяния», от корня, означающего широкое, разбросанное поселение. Но история превратила это имя в синоним несгибаемости.

Лику́рг (др.-греч. Λυκοῦργος; по разным данным, IX, VIII, VII или VI век до н. э.) — древнегреческий политический деятель, которому приписывают реформы государственного строя Спарты.

Истоки ее теряются в тумане дорийского вторжения, в XII веке до нашей эры. Пришельцы-дорийцы подчинили местных ахейцев, превратив их в илотов – государственных рабов, питавших своим трудом этот странный социум. Уже тогда Спарта выбрала свой путь: не расселяться по колониям, как другие греки, а завоевывать соседей, превращая всю Лаконику, а затем и Мессению, в свою вотчину.

Руины древнегреческого города-государства Спарта, расположенного на полуострове Пелопоннес, Греция. Древняя Спарта была столицей государства Лакедемон. Руины включают древний амфитеатр и акрополь, которые не были приукрашены реставраторами и сохранили свой первоначальный вид. Современный город Спарта виден на заднем плане, окруженный оливковыми рощами и горами Тайгетос.

Закон, высеченный в камне: Миф о Ликурге

«Ликург и Тесей» французского художника Мерри-Жозефа Блонделя. Картина изображает легендарных законодателей Афин и Спарты, Тесея (слева) и Ликурга (справа), разделенных водным потоком, символизирующим их разные подходы к управлению государством.

Фигура Ликурга – полумифического законодателя – нависает над всей спартанской историей, как тень от гигантской статуи. Был ли он богом, человеком или гениальной коллективной выдумкой? Историки спорят. Но для спартанцев он был реальнее любой горы. Легенда гласит, что, получив от Дельфийского оракула «Великую Ретру» – свод законов, он выстроил общество как единый военный лагерь.

Его законы были тотальной социальной инженерией:

• Агора – равенство: Граждане-спартиаты были «равными» (гомеями). Им запрещалось заниматься ремеслом и торговлей, дабы не отвлекаться от военного дела. Земельные наделы обрабатывали илоты.
• Сисситии – братство: Мужчины питались вместе, вскладчину, простой пищей – знаменитой черной похлебкой из крови, свинины и уксуса, которую, по слухам, чужеземцы находили несъедобной. Это был тест на выносливость и инструмент контроля.

Сиссития (от др.-греч. συσσίτια — «совместная трапеза») — совместное застолье для граждан в Древней Греции, прежде всего среди дорийцев.

• Воспитание – Агогэ: С семи лет мальчиков забирали из семьи. Это была не школа, а крещение болью и лишениями. Их учили не грамоте (письмо было минимальным), а стойкости, хитрости, умению убивать и молчать. Драки, воровство как упражнение на ловкость, ночные облавы на илотов (криптии) – всё это формировало идеального солдата, для которого понятия «родина» и «фаланга» были едины.

Луиджи Муссини «Образование в Спарте», 1850 г.. На переднем плане фигура пьяного илота (раба). Согласно Плутарху, спартанцы специально спаивали рабов и выставляли их напоказ молодежи, чтобы продемонстрировать, насколько отвратительно выглядит человек, потерявший самоконтроль. Это служило уроком умеренности и дисциплины.

• Женщины – мать воинов: В отличие от затворниц Афин, спартанки были удивительно свободны. Они занимались гимнастикой, чтобы рожать здоровых детей. Их знаменитое «Со щитом или на щите», сказанное сыновьям идущим на войну, стала символом спартанского духа. Они были хранительницами земли, пока мужья жили в казармах.

Расцвет: Пик при Платеях

Апогей славы – V век до нашей эры. Спарта возглавила Пелопоннесский союз и стала гегемоном Эллады. Но истинный момент славы наступил в 480 году до н.э., при Фермопилах.

Ж.-Л. Давид. «Леонид в Фермопилах» (1814). Центральная фигура — царь Леонид, изображённый с копьём и щитом. Его поза спокойна, но в ней читается напряжение перед неизбежной гибелью. Вокруг — спартанцы, прощающиеся с близкими, готовящие оружие и высекающие на скале фразу: «Идущим в Спарту будет сказано, что мы умерли, подчиняясь её законам».

300 спартанцев царя Леонида – это миф, отлитый в веках. Их было не только 300 спартиатов, но и несколько тысяч союзников. Но в массовом сознании остались именно они – символ самопожертвования во имя долга. Их гибель стала победой духа. А через год при Платеях спартанская фаланга наголову разбила цвет персидской армии, окончательно утвердив военную легенду.

Битва при Фермопилах — важное сражение между греческими полисами, возглавляемыми Спартой, и Персидской империей, состоялась в 480 году до нашей эры. Персидская армия (200–250 тыс. человек) атаковала 5200–7700 греков в узком ущелье «Средние Ворота». Греки укрепили старую стену и сражались в плотной фаланге, отражая атаки персов. На третий день большинство греков покинули позиции, опасаясь окружения, оставив 500 спартанцев, феспийцев и фиванцев. Предательство местного жителя позволило персам зайти в тыл и уничтожить греков. «Великие сражения всех народов от Марафона до Сантьяго, 490 г. до н. э. — 1898 г. н. э.», 1898 (1890-е). Авторы: Уилберфорс, Арчибальд.

Трещины в бронзе: Закат

Но железная дисциплина стала и причиной упадка. Общество, застывшее в идеальной форме, не могло меняться.

• Олигантропия – вырождение: Число полноправных граждан неумолимо сокращалось. Войны, строгие критерии для получения гражданства, страх перед демографическим ростом илотов – всё это истощало «тело» Спарты.
• Железные деньги: Отказ от золота и серебра в пользу железных прутьев изолировал Спарту от экономики Эллады, обрекая на бедность.
• Консерватизм как ловушка: Пока Афины развивали философию, искусство и флот, Спарта оставалась сухопутным гегемоном с устаревшей тактикой. Ее победа в Пелопоннесской войне (404 г. до н.э.) над Афинами стала пирровой. Она развратила спартанскую элиту золотом, привезенным из Персии, разрушив принципы «равенства».

Последний громкий аккорд — битва при Левктрах в 371 году до н.э., где фиванский полководец Эпаминонд, применив косой строй, наголову разбил непобедимую доселе спартанскую фалангу. Миф о непобедимости рухнул. Впоследствии Спарта стала лишь тенью былого величия, музейным экспонатом в глазах римлян, которые приходили подивиться на суровые обычаи и петь песни Тиртея у холма, где когда-то хоронили павших царей.

Карта первого этапа битвы при Ле́вктрах — сражения между фиванцами и их беотийскими союзниками во главе с беотархом Эпаминондом, с одной стороны, и спартанцами и их союзниками во главе с царём Клеомбротом, с другой. Произошло 6 июля 371 до н. э. в ходе Беотийской войны. Сражение произошло у города Левктры в Беотии (Центральная Греция), в 11 километрах от Фив и закончилось победой фиванцев.

Мифы и реальность: За пеленой славы

Спарта – возможно, самый мифологизированный полис в истории. Что правда, а что вымысел?

• «Сбросить со скалы»: Популярный миф о том, что слабых младенцев сбрасывали с Тайгета, преувеличен. Археология не нашла массовых детских останков. Но селекция, вероятно, существовала в форме жесткого осмотра старейшинами.

«Отбор детей в Спарте» — картина Жана-Пьера Сен-Ура (1752–1809), 1785 г. Сюжет основан на историческом представлении о спартанском обычае, согласно которому старейшины осматривали каждого новорожденного ребенка. Считалось, что если ребенок был признан слабым или деформированным, его оставляли умирать. В центре изображен старейшина, осматривающий младенца. Слева виден уходящий отец, чей ребенок не прошел отбор; в его фигуре сочетаются античная строгость и культ чувственности (сентиментальность). Современные исторические исследования предполагают, что практика убийства слабых младенцев в Спарте может быть мифом.

• Все спартанцы – великие воины: Их армия была сильна фалангой, а не только индивидуальным мастерством. Дисциплина и координация ценились выше личной доблести.
• Они презирали искусства: Это не совсем так. Они ценили музыку (хоровое пение), лаконичную поэзию (отсюда слово «лаконизм»), ритуальные танцы. Но всё подчинялось единой цели – укреплению духа.

Эхо в веках

Спарта исчезла, но ее призрак бродит по истории. Ее образ вдохновлял и пугал: философов Платона и Руссо, нацистскую Германию, голливудские блокбастеры. Она стала символом тотальной дисциплины, антииндивидуализма, жертвенности ради коллектива.

Она напоминает нам, что цивилизации могут выбирать разные пути: одни — к расцвету мысли и свободы, другие — к абсолютной силе и порядку. И что иногда цена за сталь, из которой отливают щит, — это сама душа, отданная без остатка на алтарь бессмертной, но безжизненной легенды. В тени Тайгета до сих пор слышен скрежет копий и отрывистые команды — эхо цивилизации, которая решила стать не обществом, а оружием. И, как любое оружие, однажды заржавела и сломалась, оставив после себя лишь звонкий, холодный миф.