3 года, 10 месяцев, 2 недели и 3 дня — ровно столько времени понадобилось СССР, чтобы расколоть как орех немецкую военную машину, подмявшую под себя весь научный и промышленный потенциал Европы.
Противостояние с Германией родило целую линейку уникальных машин, среди которых, безусловно, можно выделить поршневой истребитель Ла-11.
Тема послевоенного поршня и винта интересна сама по себе. Вторая мировая при всех своих ужасах не могла не стать катализатором технического прогресса. Уже в 1944 году ВВС Германии получили на вооружение реактивный Ме-262, который был на 15% быстрее любого истребителя союзников, а кроме того, имел куда более мощное вооружение.
Уже тогда стало понятно, что эпоха поршневой истребительной авиации близится к закату, однако реактивные самолеты также имели свои недостатки. К примеру, они были намного дороже, требовали принципиально другого подхода к эксплуатации, более строгой подготовки пилотов, а еще были куда капризнее своих винтовых собратьев.
В силу этого нет ничего удивительного, что по окончании Второй мировой войны державы-победители параллельно с освоением реактивных самолетов продолжали выпускать модификации хорошо зарекомендовавших себя поршневых машин.
В США это были F-82 Twin Mustang, F8F Bearcat и модификации F4U Corsair, в СССР — проверенные модификации Як и Ла.
При этом с окончанием Второй мировой в мире началась не только реактивная, но и атомная эпоха, опирающаяся на стратегическую бомбардировочную авиацию, где СССР точно так же был в роли догоняющего.
И пока Туполев в срочном порядке создавал первого советского стратега Ту-4, ОКБ Лавочкина думало над тем, как защитить эти самолеты в небе.
Так и родился Ла-11. В некотором смысле это был совершенно эволюционный самолет. Если отследить всю цепочку, то она будет выглядеть как ЛаГГ-3, Ла-5, Ла-5ФН, Ла-7.
После войны, когда производство «авиационных» металлов вышло на поток, из самолета удалось выжать еще немного. Как результат, цельнометаллический перехватчик Ла-9 имел четыре 23-мм пушки НС-23 с максимальной скоростью до 690 км/ч на высоте.
И вот на базе этого самолета в 1947 году создается истребитель дальнего сопровождения Ла-11. Вот такая вот эволюция.
По завершении испытаний к производству были готовы две модели — Ла-11 и реактивный МиГ-9. На встрече Сталин, который, в отличие от разного рода незнаек, сам вникал в ключевые вопросы, задал Лавочкину вопрос — какой из самолетов запускать в серийное производство. После того как Лавочкин честно назвал МиГ-9 более перспективным, Сталин распорядился развернуть параллельное производство двух истребителей.
Уже в ходе эксплуатации стала очевидна правильность этого решения, т. к., будучи высотным самолетом, Ла-11 был отлично адаптирован к экстремально низким температурам и, как следствие, стал основным «северным» истребителем СССР, способным работать в самые лютые морозы.
В отличие от Ла-9 у самолета было три пушки НС-23. Самолет получил увеличенные топливные баки на 1100 л, а мотор АШ-82ФН на 1850 л. с. позволял держать скорость на высоте в 674 км/ч. По меркам реактивной эпохи — не так уж и много, с другой стороны, ни один реактивный истребитель той эпохи не мог лететь 2500 км на одном баке, что критично для сопровождения дальних бомбардировщиков.
Была добавлена и кислородная, и противообледенительная система. К слову, в авиации самолет любили, т. к. переднее бронестекло омывалось чистым спиртом.
С началом холодной войны Ла-11 успешно применялись на разных фронтах — от Гражданской войны в Китае до Корейской войны. Притом, судя по сводкам, более чем удачно.
2 апреля 1950 года в небе над Шанхаем были сбиты два F-51 Mustang. В этом же году над Балтикой был сбит американский PB4Y, а позднее над Беринговым проливом два Ла-11 сошлись в бою с американскими F-51, однако дело закончилось лишь повреждением советской и американской машин.
С началом Корейской войны в КНДР было «поставлено» до 400 Ла-11. При этом на поршневых «Лавочкиных», как правило, летали корейские летчики, что объясняет несколько меньшую результативность этих машин. Тем не менее в 1951 году корейский летчик Ван Теньбао сбил в воздушном бою американский реактивный истребитель F-86 Sabre.
По своей сути Ла-11 стал последним поршневым истребителем Советского Союза. По сути, из концепции поршневого истребителя выжали максимум, и этот максимум оказался ничем не хуже американских самолетов того времени, а в умелых руках истребитель был вполне грозным оружием.