Вы когда-нибудь спорили с дедом или отцом на кухне о том, когда жилось сытнее? Обычно это заканчивается криком. Один тычет в нос платежкой за ЖКХ и орет, что раньше квартиру давали бесплатно, а другой вспоминает пустые прилавки и синих кур. Я эти разговоры слышу уже лет тридцать. И знаете, что самое смешное? Оба правы и оба врут. Память — штука ненадежная, она стирает плохое и полирует хорошее, оставляя нам вместо реальной истории какой-то лубочный пряник. Поэтому давайте-ка уберем эмоции, достанем калькулятор, архивные сводки и попробуем посчитать, сколько на самом деле весил труд советского рабочего в эпоху дорогого Леонида Ильича. Без истерик, без ностальгических соплей и без модной нынче чернухи. Только цифры и факты, переведенные на наш, современный и понятный язык.
Начнем с того, что брать в руки советскую купюру и пытаться пересчитать её по курсу доллара того времени — это занятие для идиотов.
Официальный курс в шестьдесят с лишним копеек за доллар был такой же фикцией, как и построение коммунизма к восьмидесятому году. Доллар для обычного советского человека был не деньгами, а статьей Уголовного кодекса. Поэтому, если вы видите в интернете таблички, где советскую зарплату делят на 0.63 и получают какие-то астрономические суммы в баксах — закрывайте эту чушь. Экономика работала иначе. Чтобы понять реальную стоимость тех денег, нужно смотреть не на валютную биржу, которой не было, а на покупательную способность. Что конкретно Иван Иванович мог положить в свою авоську и сколько метров жилья он мог «купить» своим трудом, даже если жилье формально не продавалось.
Итак, семидесятые годы.
Застой, который многие сейчас называют золотым веком. Средняя зарплата по стране ползет вверх лениво, но уверенно. Если в начале семидесятых это было где-то 120 рублей, то к началу восьмидесятых — уже ближе к 170-180. Но средняя температура по больнице нам ничего не дает. Давайте смотреть на гегемона — на рабочий класс. И тут начинается самое интересное. Советский Союз был уникальным государством, где человек с гаечным ключом часто получал больше, чем человек с кульманом или стетоскопом. Инженер в НИИ мог сидеть на своих ста двадцати рублях годами, проклиная всё на свете, пока квалифицированный слесарь шестого разряда на оборонном заводе заколачивал по двести пятьдесят, а то и триста.
Если мы берем массового рабочего, не передовика и не пьяницу, то картина вырисовывается такая: середина семидесятых, обычный завод, обычный цех. В ведомости — от 140 до 160 рублей. Это та база, от которой мы будем плясать. Были, конечно, и те, кто получал девяносто — обычно это вчерашние школьники или совсем уж неквалифицированный персонал, типа уборщиц или подсобников «принеси-подай». А были и «короли госзаказа» — шахтеры, сталевары, буровики на северах. Там цифры улетали за четыреста-пятьсот, но это отдельная каста, и мы их пока трогать не будем. Мы берем обычного мужика, который с утра идет к проходной.
Теперь самое сложное: как перевести эти советские рубли в наши современные, российские?
Тут экономисты ломают копья уже лет двадцать. Проблема в том, что структура потребления изменилась до неузнаваемости. Тогда хлеб стоил копейки, а цветной телевизор — как несколько зарплат. Сейчас еда съедает половину бюджета, зато электроника доступна каждому. Но есть проверенный метод — сравнивать по паритету покупательной способности, учитывая базовую потребительскую корзину. Я перелопатил кучу методик и пришел к выводу, что наиболее честный коэффициент сегодня — это примерно один к тремстам. То есть один брежневский рубль — это где-то 300 наших сегодняшних рублей. Кто-то скажет 250, кто-то 400, но истина, как всегда, болтается посередине.
Давайте считать. Берем новичка или низкоквалифицированного работягу с его сотней рублей. Умножаем на триста. Получаем 30 000 рублей на современные деньги. Ну, может, 35 000, если премию дадут. Не густо, прямо скажем. На такие деньги сегодня в областном центре можно выжить, но о шикарной жизни речи не идет. Это уровень кассира в супермаркете или начинающего грузчика. И это честно: низкая квалификация во все времена оплачивалась скромно.
Теперь берем нашего «среднего» рабочего с зарплатой в 150 рублей.
Умножаем. Получаем 45 000 рублей. И вот тут многие сейчас скривятся. Как так? Дед рассказывал, что он на 150 рублей жил королем, в Крым ездил, в ресторанах сидел! А вы мне тут про сорок пять тысяч, которых сейчас едва на еду и коммуналку хватает. Спокойно. Здесь кроется главный подвох советской экономики, который мы сейчас вскроем.
Дело в том, что эти 45 000 рублей — это чистые деньги «на карман». Но советская зарплата состояла не только из денег. Она включала в себя огромный, невидимый сейчас «социальный пакет», который мы сегодня оплачиваем из своего кармана. И вот если мы начнем добавлять стоимость этих услуг к нашей цифре, математика резко изменится.
Смотрите.
Современный рабочий с зарплатой 45 000 рублей сколько отдаст за ипотеку или аренду жилья? Тысяч двадцать, не меньше. Советский рабочий жилье получал бесплатно. Да, не сразу. Да, приходилось стоять в очереди годами, жить в общагах или с тещей в одной комнате. Это правда, и я не собираюсь это лакировать. Но в итоге квартиру давали. И квартплата за неё была смехотворной — буквально копейки, которые в семейном бюджете почти не ощущались. Сегодня коммуналка — это удавка на шее многих семей.
Идем дальше.
Медицина. Сегодня, если сильно прижмет, ты идешь в платную клинику или покупаешь дорогие лекарства. Тогда это было полностью на балансе государства. Образование детей — бесплатно. Кружки, секции — бесплатно. Путевка в санаторий от профсоюза — за 10-30% стоимости, остальное доплачивал завод. Транспорт — копейки. Если мы монетизируем все эти льготы и добавим к тем 45 000 рублям, то реальный доход советского середнячка вырастает уже до уровня 70-80 тысяч современных рублей. А это уже совсем другой разговор, согласитесь. Это уже уровень уверенного среднего класса в регионе.
А что с квалифицированными рабочими? Теми самыми слесарями шестого разряда, токарями-универсалами, которые получали по 200-250 рублей? Пересчитываем: это от 60 000 до 75 000 рублей чистыми деньгами. Плюс тот самый социальный пакет. В сумме это эквивалент сегодняшних 100 000 – 120 000 рублей. Вот вам и ответ, почему рабочий класс вспоминает Брежнева добрым словом. Мужик с руками, растущими из правильного места, чувствовал себя хозяином жизни. Он зарабатывал больше директора школы и мог позволить себе многое.
Но тут я должен плеснуть ложку дегтя в эту бочку меда, иначе буду не историком, а пропагандистом.
Деньги у людей были. Проблема была в другом — потратить их было не на что. Советская экономика породила чудовищный парадокс: у тебя в кармане может лежать хоть тысяча рублей, но ты не можешь просто пойти и купить мебельный гарнитур, машину или хорошие сапоги жене. Ты должен «доставать». Искать блат, переплачивать спекулянтам, стоять в унизительных очередях с номерками на ладонях.
Покупательная способность рубля была высокой только на базовые товары: хлеб, молоко, проезд в метро, книги. Но как только дело доходило до товаров длительного пользования или деликатесов, рубль превращался в фантик. Машина стоила 5-7 тысяч рублей — это колоссальные деньги, несколько годовых зарплат. Но даже если ты их накопил, ты не мог просто прийти в салон. Жди пять, семь, десять лет в очереди. Кооперативная квартира — дорого и тоже не для всех. Импортная одежда — только у фарцовщиков за две-три цены.
Получалось странное состояние. С одной стороны — полная уверенность в завтрашнем дне. Ты точно знал, что завтра тебя не уволят, что зарплату дадут день в день, пятого и двадцатого. Что голодным ты не останешься, и на улице не окажешься. Это давало мощное чувство психологического комфорта, которого нам сейчас дико не хватает. Мы все живем в стрессе, боясь потерять работу и не выплатить кредит. У советского человека этих страхов не было.
С другой стороны — это была жизнь в коридоре с низким потолком. Ты сыт, одет, у тебя есть крыша над головой, но прыгнуть выше определенного уровня потребления практически невозможно. Хочешь увидеть мир? Фиг тебе, а не Париж, езжай в Болгарию, и то, если характеристику подпишут. Хочешь качественную бытовую технику? Гоняйся за ней месяцами. Эта вечная унизительная охота за дефицитом выматывала людей не меньше, чем нынешняя гонка за деньгами.
И вот какой вывод напрашивается, если отбросить шелуху. Жил ли советский рабочий богато? Нет. По современным меркам потребления — с айфонами, иномарками и турецкими курортами — он жил скромно. Его 200 рублей (или наши условные 60 000) давали сытую, но довольно серую жизнь. Но был ли он нищим? Категорически нет. Социальная подушка безопасности была такой толщины, что о ней современные европейцы могут только мечтать.
Советская система платила рабочему не просто за труд. Она платила за лояльность и спокойствие. Это была сделка: мы даем тебе гарантированный минимум благ, жилье и медицину, а ты не требуешь хамона и "Мерседесов". И для большинства людей, переживших войну и послевоенную разруху, эта сделка казалась чертовски выгодной. Стабильность — вот ключевое слово той эпохи. Скучная, серая, железобетонная стабильность.
Сегодня мы имеем витрины, забитые чем угодно, но у половины страны нет денег, чтобы к этим витринам подойти. Тогда деньги были, но витрины были пустыми. Что лучше — решать вам. Лично я считаю, что сравнивать эти эпохи в лоб — всё равно что сравнивать теплое с мягким. Другая страна, другие правила, другая жизнь. Но цифры — вещь упрямая. И они говорят нам, что советский рабочий был крепким середняком, который в пересчете на наши деньги имел доход, позволяющий не думать о выживании. А это, согласитесь, уже немало.