Когда «наше» оказалось только «моим».
Документы на квартиру лежали в сейфе уже восемь лет. Маленькая однушка на окраине, купленная Ириной ещё до замужества на деньги, которые она копила с первой зарплаты. Каждый месяц откладывала, экономила на всём, отказывалась от развлечений. В двадцать восемь лет она стала владелицей собственного жилья. Это была её гордость, её независимость, её тыл.
Потом она встретила Сергея. Высокий, красивый, с хорошей работой в строительной компании. Ухаживал красиво, дарил цветы, водил в рестораны. Через год они поженились. Ирина была счастлива. Сергей снимал двухкомнатную квартиру в центре, и после свадьбы они решили остаться там — ближе к работе обоих, район был удобнее. Её однушку Ирина сдавала. Деньги от аренды откладывала на чёрный день.
— Зачем тебе эта квартирка? — спрашивал иногда Сергей. — Продай, купим машину нормальную.
— Это моя страховка, Серёж. Мало ли что в жизни случится.
Он тогда отмахивался и больше не настаивал. У него была хорошая зарплата, они ни в чём не нуждались. Ирина работала бухгалтером, получала скромно, но стабильно. Жили спокойно, без особых потрясений.
Всё изменилось, когда Сергея сократили. Компания разорилась, руководство скрылось с деньгами, а сотрудники остались без работы и без выплат. Сергей пришёл домой мрачный, бросил сумку на пол и опустился на диван.
— Всё. Меня уволили.
Ирина подошла, обняла его за плечи.
— Ничего страшного. Найдёшь новую работу. Ты же хороший специалист.
— Сейчас попробуй устроиться. Такая ситуация на рынке.
Первый месяц он действительно искал работу. Рассылал резюме, ходил на собеседования, звонил знакомым. Но предложений либо не было, либо зарплата оказывалась вдвое меньше прежней.
— Я не буду работать за тридцать тысяч рублей! — возмущался он. — Это же смешные деньги!
Ирина пыталась успокоить.
— Серёж, возьми временно. Пока ищешь что-то лучшее. Деньги-то нужны.
— Просто тебе говорить. У тебя работа есть.
Прошёл второй месяц. Сергей перестал ходить на собеседования. Сидел дома, смотрел телевизор, листал телефон. Ирина приходила с работы усталая, готовила ужин, убирала. Он даже посуду за собой не убирал.
Сначала она молчала. Понимала — ему тяжело, мужское самолюбие страдает. Но когда через три недели она обнаружила немытую сковородку на плите в третий раз за неделю, не выдержала.
— Серёж, может, ты хоть по дому что-то будешь делать, раз дома находишься целыми днями?
Он даже не поднял глаз от телефона.
— Я не домохозяйка. Просто временно не работаю.
— Временно — это уже два месяца. Может, пора снизить планку и взять хоть что-то?
Он вскочил так резко, что она вздрогнула. Лицо налилось краской.
— Ты что, считаешь меня неудачником? Думаешь, я ни на что не способен?
— Я так не думаю. Просто деньги заканчиваются. Аренду платить надо, коммуналку, продукты покупать.
— Вот именно! Денег нет! — Он шагнул к ней, и в его взгляде мелькнуло что-то новое, чего она раньше не видела. — А у тебя там квартира простаивает! Сдаётся за копейки! Продай её, и проблема решена!
Ирина почувствовала, как внутри всё сжалось в тугой узел.
— Что?
— Продай свою однушку. Получишь миллиона три-четыре, этого хватит на полгода спокойной жизни. Я за это время найду работу.
— Серёж, это моя квартира. Я её до брака купила. Это моя подушка безопасности.
— Какая подушка? — Он усмехнулся, и в этой усмешке не было ничего доброго. — Мы семья! Моё — это наше, твоё — это твоё, да? Очень удобная позиция!
Ирина медленно выдохнула, стараясь сохранить спокойствие.
— Погоди. Мы живём в твоей съёмной квартире. Ты снимал её до брака и продолжаешь снимать. Я никогда не требовала переехать в мою. Я просто сдаю её и откладываю деньги. Разве это плохо?
— Плохо то, что ты думаешь только о себе! Семье помощь нужна, а ты свою недвижимость бережёшь как святыню!
— Я не эгоистка. Я просто осторожна. И, судя по всему, не зря.
Он схватил куртку и хлопнул дверью. Вернулся поздно ночью, пьяный, рухнул на диван и заснул не раздеваясь. Ирина лежала в темноте и смотрела в потолок до самого утра. Впервые за семь лет брака она подумала: а правильно ли она выбрала этого человека?
Ссоры начались почти каждый день. Сергей постоянно возвращался к теме квартиры. То намекал вскользь, то требовал открыто, то обвинял в чёрствости и эгоизме.
— Нормальная жена помогла бы мужу в трудный момент!
— Нормальный муж не сидел бы четыре месяца дома, а искал бы любую работу!
— Я ищу! Просто ничего достойного нет!
— Ты резюме не обновлял уже два месяца! Ты просто ждёшь, когда я сдамся и продам квартиру!
Он молчал, и это молчание было красноречивее любых слов. Она поняла: он действительно этого ждёт. Просто ждёт, когда она устанет и сдастся.
Ирина начала замечать мелочи. Сергей стал разговаривать с кем-то по телефону, уходя в другую комнату. Однажды вечером она услышала обрывок разговора из-за приоткрытой двери:
— Да нормально всё, она скоро согласится. Деньги будут, не переживай.
Ирина замерла с полотенцем в руках. О каких деньгах он говорит? И кому?
Следующие несколько дней она наблюдала. Телефонные звонки участились. Сергей стал нервным, раздражённым. Однажды она заметила, как он прячет телефон, когда она входит в комнату.
Через неделю она решилась. Ночью, когда он спал, она взяла его телефон. Руки дрожали, сердце колотилось — она никогда раньше такого не делала. Нашла переписку с каким-то Андреем.
«Как дела с квартирой?»
«Пока не продала. Упирается.»
«Давай быстрее, мне деньги нужны. Ты обещал вложиться в проект.»
«Знаю. Я её уговорю. Деваться ей некуда.»
Ирина опустила телефон и закрыла глаза. Значит, вот оно что. Он хочет не просто продать квартиру, чтобы пережить трудные времена. Он хочет вложить эти деньги в какой-то бизнес со своим другом. На её деньги. Без её ведома. А она что — должна остаться ни с чем?
Утром она спокойно позавтракала, собралась на работу. Накрасилась, надела строгий костюм, словно готовилась к важной встрече. Перед выходом остановилась в дверях и обернулась. Сергей сидел на диване с кружкой кофе.
— Серёж, я не буду продавать квартиру. Никогда. Если тебя это не устраивает, давай разводиться.
Он вскочил так резко, что опрокинул кружку. Кофе разлилось по столу.
— Ты что несёшь?
— То, что думаю. Ты хочешь мои деньги. Не для нас, а для своих планов. Я видела твою переписку с Андреем.
Сергей сначала замер, потом его лицо исказилось от злости.
— Ты копалась в моём телефоне? Ты вообще кто такая?
— Жена. Которая имеет право знать, куда её муж собирается потратить её недвижимость.
— Это был бы выгодный проект! Мы бы все заработали!
— Нет, Серёж. Заработали бы ты и Андрей. Может быть. А я бы осталась без квартиры и без денег. Потому что твои проекты обычно заканчиваются одинаково.
— Значит, ты мне не доверяешь?
Ирина посмотрела на него долгим взглядом.
— Уже нет.
Он схватил сумку и ушёл, хлопнув дверью. Больше в тот день не вернулся. Вечером пришло сообщение: «Я у Андрея. Подумаю о нашем будущем».
Ирина не плакала. Она просто сидела на кухне с остывшей чашкой чая и думала, как же она могла так ошибиться в человеке. Семь лет вместе, а оказалось, что всё это время рядом был чужой. Который видел в ней не партнёра, а источник денег. Удобный, надёжный источник.
Сергей не возвращался неделю. Потом прислал сообщение: «Давай разводиться. Ты всё равно эгоистка, с тобой невозможно».
Ирина ответила коротко: «Согласна».
Бракоразводный процесс оказался на удивление быстрым. Сергей требовал раздела имущества, но адвокат объяснил ему, что квартира, купленная до брака, разделу не подлежит. Совместно нажитого у них почти не было — мебель в съёмной квартире, бытовая техника. Всё поделили пополам без особых споров.
На последнем заседании Сергей попытался давить на жалость.
— Ир, ну неужели тебе совсем не жалко? Мы же семь лет вместе прожили.
Она посмотрела на него спокойно, без злости, без сожаления. Просто посмотрела.
— Мне жалко этих лет. Но не тебя.
Развод оформили через месяц. Ирина вернулась в свою однушку. Маленькую, тесноватую, но свою. Жильцы съехали как раз вовремя. Она сделала косметический ремонт, купила новый диванчик, повесила светлые шторы. Каждый вечер возвращалась домой и чувствовала, как с плеч спадает груз. Никто не упрекал, не требовал, не манипулировал.
Первую неделю было странно. Тишина давила, непривычно было не слышать чьих-то шагов, голоса, включённого телевизора. Но постепенно она привыкла. Научилась наслаждаться этой тишиной. Завела традицию — по вечерам пить чай у окна и смотреть, как зажигаются огни в соседних домах. Маленькие ритуалы, которые принадлежали только ей.
Через полгода ей написала незнакомая женщина в социальных сетях.
«Здравствуйте. Меня зовут Марина. Я встречаюсь с Сергеем уже три месяца. Случайно узнала, что у него была жена. Не могли бы вы рассказать, почему вы развелись? Он говорит, что вы его бросили, когда у него были трудности».
Ирина улыбнулась. Конечно, он так говорит. Всегда проще выставить другого виноватым. Она немного подумала и набрала ответ:
«Здравствуйте, Марина. Мы развелись, потому что он требовал продать мою квартиру на его бизнес-проекты, не посоветовавшись со мной. Когда я отказалась, назвал меня эгоисткой. Если у вас есть недвижимость или накопления, будьте внимательны. Желаю вам удачи».
Марина ответила через час: «Спасибо. Вы мне очень помогли».
Больше она не писала. Но Ирина узнала от общих знакомых, что Марина ушла от Сергея через неделю после этого разговора. Оказалось, он уже начал намекать ей на то, что неплохо было бы продать её машину, чтобы вложиться в перспективное дело. Один в один та же история.
Ирина не злорадствовала. Просто поняла окончательно: она приняла правильное решение. Моё — это действительно моё. И отдавать это тому, кто не ценит, не уважает и не любит по-настоящему, — не щедрость, а глупость.
Она спасла не только квартиру. Она спасла себя. Свою самостоятельность, свою свободу, своё право решать самой. И это оказалось дороже любых отношений, построенных на манипуляциях и расчёте.
Юлия Вернер ©