При всех непримиримых противоречиях американской и советской кинокритики, в 60-е годы принципиальные идеологические противники сошлись в одном - жгучей нелюбви к итальянским вестернам.
Американцы негодовали, что заокеанские "поделки" подрывают высокую мораль классического вестерна и аутентичность исконно американского жанра. Известна реплика голливудского классика Джона Форда по поводу вестернов из Италии: No story, no characters, only killing and killing ("Ни сюжета, ни характеров, одни сплошные убийства"). Именно американцы придумали пренебрежительный термин "спагетти-вестерн".
Советские же критики напрочь отвергали спагетти-вестерны из-за их вопиющего несоответствия моральным ценностям советского общества. Итальянские "дельцы от кино" пропагандировали чуждый СССР культ силы, циничный индивидуализм, жестокость, жажду наживы, демонстративное отсутствие светлых идеалов.
В моей библиотеке есть старенький сборник статей о зарубежном кино, в котором среди прочего - отзыв кинокритика, который посмотрел во внеконкурсной программе ММКФ вестерн Серджио Леоне, старательно подсчитал количество "трупов" и обвинил спагетти-вестерны в бездуховности и садизме, несовместимыми с потребностями советского зрителя.
Впрочем, реакция на итальянскую продукцию 60-х вполне естественна. Вспомните жестокое избиение Туко в "Хорошем, плохом, злом" Леоне или отрезание уха в "Джанго" Корбуччи. Это точно не "Великолепная семерка"!
Не удивительно, что фильмам Леоне и Корбуччи, а также их менее именитых коллег дорога на экраны СССР была строго заказана. Впрочем, случилось одно исключение: классический спагетти-вестерн 1966-го года "Золотая пуля", также известный как "Кто знает?" (Quien Sabe?) и "Пуля для генерала" (A Bullet for the General), оказался таки в советском прокате. Более того, по тогдашним меркам очень оперативно - уже в 68-м. Как такое случилось? Неужели была допущена идеологическая оплошность?
На самом деле появление "Золотой пули" в СССР легко объяснимо. Достаточно открыть изданную в 1984-м году брошюру бюро по пропаганде киноискусства, посвященную актеру Джану-Мария Волонте, который играл как в первых двух вестернах Леоне, так и в "Золотой пуле".
Первые части "долларовой трилогии" авторитетный киновед, специалист по итальянскому кино Георгий Богемский считает коммерческими поделками с привкусом расизма (в них Волонте играл злодеев - головореза-мексиканца Рамона и психопатичного садиста Индио).
Зато "Золотую пулю" на том же развороте брошюры Богемский деликатно называет просто "фильмом", избегая обозначить ее жанровую принадлежность к глубоко чуждому спагетти-вестерну. Богемский похвально отзывается о "фильме" - в первую очередь потому, что его герой обретает революционную сознательность и становится настоящим революционером.
А это все меняет! Одно дело - циничное кровопролитие типичного спагетти-вестерна, другое - трудный путь мексиканского бандита к осознанию благородных целей революции.
Помогло выходу "Золотой пули" в отечественный прокат также то, что актер Джан-Мария Волонте и режиссер Дамиано Дамиани имели репутацию прогрессивных кинематографистов, сочувствовали итальянской компартии и тепло относились к СССР. В 70-80-е Дамиани станет одним из самых полно представленных в Союзе западных постановщиков, почти все его главные работы будут закуплены для показа в СССР. Зрители моего поколения наверняка помнят "Признание комиссара полиции прокурору республики", "Я боюсь", "Человека на коленях", "Следствие с риском для жизни", "Связь через пиццерию" и легендарного "Спрута", первый сезон которого снял Дамиани.
Обладая всеми родовыми признаками спагетти-вестерна, внутри жанра "Золотая пуля" открыла направление Zapata Western, названное по имени легендарного героя Эмилиано Сапата. Действие происходит в объятой революцией Мексике, восставший народ показан с симпатией, в то время как правительственные войска и их союзники - гринго и европейские советники-инструкторы - изображены жестокими карателями.
Так что с принципиальной идеологической позицией у "Золотой пули" все в порядке. Однако фильм Дамиани совсем не прост, равно как и герой Джана-Мария Волонте.
Начнем с того, что несмотря на очевидное сочувствие авторов повстанцам, революция "Золотой пули" лишена романтического флера, возвышенного пафоса и благородной поэтики. Гражданская война по Дамиани - не борьба грязных "плохих" и чистых "хороших", а прежде всего взаимная жестокость, много крови и повсеместная смерть. Ни одна из сторон не щадит друг друга, великодушию и благородству на этой войне места нет.
Первая же сцена фильма - расстрел правительственными солдатами гражданских, безусого юноши и каких-то клерков в костюмах.
Следующий эпизод - захват поезда с грузом оружия бандой главного героя, мексиканца Чунчо. Паровоз бандиты останавливают, приковав к путям пленного офицера. Уцелевших в перестрелке и сложивших оружие солдат ждет пуля в затылок, после чего люди Чунчо деловито добивают раненых, попутно приканчивают священника: нечего отпускать грехи умирающим врагам! То, что рядовые солдаты - вчерашние крестьяне, мобилизованные противостоящей стороной, не предотвращает расправу.
Казни и убийства в фильме происходят не раз, кадры с трупами казненных и погибших - один из визуальных лейтмотивов "Золотой пули".
Показателен яркий эпизод в маленьком селении, где взявшие власть в свои руки крестьяне приходят в гасиенду местного богача дона Фелипе и заявляют, что собираются его убить. "Потому что я богатый?" - спрашивает дон Фелипе. "Потому что мы бедные," - отвечает вожак толпы, говорит спокойно, без злобы. Землю можно поделить и без кровопролития, но дона все-таки надо казнить - из принципа. И само собой, в итоге мы видим окровавленное тело, валяющееся в пыли на пустой улице.
Традиционно для спагетти-вестерна, лишен романтического ореола и главный герой фильма - мексиканец Чунчо. Когда-то Чунчо воевал на стороне революции, потом нашел занятие куда более прибыльное - грабить поезда и армейские гарнизоны, чтобы продавать оружие повстанцам. Идеалы идеалами, но жить-то надо, и Чунчо не терзают ни сомнения, ни муки совести.
Чунчо - натура стихийная. То без удержу смеется, то мрачнеет. То изнывает от страсти по знойной красавице, то грубо отгоняет ее камнями. То проявляет великодушие, то жестокость.
Когда его восторженно встречают жители маленького селения, Чунчо растроган и готов возглавить силы самообороны. Когда его подельники уезжают "закрыть сделку" и получить деньги, Чунчо узнает, что они прихватили бесценный станковый пулемет. Чунчо бросается за ними, однако, догнав, забывает о первоначальных намерениях и беззаботно присоединяется к своим - впереди ждут деньги! Позже мы узнаем, что каратели напали на оставшееся без защиты селение и беспощадно перебили всех, включая стариков, женщин и детей.
Так что финальное "прозрение" Чунчо оплачено дорогой ценой - горы трупов, погибшие товарищи и невольное соучастие в убийстве легендарного героя революции, генерала Элиаса, которому предназначалась та самая золотая пуля из названия фильма.
Кстати, с основной сюжетной линией "Золотой пули" связан еще один важнейший лейтмотив - типичный для европейца левых взглядов антиамериканизм. Во время нападения на поезд Чунчо знакомится с американцем Тейтом, которого прозывает Ниньо (Малыш). Малыш присоединяется к банде Чунчо, вскоре мексиканец и гринго становятся лучшими друзьями. Безалаберный, неграмотный Чунчо восхищается Малышом, его расчетливостью, трезвым умом и хладнокровием.
Малыш оказывается блестящим манипулятором. Исподволь влияет и на решения Чунчо, и на его подельников, и в итоге с их помощью достигает своей цели - Чунчо сам приводит его в лагерь генерала Элиаса, а американцу остается только выстрелить без промаха.
Малыш Тейт - полная противоположность Чунчо, по мысли итальянских авторов - подлинный американец, у которого один идеал - деньги. Ему плевать на политику, его не волнуют реки крови, льющиеся вокруг. Хаос гражданской войны - идеальный шанс для наемного убийцы заработать огромный гонорар. Платят за устранение героя революции - он безупречно выполняет задание. Заплатили бы революционеры, он бы с той же холодной эффективностью ликвидировал какую-нибудь правительственную "шишку".
У Чунчо есть мятущаяся душа (пусть и заблудившаяся в водовороте событий), у Тейта в наличии только трезвый ум жадного до денег янки.
Говоря о "Золотой пуле", важно не забывать, что это не только "политический" фильм о революции, но и классика спагетти-вестерна, пусть и не первого ряда. Лента Дамиано Дамиани отлично снята на натуре в Испании, она не так изощренна по стилю, как "долларовая трилогия" Леоне, и тем не менее Дамиани уверенно справляется с визуальной составляющей. Под художественным руководством самого Эннио Морриконе музыку сочинил Луис Бакалов, автор легендарного саундтрека "Джанго", так что "Золотая пуля" - настоящая услада для уха любителя спагетти-вестернов.
Выделяется актерский состав. В эпизодах и ролях второго плана вы заметите знакомые по другим вестернам лица и, конечно, красивых женщин. Отлично справился с ролью Малыша Тейта итальянский актер шведско-ирландских корней Лу Кастель.
Неожиданно проявися Клаус Кински. Мы привыкли, что в спагетти-вестернах этот обладатель специфической внешности играет всевозможных злодеев - вроде психопата-горбуна в "На несколько долларов больше" Леоне или инфернального предводителя банды в "Великом молчании" Корбуччи. В "Золотой пуле" Кински - не очередной патологический убийца, а священник-идеалист, воюющий на стороне революции. Причем сутана и крест на шее не мешают "святому отцу" закидывать правительственных солдат гранатами и обрекать захваченных пленников на мучительную долгую смерть.
Главная "звезда" фильма - выдающийся актер Джан-Мария Волонте. Его игра, на мой взгляд, заметно поднимает художественный уровень "Золотой пули".
Несомненно, лента Дамиани - важная веха, открывшая отдельное направление внутри жанра, добротная, крепкая работа. И все-таки рискну сказать, что именно Волонте в роли Чунчо - основное кинематографическое достижение "Золотой пули", которое позволяет выделить ее на фоне прочей классики второго ряда. Уверен, что виртуозное лицедейство Волонте ставит его Чунчо в один ряд с таким знаменитым эксцентричным персонажем, как "злой" Туко в исполнении Илая Уоллака из шедевра Серджио Леоне.
Прокатная судьба "Золотой пули" в СССР кажется мне странной и парадоксальной. При всей любви советского зрителя к итальянскому кино свежий итальянский вестерн с острым сюжетом, отменной музыкой, отличными актерами, пальбой и взрывами не вошел даже в десятку самых кассовых зарубежных фильмов 1968-го года!
Интересно, что среди лидеров оказались два менее ценных с художественной точки зрения европейских вестерна - "Чингачгук - Большой Змей" из ГДР и "Верная Рука- друг индейцев" производства ФРГ и Югославии.
Видимо, душевные метания мексиканского бандита оказались менее привлекательными, чем героические приключения краснокожих вождей и подлые уловки коварных бледнолицых. Чунчо был обречен проиграть Чингачгуку и Виннету, на которых валом валили зрители младшего, среднего и старшего школьного возраста...
Стоит ли сегодня смотреть (или пересматривать) ленту Дамиани, которой недавно исполнилось шестьдесят лет? Думаю, что однозначно да, если вы интересуетесь вестерном, европейским вестерном и тем более вестерном all'Italiana (вестерном по-итальянски, как его предпочитали называть сами итальянцы). Так же однозначно - да, если вам нравится прекрасный актер Джан-Мария Волонте. Поверьте, если еще не видели "Золотую пулю", Чунчо не оставит вас равнодушными.
Если же винтажные кино - не ваш конек, то, возможно, фильм-пенсионер 1966-го года может вас разочаровать. Хотя... посмотрите и решите сами. "Кто знает?", возможно, "пуля для генерала" и вам покажется "золотой"!
P.S.
Дамиано Дамиани, в будущем один из главных "политических" режиссеров европейского кино, создал интересное ответвление жанра - революционный Zapata Western. Любопытно, что Серджио Корбуччи, одна из главных фигур спагетти-вестерна, оперативно подхватил и удачно коммерциализировал идеи Дамиани. Уже в 1968-м выходит "Наемник" (Il Mercinario/The Mercenary), а в 70-м - "Напарники" (Companeros). Герои и того, и другого - конечно, белый и мексиканец. Формула работает безотказно.
И даже "отец" спагетти-вестерна Серджио Леоне, которого в принципе не интересовало политическое направление жанра, по иронии судьбы закончит карьеру постановщика вестернов блестящим образцом Zapata Western - "Пригнись, ублюдок!", где в центре сюжета снова... непростые отношения мексиканского бандита и белого наемника. Нельзя не признать - в 1966-м году Дамиани все-таки выстрелил золотой пулей...