— Ты снова перевел мне на карту ровно сорок тысяч? А где остальное? Мы же договаривались, что в этом месяце закроем досрочно часть ипотеки!
Марина швырнула смартфон на кухонный стол, так что он проехал по клеенчатой скатерти и едва не свалился на пол. Экран угрожающе мигнул уведомлением о низком заряде, словно подчеркивая общее состояние их семейного бюджета.
Олег, не отрываясь от монитора ноутбука, лишь дернул плечом. Его лицо, подсвеченное голубоватым свечением экрана, выражало вселенскую скорбь непризнанного гения, которого отвлекают от спасения человечества ради каких-то низменных бытовых мелочей.
— Марин, ну не начинай, а? — протянул он, лениво щелкая мышкой.
— Что значит «не начинай»? — Марина почувствовала, как внутри закипает привычное раздражение, смешанное с усталостью.
Она сделала шаг к столу, уперлась руками в спинку стула, на котором сидел муж.
— Сегодня двадцатое число. Банк не будет ждать, пока у тебя появится вдохновение. Ты обещал, что тебе дадут премию за тот проект. Где она?
Олег наконец соизволил повернуть голову. В его глазах читалась усталая снисходительность.
— Заказчик задерживает выплаты. Сейчас в сфере IT вообще нестабильная ситуация, рынок штормит. Ты же не хочешь, чтобы я давил на людей и потерял перспективный контракт ради сиюминутной выгоды?
— Я хочу, чтобы мы не потеряли квартиру! — голос Марины сорвался на визг, и она тут же осеклась, прислушиваясь к тишине в соседней комнате.
Слава богу, детей у них пока не было, иначе этот скандал стал бы достоянием общественности в лице соседей снизу.
— Я работаю над этим, — веско произнес Олег.
Он снова отвернулся к экрану, всем своим видом показывая, что аудиенция окончена.
— Сорок тысяч, Олег. Это даже не смешно. Это ровно половина платежа и коммуналка. А еда? А проезд? А то, что у меня сапоги развалились?
— Я покрою все расходы в следующем месяце. Будет большой транш.
— Я слышу про «большой транш» уже полгода! — Марина резко отодвинула стул и села напротив мужа, заглядывая ему в лицо. — Слушай, я сегодня видела вакансию. В логистическую компанию требуется менеджер склада. Да, работа не в офисе, на ногах, но там оклад шестьдесят чистыми плюс бонусы. Это на двадцать тысяч больше, чем ты приносишь сейчас. И это стабильно.
Олег скривился, словно у него заболел зуб.
— Ты предлагаешь мне, специалисту по цифровым коммуникациям, идти на склад? Коробки считать?
— Я предлагаю тебе начать зарабатывать деньги! — отрезала Марина. — Твои «цифровые коммуникации» приносят нам копейки. Мы живем впритык. Я устала кроить бюджет, устала выбирать между курицей и свининой по акции.
— Это временно, — Олег захлопнул ноутбук с таким звуком, будто ставил печать на приговоре. — Ты мыслишь слишком узко, Марин. Наемный труд за копейки — это путь в никуда. Я строю карьеру, я работаю на перспективу.
— Какая перспектива, Олег? Мы год топчемся на месте!
— Ты просто не веришь в меня. Как всегда.
Олег встал, демонстративно взял чашку с остывшим чаем и вышел из кухню, оставив Марину наедине с мигающим телефоном и чувством беспросветной тоски.
Прошла неделя. Атмосфера в квартире была натянутой, как струна на дешевой гитаре — одно неловкое движение, и лопнет, больно ударив по пальцам. Марина старалась не поднимать тему денег, молча оплачивая счета со своей зарплаты, которая таяла с пугающей скоростью.
Она работала старшим администратором в стоматологии, и, хотя платили там неплохо, тянуть на себе двоих взрослых людей и ипотеку в престижном районе было невыносимо тяжело.
Вечером, вернувшись с работы, она застала мужа в привычной позе — скрюченным перед монитором. На экране мелькали какие-то графики, таблицы, открытые вкладки браузера.
— Привет, — бросила она, снимая пальто.
— Угу, — буркнул Олег, не оборачиваясь.
Марина прошла на кухню, поставила чайник. Ей хотелось просто упасть и лежать, но нужно было готовить ужин. Олег, разумеется, об этом не позаботился, ведь он был занят «великими делами».
Пока закипала вода, она решила снова попробовать завести разговор. Мягко, без претензий. Может, если подойти с другой стороны, он услышит?
Она взяла тарелку с бутербродами и вошла в комнату.
— Олежа, перекуси.
— Спасибо, — он машинально взял бутерброд, не отрывая взгляда от экрана.
Марина присела на край дивана.
— Слушай, я тут подумала... Может, тебе стоит рассмотреть вариант подработки? Ну, пока твои проекты не выстрелят. Просто чтобы нам было полегче дышать.
Олег тяжело вздохнул, откинулся на спинку кресла и помассировал переносицу.
— Марин, ты не понимаешь. Чтобы выйти на новый уровень дохода, нужно полное погружение. Я сейчас осваиваю новую нишу. Это прорыв. Нейросети, промпт-инжиниринг, интеграция ИИ в бизнес-процессы. За этим будущее.
— Звучит красиво, — осторожно заметила Марина. — Но платят-то за это когда?
— Скоро. Очень скоро. Я уже прохожу обучение, параллельно беру мелкие заказы на фрилансе, нарабатываю портфолио. Но мне нужно время. Ты можешь просто потерпеть?
— Я терплю, Олег. Но мое терпение не оплачивает счета за электричество.
— Опять ты за свое! — он всплеснул руками. — Ну почему ты такая приземленная? Я же для нас стараюсь! Вот увидишь, через пару месяцев я буду получать в три раза больше, чем на твоем складе.
— Не на моем, а на том, который я предлагала, — поправила Марина.
— Да без разницы! Это тупик. А я иду к успеху. Просто мне нужна поддержка, а не пилеж.
Марина промолчала. В словах мужа была доля логики — новые технологии действительно развивались бурно.
Но червячок сомнения грыз её изнутри. Уж слишком размытыми были его объяснения. «Проекты», «ниши», «интеграции»... За год брака она выучила весь этот словарь, но холодильник от красивых слов не наполнялся.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Учись. Но, пожалуйста, давай установим дедлайн. Если через три месяца ситуация не изменится...
— Изменится, — перебил её Олег с жаром. — Я тебе обещаю. Ты будешь мной гордиться.
Он снова уткнулся в монитор, и Марина заметила, как быстро он переключил вкладку. Ей показалось, или там мелькнул интерфейс какой-то игры? Нет, наверное, показалось. Она просто устала и стала подозрительной.
Развязка наступила неожиданно, в среду, в середине рабочего дня. У Марины страшно разболелась голова — мигрень скрутила так, что перед глазами плясали разноцветные круги.
Начальница, увидев её зеленоватый цвет лица, сжалилась и отпустила домой пораньше.
Марина ехала в такси, мечтая только о темной комнате и тишине. Она не стала звонить Олегу — не хотела отвлекать его от «важных проектов», да и сил на разговоры не было.
Ключ бесшумно повернулся в замке. В квартире было тихо, только из комнаты доносился приглушенный голос мужа. Марина, стараясь не шуметь, сняла туфли и на цыпочках прошла по коридору.
Она хотела сразу юркнуть в спальню, но фраза, которую произнес Олег, заставила её замереть на месте.
— ...Мам, ну я понимаю, но сорок — это уже мало. Цены растут, ты же видишь новости.
Марина застыла. Сердце пропустило удар, а головная боль на секунду отступила, вытесненная ледяной волной адреналина.
— Да не давлю я на тебя, — голос Олега звучал капризно, совсем не так, как в разговорах с ней. С ней он был непонятым гением, а сейчас... сейчас он звучал как подросток, выпрашивающий деньги на кино. — Просто Маринка совсем озверела. Пилит и пилит каждый день. Ей всё мало. Говорит, ищи вторую работу.
Пауза. Видимо, на том конце провода говорила свекровь, Елена Сергеевна.
— Ну, я сказал, что учусь. Что перспективы, все дела... Да, она верит пока. Но, мам, мне реально нужно больше. Хотя бы полтинник в этом месяце. Я хочу себе кресло новое компьютерное заказать, спина от этого старого отваливается. И Маринке надо рот заткнуть, купить ей какой-нибудь сертификат в спа или типа того.
Марина прижалась спиной к стене, чувствуя, как ноги становятся ватными. Свекровь. Елена Сергеевна. Заслуженный учитель, репетитор с золотой репутацией, к которой запись шла на год вперед.
Женщина стальной закалки и, как оказалось, бездонного кошелька.
— Мам, ну у тебя же есть накопления. Ты сама говорила, что для любимого сына ничего не жалко. Я же твой единственный... Ну вот и отлично. Переводи сейчас, а то она скоро придет, мне надо успеть сделать вид, что это «гонорар» пришел. Ага, целую. Ты лучшая!
Марина медленно выдохнула. В голове складывался пазл, и картинка получалась омерзительная. Сорок тысяч в месяц. Стабильно. В одни и те же даты. «Зарплата». «Гонорар». «Премия».
Это была не зарплата. Это была пенсия по инвалидности совести, которую платила мама здоровому тридцатилетнему лбу.
Она не стала врываться в комнату с криками. Ярость, которая вспыхнула в первую секунду, сменилась холодным, кристальным презрением.
Она тихо вернулась в прихожую, громко хлопнула входной дверью, словно только что вошла, и потопала ногами, сбивая несуществующий снег.
— Олежа! Я дома! — крикнула она, стараясь, чтобы голос звучал обычно.
Из комнаты выскочил Олег. Вид у него был слегка взъерошенный, но довольный.
— О, ты рано! А у меня отличные новости! — он сиял, как начищенный пятак.
— Да ты что? — Марина прошла на кухню, не глядя на него. — И какие же?
— Заказчик только что перевел аванс! И даже накинул сверху за срочность! — Олег победно потряс телефоном. — Так что в этом месяце у нас будет не сорок, а пятьдесят тысяч! Видишь, я же говорил, что дела идут в гору!
Марина налила себе стакан воды, медленно выпила его до дна, поставила стакан на стол и повернулась к мужу.
— Пятьдесят тысяч? Отлично. Это от «Заказчика» с отчеством «Сергеевна»?
Улыбка сползла с лица Олега, как плохо приклеенные обои.
— Что? — он побледнел. — Ты о чем?
— Я о твоем работодателе, Олег. О Елене Сергеевне. О твоей маме.
— Ты... ты подслушивала? — он перешел в нападение, классическая защита труса. — Как ты смеешь рыться в моих делах?
— Я не рылась. Я пришла домой раньше, потому что мне плохо. И услышала, как ты клянчишь у мамочки деньги на новое кресло и на то, чтобы «заткнуть мне рот».
Олег плюхнулся на стул, словно у него подкосились ноги.
— Марин, ты всё не так поняла...
— Да что тут можно не так понять?! — Марина не выдержала, сорвалась на крик. — Ты год врешь мне в глаза! Ты не работаешь! Ты сидишь на шее у матери-пенсионерки и у меня! «Я ищу нишу», «я учусь»... Ты хоть что-нибудь делал этот год, кроме того, что придумывал легенды?
— Я учусь! — взвизгнул Олег. — Правда учусь! Просто... просто пока не получается монетизировать. А мама... она сама предложила! Она хочет мне помочь, пока я на ноги не встану. Что в этом плохого? Семья должна помогать друг другу!
— Помогать, Олег, — это когда тебе трудно, и тебя поддерживают. А когда здоровый мужик играет в компьютерные игры и живет на мамины подачки, называя это зарплатой — это не помощь. Это паразитизм.
— Я не играю! Я изучаю рынок!
— Покажи.
Марина протянула руку.
— Что показать?
— Твои проекты. Твои учебные работы. Твои диалоги с заказчиками, которые не являются твоей матерью. Прямо сейчас. Открой ноутбук.
Олег забегал глазами.
— Это... это на облаке. У меня сейчас нет доступа, пароль сбросился. И вообще, там конфиденциальная информация, NDA, я не имею права показывать третьим лицам!
— Я твоя жена, а не третье лицо! — Марина расхохоталась, но смех получился страшным, лающим. — NDA... Господи, Олег, ты даже врешь бездарно. «Нейросети», «блокчейн»... Ты хоть знаешь, как они работают? Или ты просто нахватался умных слов из роликов на Ютубе?
— Я знаю больше тебя! Ты, со своим складом и коробками, вообще не способна понять высокие технологии! — выплюнул он, пытаясь задеть её побольнее.
Это стало последней каплей. Марина вдруг почувствовала абсолютное спокойствие. Головная боль прошла окончательно.
— Знаешь, ты прав. Я приземленная женщина. Мне нужны деньги, стабильность и честность. А ты — птица высокого полета. Тебе нельзя работать, это унижает твое достоинство.
Она пошла в спальню и достала из шкафа чемодан.
— Ты что делаешь? — Олег побежал за ней.
— Я? Ничего. Я остаюсь дома. Это моя квартира, купленная в ипотеку, которую плачу я. А ты собираешь вещи и летишь к своему главному инвестору. К маме.
— Марин, ну прекрати... Ну прости, ну соврал, ну испугался, что ты будешь ругаться... — тон Олега мгновенно сменился на жалобный. — Я обещаю, я завтра же начну искать работу. Любую! Хоть грузчиком!
— Не начнешь, — покачала головой Марина, открывая чемодан. — Ты будешь искать «достойную» работу, которой для тебя нет. Ты будешь искать курсы. Ты будешь искать виноватых. Я это слушала год. Лимит исчерпан.
— Ты выгоняешь мужа на улицу? Из-за денег? Какая же ты меркантильная!
— Не из-за денег, Олег. А из-за того, что я жила с иллюзией. Я думала, у меня есть партнер, у которого временные трудности. А оказалось, у меня есть второй ребенок, великовозрастный и лживый. А детей я пока не планировала.
Она начала скидывать его вещи в чемодан: футболки, джинсы, ту самую толстовку «стартапера», в которой он любил рассуждать о будущем.
— Я не уйду! — Олег скрестил руки на груди. — У меня здесь прописка!
— Временная регистрация, — поправила Марина, не прекращая сборы. — Которая заканчивается через месяц. Но если хочешь, мы можем вызвать полицию и обсудить это с ними. Или я могу позвонить Елене Сергеевне и спросить, как она относится к тому, что её сын врет не только жене, но и ей про свои успехи? Думаю, ей будет интересно узнать, что «курсы» — это просто ширма.
При упоминании матери Олег сдулся. Он прекрасно знал, что Елена Сергеевна хоть и балует его, но ложь и отсутствие результатов не переносит. Если она узнает, что он просто проедал её деньги и ничего не делал... Краник перекроют моментально.
— Не надо маме звонить, — буркнул он. — У неё давление.
— Вот и береги маму. Собирайся.
Через час за Олегом захлопнулась дверь. Он уходил трагично, с чемоданом и ноутбуком, бросив напоследок фразу: «Ты еще пожалеешь, когда я стану миллионером».
Марина закрыла дверь на оба замка. В квартире воцарилась тишина. На этот раз не напряженная, а чистая, звенящая.
Она прошла на кухню, села за стол. Телефон снова мигнул — пришло уведомление от банка.
«Поступление: 50 000 рублей. Отправитель: Олег Петрович К. Сообщение: На хозяйство».
Марина усмехнулась. Он все-таки перевел деньги. Деньги мамы. Видимо, надеялся, что этот жест его спасет или заставит Марину передумать.
Она открыла приложение банка и нажала кнопку «Перевести». Ввела номер телефона свекрови — он был у неё записан на всякий случай.
«Перевод: 50 000 рублей. Получатель: Елена Сергеевна К. Сообщение: Елена Сергеевна, спасибо за помощь, но Олегу эти деньги сейчас нужнее. Он возвращается к вам. Встречайте».
Отправив деньги, Марина почувствовала, как с плеч упала огромная бетонная плита. Завтра будет новый день. Ей нужно будет одной платить ипотеку, но теперь она точно знала: сорока тысяч ей не хватит, зато на нервах она сэкономит миллионы.
И вакансия менеджера склада все еще висела на сайте. Может, и правда, сменить работу? Или найти подработку? Теперь, когда не нужно кормить «гения», вариантов стало намного больше.
Марина налила себе свежего чая, подошла к окну и впервые за долгое время увидела не серые стены соседнего дома, а небо. Оно было темным, но где-то там, за тучами, точно были звезды. И они, в отличие от обещаний Олега, были настоящими.
Эпилог
Спустя месяц Марина узнала от общей знакомой, что Олег действительно живет у мамы. Елена Сергеевна, узнав правду (хоть и в смягченном варианте), взялась за воспитание сына с педагогической жесткостью.
Теперь «гений нейросетей» работает продавцом-консультантом в магазине электроники. Говорят, ему даже нравится — там много гаджетов, и можно с умным видом рассказывать покупателям про технические характеристики.
А Марина... Марина наконец-то купила себе новые сапоги. Не на распродаже, а те, которые действительно хотела. И это была её первая, личная, маленькая победа в новой, честной жизни. И эта победа стоила дороже всех мифических миллионов.
А как считаете вы: Марина права, что выгнала лжеца, или жене стоило быть мудрее и дать мужу второй шанс?