Когда сын Игорь привёл домой Марину и объявил о помолвке, я старалась быть доброжелательной. Девушка казалась милой, улыбчивой, говорила правильные вещи. Но материнское сердце почувствовало что-то неладное. Может, слишком яркий макияж, может, излишняя слащавость в голосе, может, то, как она смотрела на меня, когда думала, что я не вижу. Холодный оценивающий взгляд, совсем не похожий на тот, каким она одаривала Игоря.
Я решила промолчать. Сын был счастлив, и кто я такая, чтобы разрушать его радость своими подозрениями? Может, мне просто показалось, может, я слишком придирчивая. Свадьба прошла пышно, Марина настояла на дорогом ресторане, белоснежном платье и куче гостей, многих из которых я видела впервые.
Первые месяцы семейной жизни молодых я видела редко. Марина говорила Игорю, что им нужно привыкнуть друг к другу, построить свой быт, свои традиции. Сын соглашался, приезжал ко мне раз в неделю на пару часов, но всегда торопился обратно. Я чувствовала, как постепенно теряю связь с единственным ребёнком, но убеждала себя, что так и должно быть.
Однажды Марина позвонила мне сама. Голос был слащавым, но я уже научилась различать фальшь.
— Нина Петровна, можно к вам заехать? Хочу поговорить.
Я удивилась, но пригласила. Марина приехала одна, села на кухне, отказалась от чая.
— Нина Петровна, я хочу быть с вами откровенной, — начала она, складывая руки на столе. — Игорь очень привязан к вам. Иногда слишком. Он постоянно спрашивает ваше мнение, советуется, переживает, что вы подумаете. Это мешает нам строить семью.
Я молча слушала, чувствуя, как внутри всё холодеет.
— Я не против ваших встреч, — продолжала Марина, — но хотелось бы, чтобы вы не вмешивались в нашу жизнь. Не давали советов, не говорили Игорю, как нам жить. Понимаете, о чём я?
Я понимала прекрасно. Марина хотела отрезать меня от сына. Вежливо, но настойчиво.
— Я никогда не вмешивалась, — спокойно ответила я. — И не собираюсь. Игорь взрослый человек, вы его семья. Но я остаюсь его матерью, и если он захочет со мной общаться, я не буду отказывать.
Марина улыбнулась, но улыбка была холодной.
— Конечно, конечно. Просто хотела обозначить границы. Чтобы потом не было недопонимания.
Она уехала, оставив неприятный осадок. Я поняла, что моё первое впечатление было верным. Марина не та, кем кажется. Но что я могла сделать? Игорь её любил, и любое моё слово против неё он воспринял бы как попытку разрушить брак.
Постепенно ситуация ухудшалась. Сын приезжал всё реже, на звонки отвечал коротко, говорил, что занят. Когда я спрашивала, может ли я зайти к ним в гости, он находил причины отказать. То ремонт, то гости, то они уезжают. Марина всегда была рядом, контролировала каждый разговор, каждую встречу.
Однажды я не выдержала и приехала без предупреждения. Марина открыла дверь в халате, лицо было недовольным.
— Нина Петровна, вы могли бы предупредить, — холодно сказала она.
— Я к сыну, — ответила я, заходя в квартиру.
Игорь вышел из комнаты, обнял меня, но я чувствовала напряжение.
— Мам, что случилось? — спросил он.
— Ничего не случилось, — ответила я. — Просто соскучилась. Мы же почти не видимся.
Марина встала рядом с Игорем, положила руку ему на плечо.
— Игорёк, дорогой, мы же договаривались, что предупреждаем о визитах, — сказала она мягко. — Твоя мама могла позвонить. Мы бы приготовились, убрались.
Игорь кивнул.
— Мам, правда, надо было предупредить. Мы не готовы принимать гостей.
Я посмотрела на сына и поняла: он полностью под влиянием жены. Всё, что она говорит, для него истина.
— Хорошо, — сказала я. — В следующий раз предупрежу.
Я ушла, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Сын поверил жене, а не матери. Он не видел, как Марина манипулирует им, как постепенно отдаляет от всех близких.
Прошло несколько месяцев. Я почти не общалась с Игорем. Он звонил изредка, но разговоры были короткими и натянутыми. Я пыталась принять ситуацию, но сердце разрывалось.
Однажды мне позвонила соседка Игоря, пожилая женщина по имени Галина Степановна. Мы познакомились на новоселье у молодых, обменялись телефонами.
— Нина Петровна, извините, что беспокою, — сказала она. — Но я должна вам рассказать. Ваша невестка ведёт себя странно. Я часто вижу, как к ним приходит какой-то мужчина. Днём, когда Игоря нет дома. Они долго сидят в квартире, иногда слышен смех. Может, я не в своё дело лезу, но вы мать, должны знать.
Я поблагодарила Галину Степановну и задумалась. Мужчина в квартире, когда сына нет. Может, родственник? Друг? Или что-то хуже? Но как проверить? Если я скажу Игорю, он не поверит, обвинит в наговоре.
Я решила действовать осторожно. Попросила знакомую, которая жила недалеко от Игоря, проехать мимо их дома и посмотреть, что происходит. Она согласилась. Через несколько дней позвонила и сказала, что действительно видела, как из подъезда выходили Марина и незнакомый мужчина. Они стояли, разговаривали, смеялись. Потом мужчина сел в машину и уехал.
Этого было недостаточно для обвинений. Может, действительно друг или коллега. Я решила поговорить с Игорем напрямую, но осторожно.
— Игорь, как у вас дела? — спросила я, когда он в очередной раз позвонил.
— Нормально, мам, — ответил он устало.
— А Марина как? Не скучает дома одна?
— Она не одна, у неё подруги, дела. Работает удалённо, так что занята.
— Понятно. А мужчин среди её друзей нет? — рискнула я.
Игорь помолчал.
— Мам, к чему ты клонишь?
— Ни к чему, — поспешила я. — Просто спросила.
— Если ты хочешь сказать что-то плохое про Марину, лучше не надо, — холодно ответил он. — Она уже жаловалась, что ты настроена против неё. Что постоянно пытаешься поссорить нас.
Я замерла.
— Игорь, я никогда не говорила ничего плохого про Марину, — сказала я. — Наоборот, стараюсь не лезть в вашу жизнь.
— Марина говорит иначе, — отрезал он. — Мам, давай закончим этот разговор. Мне нужно идти.
Он повесил трубку. Я осталась сидеть с телефоном в руках, понимая, что Марина оклеветала меня. Рассказала сыну небылицы, настроила его против матери. И он поверил ей, а не мне.
Прошло ещё время. Я почти не видела Игоря. На праздники он не приезжал, ссылался на занятость. Марина звонила иногда, говорила сладким голосом, что Игорь устал, что у них много дел, что я должна понять и не обижаться. А я понимала: она победила. Отобрала сына, изолировала от матери.
Так прошло почти три года. Я смирилась с потерей, научилась жить без Игоря. Занялась садом, волонтёрством, пыталась найти смысл в других делах. Но пустота в сердце оставалась.
Однажды поздним вечером в дверь позвонили. Я открыла и увидела Игоря. Он стоял на пороге бледный, с красными глазами.
— Мама, можно войти? — тихо спросил он.
Я молча пропустила его. Мы прошли на кухню, я поставила чайник.
— Прости меня, — сказал Игорь, опуская голову. — Я был полным идиотом. Ты была права.
Я села напротив, ждала продолжения.
— Марина мне изменяла, — выдохнул он. — Все эти годы. С тем самым мужчиной, которого ты, наверное, видела. Её бывший парень. Они встречались, когда меня не было дома. Я случайно узнал. Нашёл переписку в её телефоне. Она даже не пыталась скрывать особо. Была уверена, что я слепой.
Он замолчал, вытирая глаза.
— Когда я спросил её, она сначала отрицала. Потом призналась. Сказала, что любит его, что я её не понимаю, что ты настраивала меня против неё. Обвинила тебя во всём. Но я понял: это она врала всё время. Она манипулировала мной, отдаляла от тебя, чтобы я не узнал правду.
Я взяла его руку.
— Игорь, я не хочу говорить, что предупреждала. Но я чувствовала, что с ней что-то не так. Просто ты не хотел слышать.
— Знаю, — кивнул он. — Я был влюблён, слепой. Верил каждому её слову. А она использовала меня. Жила в моей квартире, тратила мои деньги, встречалась с другим. И ещё обвиняла тебя, чтобы я не прислушивался к твоим словам.
Мы сидели молча. Я не знала, что сказать. Радоваться, что сын наконец увидел правду? Или грустить, что для этого понадобилось три года и такая боль?
— Мам, я развожусь с ней, — сказал Игорь. — Уже подал документы. Она уехала к тому мужику. Квартиру я продам, куплю другую. Начну заново. Но прежде всего хочу попросить у тебя прощения. За то, что не верил. За то, что предпочёл её слова твоим. За то, что бросил тебя.
Я обняла сына, прижала к себе.
— Всё хорошо, — прошептала я. — Главное, что ты понял. Лучше поздно, чем никогда.
Игорь остался у меня жить на время развода. Мы постепенно восстанавливали отношения, разговаривали обо всём, что накопилось за эти годы. Он рассказывал, как Марина контролировала его, изолировала от друзей и семьи, внушала, что только она его понимает. Классическая манипуляция, которую я видела с самого начала, но не могла доказать.
Развод прошёл быстро. Марина не стала бороться за имущество, просто подписала бумаги и исчезла из нашей жизни. Игорь продал квартиру, купил новую, начал заново строить жизнь. Он стал осторожнее в отношениях, внимательнее к людям. И самое главное — он понял ценность семьи, ценность материнской любви.
Сейчас мы общаемся каждый день. Игорь приезжает на обеды, мы гуляем вместе, разговариваем о жизни. Он познакомился с другой девушкой, хорошей, доброй. Я вижу, что на этот раз он не ошибся. А история с Мариной осталась уроком: не всегда нужно верить тем, кто говорит сладкие слова. Иногда правду скажет тот, кто любит по-настоящему, даже если его слова горькие.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Мои Дорогие подписчики, рекомендую к прочтению мои другие рассказы: