Знаете, какая самая идиотская мысль приходит 30 декабря? «Надо бы прибраться в документах к новому году». Не в квартире – в компьютере. Архивы старые подчистить, папки рассортировать. Я полез в облачное хранилище, которое мы когда-то использовали для общих накладных. И наткнулся на папку «НГ_подарки_сотрудникам». Открыл. Там был один-единственный PDF-файл. Договор аренды. Не нашего офиса. Какого-то другого. Срок начала – прошлый март. А в графе «Арендатор» – я впервые увидел это название: «ООО «Вектор-Снаб». И подпись. Её подпись. Рядом – росчерк нашего бывшего помощника Артёма.
Всё. Просто сидел и смотрел на экран. За окном трепалась жалкая гирлянда, которую я воткнул в розетку для вида. Тишины не было – сосед сверху весело стучал кухонными шкафами, готовясь к празднику. А у меня в голове щёлкнуло. «Вектор». Это же наша ключевая клиентка была. Та самая, от которой «доходность заморозилась». И вот он, их новый «офис». Арендованный нашими же деньгами.
Но я забежал вперёд. Давайте не по порядку. По порядку у меня уже не получается.
**
Мы с Леной познакомились в декабре, на корпоративе. Она, бухгалтер из соседнего отдела, выиграла в лотерее уродливого снеговика. Я, менеджер по продажам, подошёл и сказал: «Поздравляю. Продать не хотите? У меня клиенты есть по части садово-огородного декора». Она рассмеялась. Мы поженились через год. Расписались 28-го числа, чтобы отгул на новогодние праздники был длиннее. Романтика.
Потом был наш бизнес. Канцелярия, бумага, потом принтеры. Мы выросли из гаража в нормальный офис. Я носился по клиентам, она сводила дебет с кредитом. Всё как у людей. Мы даже традицию завели: 31-го, в последний рабочий день, открывали бутылку шампанского и смотрели на доску с выполненными заказами. «Вот что мы сделали, – говорила она. – Команда».
Команда.
А потом появился он. Артём.
Лена завела разговор как-то вечером, когда мы раскладывали счёт-фактуры.
– Слушай, мне нужен помощник. Не справляюсь. Знаешь, племянник Марины из моего фитнеса… Отличный парень. Учился на финансах. Поможет с платёжками, в банк сходит.
– А зачем племянник из фитнеса? – удивился я. – Давай нормально через хэдхантер найдём.
– Да не, он толковый! – она почему-то занервничала. – И ему нужно, он не против с низов начать. Давай попробуем?
Я махнул рукой. «Попробуем».
Он оказался… удобным. Вежливым. «Леночка, подпишите здесь», «Леночка, я уже отнёс», «Леночка, я вам кофе приготовил». Я работал в своём кабинете и слышал это через стенку. «Леночка».
Однажды, это было как раз под Новый год, мы засиделись допоздна, оформляли последние поставки. Я вышел покурить на лестничную клетку. Они были в её кабинете, дверь приоткрыта. Я услышал обрывок фразы. Его голос, тихий, доверительный:
– …и мы уедем. Всё будет, как мы хотели. Просто доверься.
Молчание. Потом её вздох:
– Боюсь.
– Не бойся. Он ничего не видит.
Я затушил сигарету и громко, нарочно, кашлянул. Разговор прекратился. Я вошёл в кабинет. Она лихорадочно кликала мышкой по экрану, делая вид, что работает. Он стоял у окна и смотрел на фейерверк, который кто-то уже начал запускать.
– Всё, – сказал я. – Пора домой. Завтра, вообще-то, праздник.
В машине она спросила:
– Ты что такой угрюмый?
– А что, я должен быть весёлым? – я не сдержался. – Кто этот Артём тебе, в конце концов?
Она резко повернулась ко мне.
– Ты что, ревнуешь? К помощнику? Серьёзно? У нас с тобой общий бизнес, мы тонем в работе, а ты ревнуешь к какому-то мальчишке!
И так искусно перевела всё в мою паранойю, что я извинился.
А через месяц я начал находить нестыковки. Не в её поведении – в цифрах. Клиент «Вектор» перестал платить. По документам – они приостановили сотрудничество. Но я случайно встретил их гендира на выставке. Он пожал мне руку и сказал:
– А мы от вас недавно закупались, спасибо. Ваш новый менеджер, Артём, очень оперативно всё организовал.
У меня похолодело внутри.
– Какой… новый менеджер? – выдавил я.
– Ну, из вашей же новой фирмы, «Вектор-Снаб». Мы думали, это ваш филиал.
Я не стал выяснять при нём. Приехал в офис, зашёл к ней.
– Лена. Что за «Вектор-Снаб»? Почему наши клиенты думают, что это наш филиал?
Она не побледнела. Она застыла. И посмотрела на меня не как жена, а как противник на переговорах.
– Это… пробный проект. Мы с Артёмом думали диверсифицировать риски. Открыть параллельную фирму на его имя. Чтобы, если что-то с нашей…
– НАШЕЙ? – я не закричал. Голос сел сам. – На чьи деньги? На деньги НАШЕЙ фирмы?
– На наши общие! – вспыхнула она. – На которые я имею такое же право! Ты всегда всё контролируешь! Ты даже помощника мне нормально выбрать не дал! Это мой шанс что-то сделать самой!
Это был не её голос. Это был голос человека, который давно меня ненавидит.
Я не нанимал детектива. Всё оказалось проще. Я вызвал её и Артёма в переговорку. Включил диктофон на телефоне в кармане. Сказал:
– Я знаю про «Вектор-Снаб». Я знаю, что вы переводили туда деньги под видом оплаты фиктивных контрактов. Сейчас у нас два пути. Или вы пишете явку с повинной и возвращаете все активы в общую компанию. Или я иду в полицию. С документами.
Она молчала. А Артём… Артём засмеялся. Тонко, противно.
– Слушай, коллега, – сказал он. – Ты ничего не докажешь. Всё оформлено чисто. Лена – твоя жена, она имеет право распоряжаться средствами. Это семейные разборки.
Я посмотрел на неё.
– Это твоя позиция? Семейные разборки?
Она не смотрела на меня.
– Я хочу развод, – тихо сказала она. – И свою долю в бизнесе.
Артём с самодовольным видом откинулся на спинку кресла. Вот этот взгляд – сытого, довольного хищника – я не забуду никогда.
То, что было дальше, похоже на плохой сон. Скандал. Увольнение Артёма «по статье». Уход половины сотрудников, которые не захотели быть свидетелями этой войны. Наша последняя «традиция» – 31 декабря в пустом, полуразграбленном офисе. Никакого шампанского. Только я и распечатанные документы по иску о разделе имущества.
Суд признал факт растраты, но… это было долго, муторно и бессмысленно. К тому времени «Вектор-Снаб» благополучно обанкротился, оставив после себя только долги. Артём, как выяснилось, был не племянником, а профессиональным альфонсом с парой судимостей за мошенничество. Он нашёл новую «Леночку» — бухгалтера в небольшой строительной фирме. История, как оказалось, банальна до слёз.
Сейчас новый год. Опять. Я сижу один в своей новой, крошечной конторе. Называется она просто «ИП». Никаких «команд». Бухгалтер у меня на аутсорсе — солидная тётя Люда из Уфы, с которой мы общаемся только по зуму раз в месяц. Идеально.
Иногда думаю: а что, если бы я не полез в ту папку «НГ_подарки»? Прожили бы ещё год? Два? Пока она и её «помощник» не вывели бы всё до копейки?
Я не сделал глобальных выводов о любви и доверии. Только простые, технические правила:
1. Общий бизнес — общий доступ ко всем электронным подписям и облакам. Еженедельно.
2. Никаких «помощников» по рекомендации жены из фитнеса.
3. Если жена вдруг начинает защищать «пробный проект» с другим мужчиной — это не проект.
Сейчас за окном опять будут салюты. Взрывы чужого веселья. А я, наверное, выпью чаю и включу какой-нибудь дурацкий фильм. Не из чувства жалости к себе. А потому что тишина — это теперь мой единственный и самый честный партнёр.
А у вас бывало, что подозрение, возникшее из-за одной случайной папки на компе, перевернуло всё с ног на голову? Или, может, наоборот – вы годами отмахивались от таких «папок», и всё обошлось? Интересно, чей опыт в итоге оказывается выигрышным – параноика или того, кто верит до конца?
Если эта не новогодняя, а скорее «анти-новогодняя» история отозвалась чем-то знакомым – поставьте, пожалуйста, лайк. И подписывайтесь на канал. Здесь я иногда рассказываю о том, как бизнес-истории оказываются куда драматичнее любого сериала. Без прикрас. И, как видите, часто без хэппи-энда.