Глава ✓315
Начало
Продолжение
Отзвенели праздники.
Вот и Крещение миновало, прошли по стрелкам и проспектам величественного города крестные ходы из многочисленных его православных храмов, отзвенели колокола католических и лютеранских церквей. У двух Иорданей на Неве: у Зимнего дворца и Петропавловской крепости стояли большие деревянные павильоны, украшенные иконами и позолотой.
С восхищением и благоговением смотрел народ, как государь-император супругой и высшие сановники империи выходили к Иордани в сияющих золотом мундирах с непокрытыми головами, а на голове Елизаветы Алексеевны двадцатиградусный мороз покрывал сияющими бриллиантами лёгкую вуаль, вторя сияющему серебряному глазету платья. Долог в путь от Зимнего дворца до свидания Синода через весь Александровский сад.
После окончания крестного хода торжественно проводился чин водоосвящения и парад. А после люд столичный радостно окунался троекратно в священные воды. С этого момента окунутся в иордань могли все желающие. "На льду около иордани собиралось столько людей, что удивительно, как лед ни разу не проломился под ними, - рассказывает Аркадий Васильев. – Особенно торопились окунуться молодые люди и девушки, которые гадали на картах в святочные дни. Гадание считалось большим грехом, и молодежь хотела поскорее "смыть" его с себя. Некоторые, находясь в иордани, пили воду прямо из Невы".
Матери передавали младенцев своих в руки священников - считалось, что именно от их рук при окроплении исходит особая благодать. Как же просила Анна-Генриетта разрешения у родителей принять участие в священном действе, но доктор строго-настрого запретил, опасаясь за хрупкое здоровье дочери. Он лучше иных прочих знал, чем грозит резкий перепад температур людям со слабым сердцем, а лёгкая синева у губ дочери яснее всяких слов говорила опытному доктору, что такие эскапады чреваты трагедией.
Случалось, что поток воды уносил своих жертв, далеко от прорубей находили потом тела несчастных, вмёрзшими в лёд, если вовсе находили. Фурункулёз, сильнейшие простуды, пневмонии отмороженные пальцы, носы и уши, замёрзшие на смерть младенцы - всё это Николай Фёдорович видел собственными глазами.
Помахала платочком заплаканная Марья Яковлевна радостной дочке, уезжающей в ставший родным монастырь. Везёт она гостинцы подружкам и взнос монахиням. А столичный двор в преддверии Великого Поста звенит балами и приёмами. Мадам Арендт с супругом были на них желанными гостями. Многие желали сойтись поближе с модным доктором и его хлебосольной супругой. И порой за день или два до мероприятия встанцы в корне-де-баль мадам Арендт были расписаны. Но самый, полонез неизменно отдавался господину Чернышёву. Их получасовая беседа, а именно столько времени продолжается неспешный элегантный танец, скорее напоминал дуэль двух соперников, разных по силе, ловкости и изощрённости.
- Дорогой Александр Иванович, совсем недавно, кажется, я имела счастье поздравить вас со счастливым супружеством, а нынче, кажется, буду рада поздравить вас с благополучным с оным разрешением. Что Синод?
- Недеюсь, к весне его святейшество архиепископ примет решение. А что вы, госпожа Арендт, не смущают ли ваш покой проделки Джокера или ваш супруг безразличен к картабезразличен к картам?
- Тузам, пикам и валетам Николай Фёдорович предпочитает скальпель, циркуль и сияющее око, чем немало меня тревожит. Вы, как опытный царедворец наверняка лучше меня, глупенькой женщины, разбираетесь в архитектуре. Подскажите, что так влечёт наших мужчин в масонских заседаниях?
- О, мадам, ничего, кроме тайны, темноты и возможности выпить хорошего вина в дружеской компании. Неужели ваш супруг также прельстился возможностью надеть белые перчатки, фартук и говорить загадками?
- Как всякое заботливая жена, я предпочитаю белые перчатки носить сама, фартук отдать поварихе, а циркуль - школяру. У доктора же до́лжно на первом месте стоять его призвание, а следом - семья. Хотя я бы хотела, чтобы супруга и дочь его занимали главенствующую позицию. Но кто мы, когда в услугах его нуждаются самые высокопоставленные люди империи?
- Я понял ваш намёк милый Джокер, и постараюсь выяснить, какие болезни нашего многострадального общества желает излечить наш уважаемый доктор.
Вежливые поклоны, изящные приседания, плавные движения рук затянутых в белоснежные перчатки и ног, позволяющих господам продемонстрировать сильные стройные икры, а дамам - крохотные ступни и хрупкие лодыжки.
И уже совсем скоро будущий Присутствующий в Алекса́ндровском комите́те о ра́неных — благотворительном учреждении Российской империи для оказания помощи военнослужащим-инвалидам, семьям погибших или умерших от ран, сумел успокоить Марью Яковлевну.
Открывая очередной бал в паре с очаровательной женщиной, он поведал ей, что ложа, в которой состоит её муж, ни в каких противуправительственных заговорах не участвует, более заботясь о жертвах минувшей войны. Благотвлпительная деятельность соратников Николая Фёдоровича касалась не тоько вдов и сирот малоимущих ветеранов, но и благородных строт, оставшихся вовсе ьез материального попечения.
Продолжение следует ...
Совсем скоро Новый год! Всем счастья, а тем, кто на карту Сбера 2202 2069 0751 7861 автору денежку кидает, ещё и понимания, семейного благополучия и дом - полную чашу!
Чуфырь, чуфырь, пуффф... Слово моё твердое! (Баба Яга).