Морозов быстро начал приходить в себя. Здоровый организм успешно боролся с воздействием. Он слышал уже, что творила Маргарита, слышал её слова, но пока не мог открыть глаза и встать. Однако огромным усилием воли ему всё же удалось разомкнуть веки и сесть. В этот момент и раздался звук захлопнувшейся двери.
С большим трудом на одном лишь усилии воли Морозов смог встать и пошатываясь добрести до кухни. Взял со стола телефон и набрал пульт охраны.
- Задержите женщину… доставить ко мне…
- Сделаем, Алексей Викторович!
Морозов почти упал на стул, но всё же уверенно набрал Дерюгина Романа.
- Приезжай ко мне сейчас, - стараясь чётко выговаривать фразы непослушным языком, почти приказал он. – Твоя дочь создала себе и тебе проблемы.
Слышно было, как Дерюгин грубо выругался и отключился. Все знали, что с дочерью у Дерюгина проблемы. Своеволие молодой женщины приносило отцу немалые заморочки и даже убытки. Но дочь ведь, куда денешься. Вот и приходилось отцу каждый раз вытаскивать свою «принцессу» из передряг. Он надеялся, что дочь сумеет охомутать Морозова, и тогда уже станет его проблемой. Но…
Лексус Дерюгина подъехал к дому партнёра. Охрана пропустила на внутреннюю стоянку и попросила не ставить машину у подъезда.
- Не учи, учитель выискался! – рявкнул Дерюгин, но просьбу выполнил.
В квартире Алексея он застал приличную толпу народа. Сам Алексей Морозов лежал на диване под капельницей. Возле него суетились две медички. Его дочь – Маргарита – сидела в углу на стуле под присмотром охранника из «Лесстроя». Здесь же был начбез компании и юрист. Дерюгин понял, что спускать на тормозах причуды Маргариты никто не собирается. Не в этот раз. «Что же эта бестолочь натворила?» Он свирепо глянул на дочь, но та только дёрнула плечом и отвела глаза, демонстративно не желая говорить.
- Садись, Роман, - пригласил его Морозов. – медики уже заканчивают и уходят. А пока почитай, что тут Михаил успел добыть из твоей дочери.
Михаил – начбез «Лесстроя» - молча протянул Дерюгину несколько распечатанных листов. Уйдя на кухню, Дерюгин внимательно изучил данные. Это был практически протокол допроса, хотя никто из присутствующих не имел на это формального права. Но попробуй рыпнись против, и все права обязательно найдутся. Дерюгин тяжело вздохнул. В этот раз Маргарита попала по-крупному.
Её обыскали, нашли ампулу, которую она не стала выбрасывать в квартире, а надеялась выкинуть в мусор на улице. Её допросили по всем правилам, даром что ли их начбез – бывший следователь. И от неё получили полноценные признания. Теперь ей минимум грозило несколько лет колонии. И это они ещё не узнали про прошлые её «подвиги».
- Дал же бог дитятко, - скрипнул зубами Дерюгин. Тридцать лет бабе, а ума как не было, так и нет…. Отдать Морозову склад что ли? – задумался он. – Чтобы заявку не писал, и дело не возбуждали. Договориться полюбовно… Там у меня пирс оборудован, краны, погрузчики, - рассуждал сам с собой Дерюгин. – Эх, отличная перевалочная точка! Но придётся отдать, чтобы эту дурочку от тюрьмы спасти. Господи, ну почему у одних дети, как дети, а у меня не пойми что?!
Тяжело поднялся и вернулся в гостиную. Медики ушли, остались только свои. На Маргариту никто из мужчин не смотрел и сочувствия не выражал. Ясно всё.
- Прости, Алексей Викторович, - начал сразу каяться Дерюгин. – Не доглядели мы с матерью. Одна она у нас. Баловали, вот и…
- Поздно извиняться, Роман, - Морозов уже не лежал, а сидел, но был бледен и слаб. – В общем, так: бюро Маргариты я из своей компании вывожу. Все контракты и контакты с ней разрываю. Если человек не понимает слов, как с ним работать? – риторически вопросил он. – Что касается тебя, то я продолжу работать с тобой только в одном случае, если Маргариты не будет в городе, и она никаким образом не станет вмешиваться в мою жизнь. Не знаю, как ты этого добьёшься, но это единственное и главное условие нашего дальнейшего сотрудничества. Если нет, значит, нет. Договор между нами разорвём, и ты выплатишь мне компенсацию. Там примерно несколько сот лямов, Ром, - усмехнулся Морозов. – Всё! Все свободны!
- А меня никто не хочет послушать? – капризно вякнула из угла Маргарита.
Она подскочила со стула и воинственно уставилась на Морозова. Но ни один из мужчин не отреагировал на её выпад. Лишь отец молча подошёл к ней и небрежно подтолкнул к выходу. Через несколько минут, кроме безопасника, в квартире Морозова никого не осталось.
- Миш, изложи всё подробно, снимки с камер прикрепи и добавь к протоколу. Собери все её косяки по фирме, приложи анализы препарата и отправь копию Дерюгину. Предупреди, что заявление и оригиналы в любой момент могут оказаться в полиции.
- Понял, но, думаю, он уже и так смирился. Уверен, ищет способ, чем и как откупиться.
- Дорого ему обойдётся, - скривился Морозов.
Только, оставшись один, он, наконец, дотянулся до телефона, чтобы позвонить Насте. Но первое, что он увидел, включив его, это снимки с собой в главной роли, которые ему переслала любимая.
- Вот же! Когда успела!
У Морозова скулы побелели, и глаза налились кровью. Если бы сейчас Маргарита была здесь, то могла легко получить оплеуху, хотя женщин Морозов не трогает принципиально. Но эта змея точно заслуживает…
Ладно, хрен с ней, с Маргаритой. Как теперь оправдаться перед Настей? Самому стыдно: взрослый мужик, а попался как щенок.
Долго думать Морозов не стал. Сразу набрал Настю по видео. Ему важно было не просто услышать, а увидеть её лицо, её реакцию. Он надеялся сразу понять, на что может рассчитывать. Прошло всего несколько дней, как они с сыном уехали, а Морозов уже скучал по своей женщине.
- Настя! – выдохнул он, когда экран засветился приёмом.
Женщина озабоченно хмурилась, но не злилась, и это давало надежду, что подлые снимки она не приняла всерьёз.
- Настенька, надеюсь, ты не поверила этим снимкам? Маргарита опоила меня и сделала их. Не снимаю с себя вины, должен был понимать, с кем имею дело. Но я уже разобрался. Больше подобного не повториться, и Маргарита в нашей жизни не появится!
- В нашей? Лёш, я не имею права требовать от тебя что-либо. По сути, мы с тобой друг другу никто. Решай все дела спокойно. Тебе не за что извиняться, - Настя мягко улыбнулась ему.
Это «никто» так больно задело Морозова, что он даже растерялся с ответом. Они ведь на самом деле пока друг другу никто. Он сам ни словом ни полсловом не намекнул любимой женщине об их будущем. А она навязываться не хочет и не будет. Это же не Маргарита.
Поборов досаду и раздражение на самого себя (мужик, а мямлит, как пацан), Морозов решительно возразил.
- Мы не «никто», Настенька! Ты моя любимая женщина, и не притворяйся, что не поняла этого! Я наш поцелуй до сих пор забыть не могу. Ещё хочу…, - задушенным полушёпотом признался он.
- И я, - Настя покраснела и мило засмущалась. – ты мне тоже дорог, Лёш. Только мы ещё совсем мало знакомы…
- Насть, прекращай! – не утерпел Морозов. – Мы оба понимаем, что бывают короткие встречи и на всю жизнь, а бывают долгие – и развод через месяц. Дело не в сроках знакомства, дело в людях. Ты мой человек, моя женщина, - горячился Морозов. – Надеюсь, что я твой мужчина.
- Мой, - тихо рассмеялась на этот спич Настя. – Сама удивляюсь. Надо было уехать в Сибирь, чтобы встретить свою судьбу.
Замолчали и лишь поглядывали с экранов друг на друга, через расстояние передавая друг другу любовь и нежность.
- Куда завтра? – прервал молчание Алексей.
- Завтра мы выезжаем на Алтай. У нас авторский тур с малой группой по всему Чуйскому тракту с остановками в значимых местах. Как раз на неделю.
- Я догоню вас в Бийске или Майме. Поеду на машине, а там разберёмся, кто с кем и куда поедет, - с предвкушением пообещал Морозов.
- Догоняй, - опять переливчато рассмеялась Настя и хулигански послала Морозову воздушный поцелуй.
Морозов не успел ответить, к нему кто-то зашёл, и от отключился, только успев бросить: - Накажу! - а Настя опять чмокнула воздух перед экраном.
Она сознательно ни разу не упомянула грязные снимки и не спрашивала ни о них, ни о Маргарите. Того, что рассказал Алексей, ей хватило, а раздувать ситуацию совсем не хотелось. Настя прекрасно поняла, что целью Маргариты была месть. Рассорить их, развести и злорадствовать. Но план не сработал. Морозов оказался шустрее и умнее. Да и Настя не капризная малолетка, чтобы вестись на провокации.
Конечно, снимки могли быть не постановочными, а реальными. Но тогда и Морозов должен быть другим человеком. А у Насти уже сложилось о нём мнение, как о серьёзном порядочном мужчине, который не мог вот так запросто сначала целовать одну, а потом кувыркаться с другой. По крайней мере, Настя очень хотела в это верить.
Хотя… Денису она тоже верила, а он вон что выкинул: завёл вторую семью! Дурак! Это всё равно рано или поздно стало бы известно. Как оправдываться?! Как сыну в глаза глядеть?! И опять же: в глаза Тимофею Денис вообще не смотрел. Вычеркнул его из жизни вместе с Настей. Нормально, да?
Настя вздохнула и прошла в комнату к сыну. Тимка спал, раскинувшись на постели в форме звезды.
- Как отец, - тихо прошептала Настя.
У них был семейный номер, и им вполне хватало места. Кстати, Тимке очень понравилось жить в гостиницах: порядок и чистоту за тебя наведут, даже кровати заправят, если ключи оставишь. Пообедать – поужинать можно в кафе. Поэтому для себя есть куча свободного времени. Лафа! Постояв ещё немного над спящим сыном, она вернулась к себе. Хотела сказать Тимофею, что отец и дед уже едут поездом в Томск, но не стала будить. Не к спеху.
***
Денис весь издёргался. Похудел. Взгляд, из обычно добродушного и пофигистского, стал суровым колючим недоверчивым. Даже сам почувствовал, как сильно изменился.
И то: сытая спокойная размеренная, где-то даже скучная, жизнь закончилась. Настала нервная неустойчивая сложная. После отъезда Насти и Тимофея всё посыпалось, цепляясь одно за другое. С работы уволился, с родителями разругался, с Людкой окончательно расплевался (и это радовало).
Но добавилась неожиданная проблема – Даша. Правда, эта проблема была, скорее, организационной. На самом деле дочка стала ему пластырем на мятущуюся душу, палочкой-выручалочкой в круглосуточной нервотрёпке. Как-то с Тимкой он пропустил этот смешной возраст и сейчас умилялся перлам дочери.
На удивление, Людмила не стала спорить, когда он заявил права на дочь. Он-то думал, что она будет сопротивляться, шантажировать его, но Людмила выставила только одно условие:
- Скостишь за квартиру половину, и я напишу отказ. Забирай её хоть сейчас. У меня своих забот полно. Я её и рожала, чтобы тебя привязать.
- Вот тварь, - сплюнул Денис. – Половина много. Сойдёмся на пяти. Не согласитесь, всё равно отсужу. Просто дольше будет.
Как многое становится понятно в человеке, когда с ним вступаешь в конфликт. То, что сам Денис непорядочно ведёт себя по отношению к собственному сыну, ему даже в голову не приходило.
Так что Даша теперь жила с ним, хотя документы ещё не были готовы. Стала нужна помощь. Он не понимал временами, как Настя всё успевала, он запурхался с дочерью капитально. Пробовал подкинуть внучку старикам, да куда там! Оба встали в позу, что у них один внук – Тимофей. И даже Дашкины ужимки и лепет их не смягчили. Пришлось погостить недолго, да и возвращаться ни с чем. Может, им времени надо больше? Так-то дочка на Дениса похожа, в Левинскую породу пошла.
Для уборки и готовки пришлось нанять соседку по подъезду. Обычно Тамара Николаевна – женщина лет шестидесяти, но крепкая и шустрая, приходила с утра. Прибирала и готовила обед. Вечером у неё были свои внуки, поэтому оставаться с Дашкой она категорически отказалась.
Для дочери пришлось специально нанимать няню, чтобы забирала её из садика и сидела с ней до прихода Дениса. А у него сейчас была самая запара. Помещение под свой офис он нашёл довольно быстро. Деньги на недорогую, но добротную мебель взял из квартирных. Где уж Людмила со своим сожителем взяли деньги, когда он точно знал, что у них нет ни копья, Дениса не волновало. И уступку, которую он сделал, было не жаль. Зато он получил дочь. Маленькую смешливую девчонку Левинской породы.
Труднее всего оказалось найти сотрудников в нарождающуюся фирму. Секретарём-помощником он сразу взял Ирину – пятидесятилетнюю женщину, которая на прежней работе занималась делопроизводством. Она стала просто незаменимым кадром. Также удалось переманить двух парней с прежней работы, на этом – всё. А надо было ещё минимум трёх оперативников и опытного айтишника. Без последнего вообще делать нечего. Прослушка, камеры, ноуты, компы – любые гаджеты – всё ляжет на его плечи. Сюда надо человека, которому будешь доверять. Поэтому Денис искал особо тщательно.
Но в первой половине августа все поиски пришлось прервать. Оставив дела на Ирину, Денис вместе с Дашей и отцом выехал в Сибирь. Поездом. Дочь до истерики боялась самолётов. Откуда такой страх было непонятно, но рисковать здоровьем ребёнка Денис не стал. Подумаешь, два дня дороги. Справятся, тем более ехать в купе мягкого вагона. А за это время дед с внучкой наверняка подружится. Родная кровь всё же.
Отец согласился с таким раскладом. У него постоянно поднималось давление, и лететь самолётом для него тоже было чревато. Сорвались же они в Сибирь потому, что бывшая домработница Константина оповестила Дениса, что ни Насти, ни Морозова в городе сейчас нет, зато вернулся из отпуска нотариус, который заверял Костино завещание. У Нины Ивановны к нему был свой интерес – Костин дом под городом.
Ну и что, что нельзя вскрывать? Никто и не собирается. Но можно поделиться воспоминаниями об этом событии. За деньги. За большие деньги. Ну, а если не выйдет, то до сентября осталось всего ничего. Поживут в Сибири, отдохнут. Говорят, красивый край. Так что Настя со своим Морозовым рано губы раскатали.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Причина: другая семья", Галина Осень ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11
Часть 12 - продолжение