Глава✓ 285
Начало
Продолжение
Сидя перед зеркалом, Мэри Беннет придирчиво рассматривала в холодном озере стекла своё отражение.
Удивительно, как снисходительны оказались для неё минувшие годы и природа. В юности, когда её сёстры и сверстницы сияли гармоничьностью черт, белизной и свежестью кожи, грацией, остроумием, блеском глаз и шелковистостью волос - всем тем, что привычно зовётся красотой, она сама была откровенной дурнушкой.
Слишком худенькая, без пышных форм, слишком увлечённая книгами, слишком застенчивая - она была мишенью для колкостей матушки и острот сестриц. В одиночестве она стала лучшей подругой самой себе и более не искала в зеркале союзника и льстеца.
Спокойная уверенность в собственной некрасивости, начитанность и врождённая самоирония отточили аналитические стороны её мировосприятия и воспитали здоровый цинизм. Теперь она точно знала чего хочет, понимала, как добиться желаемого и шла к поставленной цели, перешагивая через препятствия и избегая ловушек. И этот внутренний покой неожиданно благотворно сказался на её внешности.
Остриженные для путешествия волосы ( кто путешествует без горничной, прекрасно понимает, как неудобно ухаживать за длинными волосами в дальней поездке) неожиданно преобразили её черты, подчеркнув и задорно вздёрнутый курносый носик, и высокие острые скулы, и милые ямочки на щеках, и глаза приобрели яркую синюю глубину в окружении пышных каштановых кудрей, в которых солнце рождало яркие рыжие блики. Худоба и угловатость подростка превратились в в изысканную хрупкость фарфоровой статуэтки.Она не красовалась, не кокетничала, не строила глазки, стараясь понравиться - она просто была собой, естественно и непринуждённо.
Сейчас, в свои 23 года, она по-настоящему расцвела уверенной, спокойной красотой, той, что не увянет с годами. Оказывается, для мужского пола это столь же притягательно, столь же волнующе и азартно - завоевать внимание равнодушной к вам особе, как и охота. Ну что ж, охотник может не заметить, как сам станет объектом выслеживания и загона: зверя можно не только травить собаками, но и гнать в ловчие ямы.
Как же завидовала она когда-то сестрицам Джейн и Элизабет, их живости, красоте, грации, непосредственности. Их несомненному успеху в обществе. Как жа́лко выглядели потуги невзрачной Мэри выделиться: она так мечтала прослыть интеллектуалкой, что даже выписывала в блокнотик цитаты из проповедей и мучила рояль и себя, стараясь играть не от души, а академически верно.
Сейчас, спустя 7 лет, ей стыдно за ту себя и сестриц становится жаль.
Элизабет спокойна и уровновешенна, как и полагается даме из высшего сельского общества. Оставив попытки покорить высший лондонский свет, она сконцентрировалась на Пемберли и семье.
Шесть родов за восемь лет брака - норма для их времени. Трое подрастающих детей, один выкидыш, и двое, не переживших младенческий возраст, запрет врачей на новые попытки и тихое семейное счастье.
Охоты в поместье славятся на всё графство: олени резвы, фазаны стремительны, а личы хитры и коварны, любители рыбной ловли наслаждаются серебряными форелями, а дамы - чудесными балами.
Джейн носится со своими пятью отпрысками, как курица с яйцом: то они болеют, то шалят, то мучают гувернёра. Чем ближе время отправления в закрытую частную школу старшего наследника, тем истеричнее письма сестрицы. Впрочем, Чарльз нивелирует её страхи, можно не сомневаться, ведь она счастлива, носит шестого малыша, её саму носит на руках счастливый Чарльз, активно развивающий свою торговую компанию и богатеющий день ото дня.
Его незамужняя сестрица Кэролайн стала ещё более едкой и невыносимой с тех пор, как ей исполнилось 35, а сестрица Луиза, миссис Хёрст, вдова, покинула этот мир, заразившись корью от своего ребёнка, который тоже не перенёс болезни. Мисс Бингли, получив по завещанию состояние сестры, и имея соственные десять тысяч фунтов, купила в Лондоне особняк, блистала в свете и наезжала в Лайм-хаус и Пемберли лишь на летние месяцы. Вращаться в высшем лондонском Свете было её самым любимым занятием и она намеревалась продолжать это занятие до конца дней своих.
Чарльз, опасаясь, что сестрица может стать жертвой аферистов, поместил её состояние в надёжный банк под хорошие 5% годовых, чем существенно ограничил аппетиты мисс Кэролайн. Пять сотен фунтов в год - прекрасная сумма, но ни в какое сравнение не идёт с пятью тысячами, что получает по процентам от капитала сам Чарльз.
Сейчас Мэри осознала всю несправедливость положения мисс Бингли: получить по завещанию отца несчастные 10 тысяч, когда младшему братцу (и его жене, прискакавшей на всё готовое) досталась сотня тысяч фунтов стерлингов! В кошельке самой Мэри, благодаря её собственным стараниям и талантам, звенят уже три с половиной тысячи полновесных фунтов - два года жизни на всём готовом, при отличном столе и прелестном жаловании, с подарками от щедрой хозяйки и дивидендами, поступающими от концессии с мадам Лариной, существенно пополнили её счёт в Английском банке, начинавшийся с четырёх сотен фунтов по завещанию матушки. А по завещанию батюшки она недавно получила ещё тясячу.
Ей не о чем страдать теперь - вклад уже ежегодно приносит доход в 175 фунтов, а он ещё пополнится - Сезон вовсю продолжается. И пусть остальные компаньонки княжны Волконской злословят на её счёт, она точно знает, что блеск глаз леди с приданым куда ярче блеска глаз леди без приданого!
Особенно, если у самого́ претендента на руку, сердце и кошелёк леди из общества за душой ни гроша.
Продолжение следует...
Всем спасибо, перевод на карту Сбера надёжнее 2202 2069 0751 7861.