Глава ✓286
Начало
Продолжение
Первые сентябрьские дожди стучали в окна, а Маша блаженно оглаживала живот, в котором рос её ребёнок, и молила Господа о счастье.
Но Небеса были глухи - к Рождеству 1819 года она металась в лихорадке на влажных от пота простынях.
Поветрие пожаром вместе с ледяным январским дождём летело по столице, не щадя ни дворцов, ни хижин рыбацких. Всё начиналось с ломоты в костях, болели старые раны, выкручивало колени, локти, больного слегка лихорадило, из носу текло, кашель рвал горло. Впрочем, для сырого питерского декабря - картина привычная.
Но в этот раз всё развивалось как-то иначе. Вместо того, чтобы начать выздоравливать, пациенты доктора начинали жаловаться на то, что из-за больного горла почти невозможно есть, затем начинался надсадный кашель, подступали головная боль, слабость и сильнейший жар. Обычные средства помогали мало. Те, кто мог, спешно покидали столицу, увозя заразу в свои имения.
Вдали от столичной сырости, от пронизывающих ветров и ледяной слякоти дышалась легче. Мороз буквально уничтожал неизвестных науке возбудителей болезни. Губернии, подверженные сильным морозам, почти не пострадали от поветрия.
Госпитали были переполнены. Врачи и санитары буквально валились с ног от усталости.
Многие из врачей строго-настрого запретили жёнам и детям покидать дома, но разве убедишь жаждущих развлечений дам сидеть в одиночестве, когда совсем рядом, в доме друзей или соседей то бал, то чаепитие, то концерт заезжего итальянского певца?
Болели и врачи. При первых признаках инфлюэнцы они запирались в госпитале и лечились тем же, чем врачевали своих пациентов: кровопусканием, отваром ивовой коры, бульонами и морсами из клюквы, ингаляциями эфирных масел. Кому средства помогали, а кому не очень. Пара санитаров сгорела в жару, сердце просто не справилось с нагрузками. Арендт пока даже не кашлял!
Как же ругал себя Николай Фёдорович, когда, несмотря на все его предосторожности, Маша слегла. Она ухаживала за хворающей своей личной горничной, Татьяной, а когда та пошла на поправку, слабая, как котёнок, поила её отварами и выводила на прогулки - пока только по коридорам. А через неделю не смогла встать - в глазах двоилось, ломило таз и колени, она горела в жару, дыхание было хриплым и жёстким.
Маша так мечтала уехать в деревню, чтобы на вольном волжском морозе выносить малыша, но он сам запретил дальние поездки, напуганный её прежними неудачными родами. И вот теперь она второй день лежит не двигаясь, почти не дышит и буквально сгорает от жара.
Николай пригласил друзей для консилиума прямо домой, отказавшись перевозить жену в госпиталь, тут уход за хозяйкой будет получше, чем в переполненных общих палатах.
- Коллеги, - голос его слегка дрожал, когда от откинул одеяло с тела Марьи Яковлевны, - вы сами видите признаки: жар эксремальный, выбухание межреберий, пораженная половина отстает при дыхании, слышите обширный шум трения плевры в грудной клетке.
Считаю, что это острый плеврит. Предлагаю провести плевроцентез - прокол грудной стенки для последующей эвакуации жидкости из полости плевры. Пациентка уже без сознания вторые сутки, начинаются бредовые видения, если мы упустим время и не рискнём, то через сутки жидкость поднимется выше, дыхание будет угнетено окончательно и пациентка скончается. Ваше решение?
- Кто проведёт прокол?
- Увольте! - Николай судорожно закрыл лицо руками, - я не смогу, доктор Вольф, извольте вы.
- Как пожелаете, коллега. Тогда попрошу всех вон, Николай Фёдорович соблаговолите ассистировать. - голос старого хирурга был сух и спокоен. - Подготовили ли операционный зал?
Николай кивнул, он сам проследил, чтобы пол, окна и стены комнаты как следует отмыли щётками с самым едким хозяйственным мылом.
- Тогда распорядитесь отнести стол с больной в операционную.
Через три часа, отчитываясь перед коллегами о проведённой операции он отметил мужественное терпение сударыни Марьи Яковлевны, свои наблюдения, обоснование действий и явные признаки заболевания.
- Ввиду проведённой мною санации плевральной полости в условиях выраженного воспаления легочной паренхимы и ее коллабирования, я наблюдал формирование осумкованных полостей, мощных фибринозных шварт на поверхности плевральных листков, могущих привести к кортикации легкого, я провел прокол и распорядился ввести в плевральные полости раствор соли, схожий по составу с морской.
При службе моей в Одессе Я лично проводил и наблюдал лечение гнойных воспалений морской водой. Я установил помимо всего дренаж для вывода из организма заражающих жидкостей. Наблюдать за состоянием пациентки будет её личная горничная, никуда из палаты больной не отлучающаяся.
И всё вроде бы прошло успешно, и жар спал, и хрипы в лёгких сначала стали тише, а после и вовсе пропали, зажил прокол на спине в районе седьмого ребра, но было то, что угнетало состояние Маши куда сильнее.
Она вновь потеряла ребенка, пусть и на малых сроках, и едва не потеряла и жизнь свою. В полубреду она всё обнимала пустое чрево своё, Бога молила сохранить жизнь младенцу безгрешному, и просила прощения за свой грех. Хоть и Антихристу, а нельзя планировать смертоубийство.
Николай Фёдорович, мучимый страшными догадками, отписал Александру Ивановичу и получил ответ, повергший его в шок: его нежная супруга имеет прямое отношение к трагедии, разворачивающейся на острове св. Елены.
Когда Марья Яковлевна окрепла, он прямо спросил, что же подвигло её на столь страшное деяние.
- Судьба, Николушка. Я просто рассказала господину Чернышову о ядах и способах дистанционного отложенного лишения жизни. Он сам выбрал способ и метод, и нечего после мужчине, ежели он хочет в глазах света им оставаться, перекладывать вину с больной головы на здоровую. Я за свой грех уже расплатилась втройне, у Александра Ивановича всё впереди.
Ты своими глазами видел страшные последствия войны, с того света раненых вытаскивал, руки и ноги отнимал. Но не видел ужасов оккупации!
Детей, брошенных и потерянных среди пламени, матерей их, не вынесших насилия десятка драгун, безумных старух, проклинающих устроивших в цервях конюшни. Селянок, своии руками поднимающих на вилы крепких Жанов, дочиста, до последнего зёрнышка опустошивших её амбар. Ты знаешь, как пахнет полусгоревший заживо человек. К сожалению, я это знаю тоже. И если я могла сделать хоть что-то для воздаяния за сотворённое зло, то я это сделала. И не тебе меня судить.
Продолжение следует ...
Всем спасибо, перевод на карту Сбера надёжнее 2202 2069 0751 7861.