Вера положила перед дочерью тарелку с блинами и налила чай. Злата благодарно улыбнулась и потянулась за сметаной.
— Мам, а ты не волнуйся, я серьезно подготовлюсь за этот год. Подтяну математику, английский усилю, вот увидишь, на бюджет точно пройду.
— Я в тебе и не сомневаюсь, солнышко, — Вера провела рукой по волосам дочери. — Отдохни спокойно после школы, набирайся сил. Мы с Виктором все обсудили, у нас есть отложенные деньги, если что.
— Знаю, мам. Спасибо вам.
Виктор зашел на кухню, поцеловал жену в макушку.
— Девочки мои, доброе утро. Злата, как планы на сегодня?
— Хочу в библиотеку сходить, литературу по программированию посмотреть. А что?
— Да так, интересуюсь. Молодец, что не сидишь без дела.
Вера смотрела на них и думала, как же ей повезло со вторым мужем. Когда одиннадцать лет назад она вышла за Виктора, Злате было всего три года. Девочка росла без отца, первый брак Веры распался почти сразу после рождения ребенка. Виктор принял Злату как родную, никогда не делил дочерей на свою и чужую. А когда родилась их общая дочка Ира, то любви и внимания хватало обеим.
Вот только мать Виктора, Светлана Олеговна, с самого начала относилась к Вере холодно. Разведенка с ребенком, так она и называла невестку за глазами. Виктор жестко пресек все попытки матери испортить им жизнь, пригрозил прекратить общение. Свекровь притихла, особенно когда появилась Ира. Внучку она обожала, готова была дни и ночи с ней возиться. А вот Злату не замечала вовсе, словно девочки и не существовало. Вера не обижалась, у дочери были ее родители, бабушка с дедушкой, которые души не чаяли в девочке.
Так и жили, каждый на своей территории, не пересекаясь особо. До прошлой недели.
Злата закончила школу с отличным аттестатом. Институт выбрала давно, собиралась учиться на программиста. Но решила взять год на подготовку, отдохнуть после школьных нагрузок, получше подготовиться к вступительным. Вера с Виктором только поддержали.
А потом Ира ночевала у бабушки. Вернулась домой и как-то странно на Злату смотрела, искоса. Вера сначала не придала значения, подумала, что сестры поссорились из-за какой-то ерунды.
На следующий день раздался звонок в дверь. Вера открыла, на пороге стояла Светлана Олеговна. Лицо у свекрови было каменное, в руках сумка.
— Здравствуйте, — сухо бросила она и прошла в квартиру, не дожидаясь приглашения.
— Светлана Олеговна, что-то случилось? — удивилась Вера, провожая ее на кухню.
— Случилось, как же, — свекровь опустила сумку на стол. — Ира мне тут такое рассказала. Оказывается, Злата твоя целый год собирается на шее у Виктора сидеть?
У Веры перехватило дыхание от возмущения.
— Простите, что?
— Не прикидывайся! — Светлана Олеговна повысила голос. — Девке скоро восемнадцать, а она как сидела, ноги свесив, так и сидит. Виктор ее четырнадцать лет растил, во всем содержал, никогда не попрекнул, а ты что же делаешь? Вместо того чтобы дочь к труду приучить, еще и год отдыха ей устраиваешь!
Вера почувствовала, как внутри все закипает.
— Светлана Олеговна, вы вообще в курсе, что Злата отличница? Что она год будет готовиться к поступлению, а не просто так сидеть? И потом, зарплата у нас с Виктором почти одинаковая, квартиру мы вместе покупали, и все расходы на детей я всегда оплачиваю из своего кармана тоже.
— Ну да, конечно, — фыркнула свекровь. — А кто ее кормит все эти годы? Кто одевает? Не прикидывайся, пожалуйста. Виктор вкалывает, чтобы чужому ребенку обеспечить безбедную жизнь, а своей дочери, заметь, своей родной Ире, танцы оплатить не может!
— Какие еще танцы?
— Фламенко! Ира хотела записаться, а вы ей отказали. Потому что все деньги на Злату уходят, на ее кружки, а Иру обделяете!
Вера глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться.
— Светлана Олеговна, мы отказали Ире, потому что она уже ходит в художественный лицей, что само по себе недешево. Плюс материалы для рисования, кисти, краски, холсты. А еще потому что Ира загорается новым увлечением каждый месяц. До этого были курсы пения, гимнастика, макраме. Через две недели она все бросает. Мы просто не хотим снова тратить деньги впустую.
— То есть на Злату тратить можно, а на Иру жалко?
— Злата занимается английским и программированием, потому что это нужно ей для будущей профессии. Она ходит туда уже три года и не бросила ни разу. Видите разницу?
Светлана Олеговна поджала губы.
— Нашли, куда деньги швырять. В программирование! И так вся молодежь в компьютерах сидит, а вы еще и платите за это. А когда твоя Злата на бюджет не поступит, что тогда? Виктор до старости будет ее содержать, а Иру во всем ущемлять?
— Светлана Олеговна, вы хоть знаете, какие у Златы оценки? Она на золотую медаль училась!
— Мало ли что там было, — отмахнулась свекровь. — В институте совсем другое. Не поступит на бюджет, а платное образование стоит огромных денег. Вот и получится, что на чужого ребенка тратитесь, а родную Иру обделяете.
Вера встала.
— Знаете что, разговор окончен. Прошу вас покинуть мой дом. Не позволю вам в моей квартире меня оскорблять и мою дочь обсуждать.
— Вот как? — Светлана Олеговна тоже поднялась. — Правду говорю, а тебе неприятно? Ничего, Виктор сам все поймет рано или поздно.
— До свидания, Светлана Олеговна.
Вера проводила свекровь до двери и закрыла ее, прислонившись спиной к косяку. Руки дрожали.
Вечером, когда Виктор вернулся с работы, она рассказала ему о визите матери. Муж выслушал, лицо его становилось все мрачнее.
— Господи, ну что ей не сидится? — он провел рукой по лицу. — Вера, прости, пожалуйста. Я с ней поговорю.
— Не думаю, что поможет, — вздохнула Вера. — Она уверена, что мы Иру обделяем из-за Златы.
— Это же абсурд! У нас на обеих дочерей отложено, на обеих одинаково тратим, просто в разных пропорциях, потому что у них разные потребности.
— Попробуй это ей объяснить.
Но объяснять не пришлось. На следующий день Светлана Олеговнаявилась снова. На этот раз дверь открыл Виктор. Вера слышала из кухни, как свекровь прошла в коридор, громко топая каблуками.
— Мама, зачем ты пришла? — усталым голосом спросил Виктор.
— Вот, — Светлана Олеговна прошла на кухню и выложила на стол целую стопку газетных вырезок. — Пусть Злата выбирает. Раз никуда учиться не собирается, хоть работать пойдет, нахлебницей не будет.
Вера подошла ближе. Это были объявления о работе, аккуратно вырезанные из газет.
— Мама, ты серьезно? — Виктор растерянно смотрел на мать. — Злата школу месяц назад закончила. Пусть отдохнет, наберется сил перед институтом. У нас с Верой зарплаты нормальные, мы не бедствуем, девочкам всего хватает.
— В смысле хватает? — возмутилась Светлана Олеговна. — Ты что, правда собираешься до конца жизни чужого ребенка на себе тащить? А про Иру подумал?
— При чем тут Ира?
— А при том, что на Злату денег в два раза больше уходит! Моя внучка на танцы хотела, а вы ей не позволили. Потому что все деньги на сестру тратите, а Ирочку обделяете!
— Мама, прекрати, — Виктор повысил голос. — Ты не знаешь, о чем говоришь. Злата самая трудолюбивая девочка из всех, кого я знаю. И между прочим, Ире не помешало бы с нее пример брать. А насчет денег, так мы с Верой давно на образование Златы откладываем. Даже если она на бюджет не пройдет, хотя я уверен, что пройдет, мы оплатим учебу без проблем.
Лицо Светланы Олеговны исказилось.
— Что?! — она почти закричала. — Ты хочешь сказать, что вместо того, чтобы обеспечить будущее родной дочери, ты готов кругленькую сумму потратить на какую-то... на чужого ребенка?! Да еще и не факт, что это окупится! Виктор, ты в своем уме?!
— Мама, у нас два счета открыто, на каждую дочь, — начал было Виктор, но свекровь не давала вставить слово.
— Из-за этой Златы вы Иру обделяете! — кричала она. — Моя внучка страдает, а вы только и думаете, как бы чужому ребенку угодить! Виктор, одумайся, пока не поздно! Эта женщина тебя использует, не видишь разве?
— Все, хватит! — Виктор взял мать за локоть. — Мама, ты переходишь все границы. Я прошу тебя уйти. И больше не приходи, пока не научишься себя нормально вести. Оставь нашу семью в покое, особенно Злату, до которой тебе никогда дела не было.
— Виктор, ты что делаешь?! Я же твоя мать!
— А Вера моя жена, а Злата моя дочь. И я не позволю тебе их оскорблять. Прощай, мама.
Он проводил кричащую Светлану Олеговну до двери и закрыл ее. Потом прислонился лбом к косяку, тяжело дыша.
— Прости, Вера. Прости, что она так себя ведет.
Вера обняла мужа.
— Ты ни в чем не виноват. Спасибо, что защитил нас.
Вечером, когда Вера укладывала Иру спать, девочка вдруг спросила:
— Мам, а правда, что из-за Златы вы мне на танцы денег не дали?
Вера села на край кровати.
— Ирочка, кто тебе такое сказал?
— Бабушка. Она говорит, что на Злату уходит много денег, а на меня мало. Что если бы не она, я бы и на танцы ходила, и вообще.
— Послушай меня внимательно, — Вера взяла дочь за руку. — У нас с папой есть деньги и на тебя, и на Злату. Мы любим вас обеих одинаково. Мы не разрешили тебе фламенко, потому что ты уже ходишь в художественный лицей, это дорого стоит. И потому что ты часто бросаешь новые увлечения. Помнишь пение? Гимнастику? Макраме?
Ира виновато опустила глаза.
— Помню.
— Вот видишь. Злата занимается английским и программированием три года подряд, потому что ей это нужно для будущего. А если ты действительно хочешь танцевать, не на две недели, а по-настоящему, мы обязательно найдем деньги. Договорились?
— Договорились, — кивнула Ира. — Мам, а бабушка говорит, что Злата год будет просто так сидеть, ничего не делать.
— Злата будет готовиться к поступлению в институт. Это серьезная работа, понимаешь? Ей нужно много заниматься.
— Понятно.
Но Вера видела, что дочь все еще сомневается. Слова бабушки засели глубоко.
Прошла неделя. Светлана Олеговна не звонила, не приходила. Вера надеялась, что на этом история закончится, но понимала, что это маловероятно. Свекровь слишком уверилась в своей правоте.
И действительно, однажды Ира вернулась из школы расстроенная.
— Что случилось? — забеспокоилась Вера.
— Бабушка звонила, — тихо сказала девочка. — Хотела, чтобы я к ней приехала. Я сказала, что у меня уроки, а она... она сказала, что если бы не Злата, вы бы мне репетитора наняли, и мне не пришлось бы самой заниматься.
Вера сжала кулаки. Так вот как. Светлана Олеговна решила действовать через внучку.
— Ирочка, это неправда. У тебя хорошие оценки, тебе репетитор не нужен. А если понадобится помощь, мы обязательно наймем. Но не потому что есть или нет деньги, а потому что это нужно для учебы.
Вечером Вера рассказала обо всем Виктору.
— Я так и знала, — мрачно сказал муж. — Она не успокоится. Теперь будет Иру настраивать против Златы.
— Что делать?
— Не знаю. Если мы запретим Ире общаться с бабушкой, это только хуже сделает. Ира обожает мать, начнет бунтовать.
— А если поговорить со Светланой Олеговной еще раз?
— Бесполезно. Она убеждена, что права.
Вера легла спать, но долго не могла уснуть. В голове крутились мысли. Светлана Олеговна годами не замечала Злату, а теперь вдруг решила, что из-за нее страдает Ира. Абсурд. Но свекровь верила в это и готова была настраивать внучку против сестры.
А ведь отношения у девочек и так не самые теплые. Разница в возрасте, разные интересы. Злата учится, занимается саморазвитием. Ира более легкомысленная, увлекающаяся. Они любят друг друга, но близости нет. А с подачи бабушки Ира может начать воспринимать старшую сестру как соперницу, как причину всех своих проблем.
Вера боялась этого больше всего. Боялась, что семья, которую они с Виктором так тщательно строили все эти годы, развалится из-за вмешательства свекрови. Боялась, что дочери поссорятся. Боялась, что Злата почувствует себя лишней в собственном доме.
Нет, этого допустить нельзя. Но как остановить Светлану Олеговну, Вера пока не знала.