Весной 1947 года в небольшой, но уютной комнате, которую выдали Виктору, появилась на свет Люба.
Витя видел в ней не просто ребенка, а продолжение той любви, что когда-то связывала его с Женей, той любви, которая, несмотря на все удары судьбы вновь их соединила. Только вот...
Глава 1 "И никто её не осудит"
Глава 2 "В ожидании писем"
Евгения всё еще была замужем. Иван не давал развод, а Виктор злился, так как при рождении ребенка ему могли дать квартиру, как фронтовику и военнослужащему.
И его очень злило, что не мог Витя жениться на своей Женечке, которая носила до сих пор чужую фамилию. Хоть её сердце и принадлежало ему, да только перед государством она была женой другого человека.
- Женя, почему Иван не дает развод? Давай, я поеду к нему и поговорю!
- Витя, не надо. Он сейчас занимает высокую должность, не нам тягаться с ним.
- То есть, теперь все наши дети, которые родятся, станут незаконнорожденными? Меня это не устраивает.
- Меня тоже, но что я могу сделать? Иван как узнал, что мы с тобой сошлись, разозлился. Я вообще боюсь, что он может устроить нам проблемы.
- Какое ему теперь дело до тебя? - удивлялся Витя. - Он вот даже к сыну не приезжает. Присылает деньги, просит фото в ответ, но он ведь ничего не делал, чтобы вернуть тебя.
- Когда я уезжала, мы с ним всё решили. Витя, пусть пройдет еще время, он, может быть, встретит другую женщину и тогда сам подаст на развод.
***
На развод Иван и правда подал, только спустя еще четыре года, в 1951, когда у Вити и у Жени уже было две общих дочери.
Иван даже сам для этого приехал. Но не только для того, чтобы растрогнуть брак. Он решил забрать Мишу. Это было его условием, его единственным требованием, чтобы дать Жене развод.
- Ты с ума сошел? С какой стати? - она была удивлена, когда Иван озвучил ей это условие. - Ребенок должен жить с матерью. Тем более, Мишеньке всего шесть лет.
- Уже шесть лет. Он не грудной младенец, - усмехнулся Иван, оглядывая комнату. Вити не было дома, он уехал по службе в командировку. - В одной комнате вас пятеро. Не тесновато?
- Тесновато. Если бы мы с Витей были расписаны, нам бы дали квартиру.
- Так пожалуйста, после развода и выходи за него замуж. Только сын мой будет расти с родным отцом, а не с отчимом.
- За эти годы Витя ему отца заменил. Ты же ограничивался переводами, да редкими письмами. Он хорошо относится к Мишеньке, зачем всё менять?
- Если ты не отдашь мне ребенка, я не дам тебе развода, - заявил Иван. - Это первое. Второе - сына я так или иначе заберу и связи у меня для этого все имеются. А будешь палки мне в колеса вставлять, так найду способ и тебя, и полюбовника твоего засадить. Уж поверь, возможности такие имеются. Тогда дочки твои будут в еще более тесной комнате жить, в детском доме.
Сердце матери разрывалось от такого выбора. Она стояла, глядя на Ивана, на его суровое, непроницаемое лицо, а затем переводила взгляд на Мишу, который, ничего не подозревая, играл с деревянной лошадкой в углу комнаты.
Она знала, что Иван может многое... Он может навлечь беду на её семью. Глотая слезы, он прошептала:
- Ты очень жесток. Ты не мог защитить меня перед своей матерью, ты столько лет не приезжал к сыну, а теперь, когда у меня всё хорошо, когда я стала счастливой, приехал, чтобы всё разрушить.
- Ты еще не знаешь всех моих возможностей. Проверять будешь ? - хмыкнул он.
****
Миша, еще совсем ребенок, не понимал, почему мать плачет и куда отец родной, с которым он лишь недавно познакомился, уводит его. Он чувствовал лишь страх и отчаяние.
- Мама, я не хочу уезжать! – кричал он, цепляясь за ее платье.
- Я знаю, мой хороший. Я знаю, – шептала Женя, гладя его по голове, пытаясь успокоить, хотя сама была на грани истерики. - Но так нужно. Ты попроси папу и он будет помогать тебе писать письма. И я буду писать.
- Мама, ты приедешь?
Женя подняла свои глаза на Ивана, а тот покачал головой. Женщина прошептала:
- Почему?
- У тебя теперь другая семья. А в нашу не лезь. Я тоже женюсь скоро.
Когда Витя приехал, он был очень зол и собирался отправиться вслед за Иваном, но Женя его отговорила. Она понимала, чем чревато бороться с бывшим мужем. Да, теперь он её бывший муж - Иван быстро уладил все вопросы по расторжению брака, хотя в то время это было нелегко.
Иван увез Мишу. Больше они с Женей не виделись. Общение сводилось к редким письмам, которые становились все короче и реже.
Женя писала Мише, рассказывая о его сестренках Любе и Вале, о том, как она скучала по нему. Миша, который позже пошел в школу и сам писал матери, отвечал односложно, рассказывая о школе, о новых друзьях, о своей новой маме. А со временем даже эти редкие весточки прекратились.
Женя чувствовала, что Мишу настроили против неё, и что она навсегда потеряла сына.
Каждый год 20 сентября, в день рождения Миши она накрывала стол и плакала потом весь день. Она вспоминала сына, которого ей не разрешали увидеть и в этот день её сердце разрывалось от боли.
***
В 1953 году в семье Виктора и Евгении в законном браке родился долгожданный сын Петя. Им уже дали просторную квартиру, куда с родильного и принесли младенца.
А спустя девять лет родился в их семье и мальчик Сережа.
Но, как это часто бывает, все хорошее когда-то заканчивается. Ужасы войны и детство в детском доме оставили глубокий след в душе Виктора. В какой-то момент из доброго и рассудительного человека он стал превращаться в чудовище.
Он стал часто выпивать, и в таком состоянии его поведение становилось неадекватным. В хмелю он обижал Евгению, унижал, припоминая ей первого мужа Ивана, и не забывал говорить о том, что она с легкостью сына своего отдала бывшему. От этого Жене было еще больнее.
Сжав губы, она старалась не отвечать. Она знала, что любое слово может вызвать новую бурю. Но в её сердце росло недовольство, и она понимала, что так продолжаться не может.
- Папа, хватит! - крикнул однажды Петя, вставая между отцом и матерью, когда пьяный Виктор замахнулся на Женю. Ему исполнилось четырнадцать лет, и он почувствовал в себе силу, которую раньше не осознавал. - Не смей маму трогать!
Виктор, ошарашенный таким отпором, лишь покачнулся. Его глаза, полные ярости, встретились с решительным взглядом сына.
- Ты... ты что себе позволяешь, щенок? - прорычал он, не веря, что его собственный сын осмелился противостоять ему.
- Я позволяю себе защищать маму! Хотя это ты должен делать, а не я. Ты должен оберегать её, а не обижать, - твердо ответил Петя, не отводя взгляда. Он чувствовал, как внутри него нарастает гнев, и это придавало ему сил.
Евгения, дрожа, обняла сына, её сердце наполнилось гордостью за Петю, но в то же время ей было страшно.
- Петя, не надо… - прошептала она, её голос дрожал от волнения. Женщина понимала, что вмешательство сына может только усугубить ситуацию, но в то же время она чувствовала, что он прав.
- Мама, он не имеет права так с тобой поступать, - сказал Петя, глядя на отца с вызовом. В его голосе звучала решимость, которая удивила даже его самого. Он никогда не думал, что сможет так открыто противостоять отцу.
- Ты.. Я твой отец, и ты должен меня слушаться! И уж никак не можешь на меня даже голос повышать.
- Отец? - с презрением произнес Петя. - Отцы с детьми занимаются, а не горькую пьют каждый вечер. Да я трезвым тебя только по утрам вижу.
- Петя, - тихо произнесла Женя, - давай просто уйдем.
Но Петя не собирался отступать. Он знал, что если сейчас не остановит отца, то так всё и продолжится.
- Я не уйду, пока он не поймет, что так больше нельзя! - произнес он, не отводя взгляда от Виктора.
Виктор, осознав, что теряет контроль над ситуацией, шагнул вперед, его лицо исказилось от злости.
- Ты не запугаешь меня, - произнес Петя, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно, хотя сердце колотилось в груди. - Ведь я сын военного и племянник погибшего солдата. Я знаю, что такое честь, а ты, видимо, забыл.
Виктор замер. В его глазах мелькнуло что-то похожее на растерянность. Он привык, что все подчиняются ему, что его слово закон. Но теперь его сын, его собственная кровь, встал на его пути.
- Ты… ты… - он задохнулся от ярости, но слова не шли. Впервые в жизни он не знал, что сказать.
Евгения, видя, что ситуация накаляется, сделала шаг вперёд.
- Виктор, хватит, - сказала она, и в её голосе прозвучала неожиданная твёрдость. - Петя, пойдем отсюда, погуляем.
- Объединились против меня? - он усмехнулся.
- Мы не против тебя, как ты не поймешь, - устало ответила Женя. - Это ты против нас. Во что ты превращаешь свою жизнь и наши жизни? Дети боятся домой приходить, ты не видишь, как я страдаю, глядя на тебя. Ты гробишь своё здоровье, только почему? Что сейчас в твоей жизни не так? Четверо прекрасных детей, работа есть, квартира есть. Что не хватает тебе? Или ты от нас устал? Так мы уйдем.
Витя ничего не ответил, он развернулся и ушел в комнату.
Ночь прошла в тишине. Виктор не пил, не кричал. Он просто сидел в кресле, думая о том, что произошло. Евгения лежала на кровати в другой комнате, прислушиваясь к шуму в их спальне. Петя, сидя рядом с матерью, пытался осмыслить произошедшее. Он не знал, что будет дальше, но и терпеть дальше выходки отца он не собирался.
На следующее утро Евгения проснулась от звука, доносящегося из кухни. Она осторожно вышла из спальни и направилась туда. Виктор стоял у плиты, готовя завтрак. Это было так необычно, что она на мгновение замерла на месте.
- Доброе утро, - произнес муж, не оборачиваясь. В его голосе не было привычной агрессии, только усталость и, возможно, раскаяние.
- Доброе утро, - ответила Евгения, стараясь скрыть удивление. Она подошла ближе и увидела, как он варит кашу.
Не поворачиваясь к ней, он спросил:
- Женя, Петька сильно на меня злится?
- Лучше сам об этом у него спроси.
- Я сегодня уезжаю на три дня. А когда вернусь, хочу, чтобы мы с вами в кино сходили.
Женя от удивления села на стул. Но не стала ничего говорить. Может быть, действительно, вчерашняя ситуация как-то повлияла на него.
Он и правда сдержал своё слово - приехал через три дня и повел Женю и младших сыновей в кино. Тот разговор с сыном его изменил, у Вити было время сделать выбор между семьей и водкой. Он выбрал первое.
И вроде бы в семье всё наладилось, как их снова ждал удар судьбы - в 1971 году, когда Пете было семнадцать лет, а Сереженьке всего лишь восемь, Евгения умерла.
Она просто легла спать вечером, а утром не открыла глаза. Женщина немного не дожила до сорока семи лет.
ЭПИЛОГ
Вся семья помнила её как добрую и ласковую женщину. Но не старший сын Миша, который всю жизнь считал её предательницей и даже не приехал на похороны. Он так и не понял, почему мать сделала такой сложный выбор.
Виктор долго не горевал, он вновь начал пить, и вскоре привел новую женщину, только повторил судьбу отца - прожил недолго после смерти первой жены и в 1975 году умер.
Одну из внучек Евгении назвали в честь неё, и те, кто помнил ту женщину, говорят, что она на неё похожа. Главное, чтобы не повторила её трудную судьбу...
Спасибо за прочтение. Благодарю подписчицу за историю.
Другие рассказы можно прочитать по ссылкам ниже: