— Что это всё значит? Почему тут журналисты?
Зоя тяжело выдохнула и посмотрела на неё серьёзно:
— Ты разве не читала новости?
— Нет… Я же болела, телефон почти в руки не брала.
Рассказ "Судьба свела"
Глава 1
Глава 5
Той ночью Даша проснулась от резкой боли в животе, будто внутри кто-то прокручивал железяку. Сначала она подумала, что может она съела что-то не то, но боль нарастала, и вскоре к ней присоединилась тошнота. Она, шатаясь, добежала до ванной, оперлась рукой о холодную стену и едва успела наклониться к унитазу. Её вырвало.
А потом её начало лихорадить. Тело трясло так, что зубы стучали. Даша кое-как добралась до кровати, закуталась в одеяло, но знобило всё сильнее. Померила температуру. Почти сорок. Голова гудела, в висках пульсировало.
А через четыре часа ей нужно было быть на смене.
Даша попыталась убедить себя, что всё пройдёт, но через полчаса и даже час легче не стало. Она набрала Зою, голос дрожал, Даша едва говорила.
— Зоечка… Я, кажется, не смогу сегодня… Меня тошнит и температура…
— Господи, Дашка! — испугалась Зоя. — Не ходи никуда! Лежи, я подменю. И на работе предупрежу. Это точно не аппендицит?
— Не похоже…
— Может вызвать неотложку?
— Не надо… Я сама… Спасибо.
Даша хотела что-то ещё сказать, но силы кончились, и она просто отключила телефон, после чего провалилась в сон.
Проснулась она уже днём, от звонка в дверь. Она, ничего не соображая, кое-как завернулась в халат и открыла. На пороге стояла Ирина.
— Ну вот… — сказала она без лишних слов. — Я так и думала.
— Зачем вы пришли? — прошептала Даша, едва держась на ногах.
— Затем, что мне сказали, ты с температурой под сорок, — спокойно ответила Ирина. — А я не люблю терять своих медсестёр, особенно в сезон гриппа!
Ирина вошла в квартиру, не дожидаясь приглашения. Поставила сумку на стол, попросила градусник, осмотрела живот, послушала дыхание. Даша чувствовала себя неловко. Она выглядела ужасно и неопрятно. От нее пахло потом. Очевидно, что постель тоже не была застелена. Но Ирина вела себя спокойно, не показывала ни тени брезгливости или снисхождения.
— Острый гастроэнтерит, похоже… — сказала она после короткой паузы. — Наверное, вирус. Я оставлю тебе рецепт и закажу лекарство, чтобы привезли.
— Спасибо… — прошептала Даша. — Но зачем вы сами приехали? У вас ведь столько дел.
Ирина посмотрела на неё пристально, как будто решала, стоит рассказать или нет. Потом села на край кровати и, неожиданно мягко, сказала:
— У меня есть дочь. Ей двенадцать. Зовут Оля.
Даша удивлённо подняла глаза.
— Я не знала...
— Мало, кто знает… — ответила Ирина. — Муж настоял, чтобы она уехала за границу, в пансион. Сначала временно, а потом — вроде как спрятал её там от меня. Я почти её не вижу.
Она улыбнулась, но в этой улыбке было очень много боли.
— Когда я смотрю на тебя, Даша, мне почему-то кажется, что вижу её. Вы даже чем-то похожи...
Даша растерянно улыбнулась.
— Я? Да что вы...
— Вот именно… — тихо сказала Ирина. — И ты спасла мне жизнь… Так что мне как-то искренне хочется тебе помогать.
Она оставила на столике листок с рецептом, ещё раз проверила температуру, поправила одеяло и направилась к двери. Перед уходом задержалась на секунду:
— Отлежись. Не торопись на работу. Поняла?
— Поняла… — кивнула Даша.
К вечеру приехала мама. Даша лежала в постели, укутанная в одеяло, когда услышала, что кто-то открывает её дверь ключом.
— Дашенька, это мама, не пугайся!
Даша не ожидала, что мама к ней приедет, но сердце радостно дрогнуло. Мама вошла в комнату, в руках у нее была сумка, из которой пахло куриным бульоном, яблоками и чем-то ещё очень родным и знакомым.
— Ну что ты! — всплеснула руками. — Совсем одна, больная?!
— Мам, да всё же под контролем… — улыбнулась Даша, садясь. — Ирина приходила, осмотрела, назначила лечение.
Мама тут же подошла и поцеловала её.
— Ты чего?! Заразишься же!
— Зараза к заразе не липнет! — посмеялась женщина.
Она пошла на кухню и разогрела бульон. Потом принесла дочери. И в тот момент Даша ощутила, как будто она снова стала ребёнком. На работе она была тем, кто всегда заботится, кто говорит, что всё будет хорошо. А теперь рядом сидела мама, и в день, когда Даше было так плохо, это стало лучшим лекарством.
Позже они вдвоём устроились на диване, включили телевизор. Шёл какой-то старый фильм, и Даша, положив голову на мамино плечо, чувствовала, что ей действительно легко и хорошо. Потом на канале пустили рекламу передачи, которую вела Ирина. И Даша решила спросить кое-что у мамы.
— Мам, а что ты вообще знаешь про Ирину?
Мама пожала плечами.
— Ну... Что я знаю? Что говорят, то и знаю. Разводится она со своим мужем. Страшный человек. Очень её обижал.
— Правда? — Даша подняла голову.
—Такие вещи не любят выносить на публику. Но я читала в интернете. Там прямо пишут: муж её, этот Верещагин, хочет забрать у неё всё.
— Всё?
— И передачу, и компанию по производству витаминов, которую она сама основала, — кивнула мама. — Представь, даже название через суд пытается отобрать.
Даше стало очень обидно за Ирину. Она производила впечатление сильной, собранной и ответственной женщины. Было очевидно, что она вложила много труда, чтобы быть той, кем она являлась.
Мама между тем продолжала:
— Говорят, он человек влиятельный, связей полно. Но я верю, она справится.
Даша кивнула. Мама поправила плед, чтобы у дочки не мерзли ноги, и тихо добавила:
— Знаешь, доченька, хорошо, что ты рядом с ней. Мне кажется, что она хороший человек. И вы как-то друг другу и поможете дальше.
Даша прижалась к маме крепче. В этот момент девушке было так хорошо, что она не хотела поправляться и снова идти на работу.
***
После нескольких дней болезни Даша наконец почувствовала себя лучше. Температура спала, слабость отступила. Она решила, что пора возвращаться в больницу.
Чтобы хоть немного себя поберечь, Даша позволила себе роскошь, поехать на такси, а не на автобусе, как обычно. Утро было ясное, воздух морозный, и, глядя в окно машины, она думала, что всё же скучала по своей работе, по пациентам, по привычной суете отделения.
Но, когда такси свернуло к больнице, Даша сразу насторожилась. Перед главным входом стояла толпа, люди с камерами, штативами, микрофонами. Мелькали логотипы телеканалов, она слышала, что журналисты громко переговариваются.
— Что там случилось? — спросила она у водителя.
Тот пожал плечами:
— Да кто их знает. Может, какого-то чиновника привезли. У вас тут теперь постоянно кто-то знаменитый.
Даша заплатила, вышла из машины и сразу почувствовала на себе десятки взглядов. Стоило ей подойти ближе, один из журналистов, молодой парень, тут же шагнул вперёд, направив микрофон прямо ей в лицо.
— Девушка! Вы работаете здесь?
— Да…— растерялась Даша.
— Отлично! — быстро заговорил он. — Скажите, вы можете что-нибудь рассказать об Ирине Верещагиной? Как она себя ведёт, как к ней относятся сотрудники?
Даша моргнула, не понимая, откуда вообще этот вопрос и зачем ему нужна Ирина.
— Только хорошее… — начала Даша.
— Не отвечай! — вдруг раздался сзади голос Зои.
Зоя буквально схватила Дашу за локоть и потянула к дверям.
— У нас нет комментариев! — крикнула она через плечо журналисту. — И не трогайте наших сотрудников!
В вестибюле Даша обернулась к подруге:
— Что это всё значит? Почему тут журналисты?
Зоя тяжело выдохнула и посмотрела на неё серьёзно:
— Ты разве не читала новости?
— Нет… Я же болела, телефон почти в руки не брала.
— Тогда слушай… — сказала Зоя, переходя на шепот. — Муж Ирины обвинил её в похищении дочери.
— В похищении?! — Даша не поверила. — Но ведь она сама рассказывала, что дочь учится за границей.
— Вот именно. Только теперь он заявил, будто Ирина тайно вывезла девочку из школы и скрыла где-то. И вроде как даже полиция подключилась.