Ученые все чаще фиксируют случаи, когда современные препараты не просто замедляют развитие хронической болезни почек (ХБП), но и частично обращают ее повреждения вспять. Именно такая динамика наблюдалась, например, у Николаса Палаcиоса, чье заболевание на момент постановки диагноза в 2020 году достигло 4-й стадии.
Потеря работы, выраженная утомляемость и внезапное сообщение врача о риске почечной недостаточности обозначили для него крайне неблагоприятный прогноз. Историю прорыва в лечении и оптимистичных результатов исследований рассказывает National Geographic.
На грани отказа почек возможны лишь два сценария: пожизненный диализ или трансплантация, ожидание которой занимает годы и сопровождается высоким риском смерти от сердечно-сосудистых осложнений. Палаcиос начал терапию, стабилизировавшую ситуацию, однако для долгосрочного восстановления требовался качественно иной подход. Такой возможностью стало участие в клиническом исследовании, посвященном тирзепатиду — агонисту рецептора ГПП-1.
Результаты оказались значительными: функция почек пациента существенно улучшилась, и теперь его состояние соответствует 3-й стадии заболевания. При должном контроле он даже может рассчитывать на устойчивую и длительную жизнь без диализа или пересадки.
Прорыв, который становится массовым
Случай Палаcиоса не является единичным. За последнее десятилетие появились новые методы лечения различных форм хронической болезни почек, включая препараты, изначально разработанные для терапии сахарного диабета 2-го типа. По словам профессора Вашингтонского университета Кэтрин Таттл, за 40 лет работы нефрологом она никогда не видела, чтобы пациенты так улучшались. На профильной конференции Американского общества нефрологов она представила предварительные данные по семаглутиду (Ozempic): у части пациентов наблюдалось снижение воспаления, уменьшение фиброза и общее улучшение функции почек.
Совокупность этих результатов формирует представление о наступлении новой исследовательской фазы — «золотой эры» терапии заболеваний почек, которыми страдают около 700 млн человек по всему миру.
Профессор Университета Нового Южного Уэльса Владо Перкович подчеркивает:
«Мы впервые можем по-настоящему думать о том, что болезнь почек можно вылечить».
Исторически ограниченный выбор
До последнего десятилетия терапевтические возможности были невелики. Диализ обеспечивал поддержание жизнедеятельности, но был ресурсозатратным и тяжелым для организма: выраженная утомляемость, судороги, дисбаланс электролитов и высокая вероятность инфекций сопровождали большинство пациентов. Пятилетняя выживаемость после перехода на диализ составляла лишь 35%.
«Люди с отказом почек живут примерно четверть от средней продолжительности жизни», — отмечает Перкович.
Трансплантация, будучи более долгосрочным вариантом, требовала длительного ожидания и пожизненного приема иммунодепрессантов. Средний срок функционирования пересаженной почки составлял 12-20 лет.
Новые препараты и неожиданные преимущества
Терапевтический прогресс начался в 2019 году с результатов по ингибиторам SGLT2 — классу диабетических препаратов, показавших выраженную пользу для пациентов с диабетической ХБП. Механизм их нефропротекторного действия изучен не полностью. Исследователь Рейнско-Вестфальского технического университета Ахена Рафаэль Краманн предполагает, что снижение энергетической нагрузки на клетки проксимальных канальцев позволяет им эффективнее адаптироваться и реагировать на повреждения.
Клинические испытания неоднократно прекращались досрочно из-за высокой эффективности: препараты снижали риск почечной недостаточности, инфарктов и инсультов. Со временем стало ясно, что их действие распространяется и на недиабетические формы ХБП. Аналогичная динамика наблюдается при применении агонистов рецептора ГПП-1, включая семаглутид.
В 2024 году исследование III фазы подтвердило, что семаглутид существенно снижает риск терминальной почечной недостаточности и сердечно-сосудистой смертности у пациентов с диабетической ХБП. Испытание остановили раньше срока, поскольку продолжение плацебо-контроля стало неэтичным. Текущий проект REMODEL уточняет молекулярные механизмы действия препарата. По словам Таттл, он «буквально перепрограммирует работу органов».
Ozempic одобрен для лечения диабетической ХБП, а испытания при недиабетической продолжаются. Предварительные результаты позволяют ожидать сопоставимых эффектов. Так, терапия тирзепатидом заметно улучшила состояние Палаcиоса, несмотря на недиабетическую форму заболевания.
Сегодня доступны четыре класса препаратов для терапии диабетической ХБП, и сочетание их механизмов способно снижать риск почечной недостаточности до 58%.
«Вопрос в том, как использовать их в сочетании для каждого конкретного пациента», — подчеркивает профессор Университета Северной Каролины Прабир Рой-Чоудхури.
Расширяющиеся возможности терапии недиабетической ХБП
Наиболее заметные сдвиги наблюдаются в лечении IgA-нефропатии — аутоиммунного заболевания, часто приводящего к почечной недостаточности. За последние годы одобрены три новых препарата, некоторые из которых позволяют достигать ремиссии. Их действие направлено на клетки, запускающие повреждение тканей, что фактически останавливает прогрессирование болезни.
«Мы наконец лечим не следствие, а причину», — отмечает Перкович.
Рывок стал возможен благодаря новой методологии клинических исследований, сократившей сроки и стоимость испытаний.
«Испытания при болезнях почек невероятно дорогие», — объясняет Краманн.
Разработка улучшенного показателя снижения функции почек позволила сократить длительность исследований с десятилетий до нескольких лет.
Сегодня ведутся сотни клинических проектов, включая около 70 активных исследований по IgA-нефропатии. Это формирует основу для долгосрочных ремиссий и, потенциально, полного излечения отдельных форм ХБП.
PS: Ставьте лайк и подписывайтесь на «Ведомости» в Telegram и MAX