-Сейчас он доведёт Аниту окончательно, та разрыдается в голос, гримёрша Валентина доложит, что замазать результат этого «вот прям счас» нереально, но всё равно будет рисовать Аните лицо, костюмеры примчатся с новыми платьями и начнут упаковывать зарёванную актрису в более яркие костюмы… А потом выяснится, что она работать просто не может - как всё предсказуемо!
Он невольно поднял голову зацепился взглядом за двух чёрных воронов, почти неразличимых на фоне ночного неба.
-Летают… прямо завидно! Эх… работа, работа.
Сейчас он играл уже перед собой – сам прекрасно знал, что эту «эх… работу» обожает, но надо же слегка пококетничать – чисто для поддержания себя в тонусе.
-Так… где платья? Несите! Что это? Это что? Рубище? Монашеская ряса? У нас Филипп в главной роли! Как вот эта особа вот в ЭТОЙ одежде может понравиться вон тому типу? – режиссёр ткнул пальцем в сторону Соколовского, который тут же принял самый мужественный вид – за долю секунды успел поймать нужное настроение.
-Нда… - съёмочная группа осмотрела звездищу, а потом машинально смерила взглядом урёванную и блеклую Аниту в странном балахоне, который на неё напялили для пробы.
-Чё-то… не того! – мнение коллектива, выраженное вслух одним из осветителей, окончательно подкосило бедняжку, она всхлипнула, подобрала полы балахона и ринулась прочь – наплакаться вдоволь.
-Стоять! – как на её пути возник партнёр по съемкам, Анита не уловила, зато отчётливо услышала то, что он сказал на ухо: - Сбежишь сейчас – съедят!
-Но я… я не могу!
-Можешь-можешь.
-Сииил нееет! – проскулила несчастная шепотом.
-Нет сил – тогда играй! Ты же актриса, и весьма неплохая! Ну! Раз-два-три… ты пришла в себя, готова к работе, плевать на режиссёра – он вечно глотку дерёт, плевать на всё! Ты – профи и ты работаешь! Покажи им!
Соколовский не стал применять свои таланты – тут человек или сам справляется… Или не справляется, а если так – это просто не его место. Здесь мало таланта, мало умения, мало харизмы – нужны ещё зубы, когти и непроницаемый панцирь, иначе сожрут и не подавятся!
Анита сжала кулаки, по инерции сделала несколько шагов в сторону, а потом решительно вытерла глаза, и развернулась к гримёру Валентине:
-Валя, ты не могла бы мне помочь? И да, вот это, это и это не подходит! – это уже костюмерам, - А вот синее платье я сейчас примерю.
Съёмочная группа воззрилась на актрису, а потом – на Соколовского, но тот уже листал что-то в смартфоне, не обращая никакого внимания на суету вокруг, демонстрируя извечное - скушно, скушно звездище.
-О! Другое ж дело! – одобрил режиссёр обновлённую Аниту. – Теперь вижу героиню, а не снулую рыбу в балахоне! Филипп!
-Я готов.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало пятой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало шестой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в НАВИГАЦИИ ПО КАНАЛУ. ССЫЛКА ТУТ.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
-Камера, мотор, начааали!
-Что он ей сказал такое? – шептались костюмеры, - Прямо ожила.
-Ожила-то ожила, но это ж ненадолго, сейчас её опять топтать будут – режиссёру надо на ком-то срываться – на Соколовском – себе дороже, значит, Анита снова попадет под горячую руку.
-Стооооп! Анита, где веер? Как какой веер? Ты должна веером обма-хи-вать-ся! – режиссёр на каждый слог махал на себя сценарием. – А ты что? Чего ты глазами хлопаешь?
-Вы сами вычеркнули веер! – твёрдо заявила Анита, пусть даже дрожащим голосом. – Вы же только с утра сказали, что веер – это банально, и неинтересно, а потом велели мне взять платок. Вот этот! – она мстительно подсунула под нос мучителю изысканный батистовый платочек, обшитый кружевами.
-Убери эту кружевную тряпку! Ты всё не так поняла! Как всегда все всё не так понимают! Веер! Где веер! Почему на площадке топчется толпа народа, но никто не знает, где веер?
-Вы велели его убрать… - напомнила костюмерша. – Сказали, что эту пошлость вы даже видеть не можете.
-И ты туда же? Почему? Ну почему вокруг меня такие идиёёёты? – c протяжной и выстраданной «ё» выпалил режиссёр, спешно выискивая выход из ситуации: - Веер был пошлостью к тому камуфляжному платью! А к этому он – то, что нужно! Несите немедленно!
Веер был доставлен, вручён Аните, и съёмки покатились дальше – обычный рабочий процесс.
-Смотри на него… да не в сторону смотри, а на Филиппа! И не так, словно ты на диете, а он – торт с кремом! Ты ж почти облизываешься! А надо с придыханием смотреть!
-И как это «смотреть с придыханием»? – огрызнулась уязвлённая сравнением Анита.
-Отойди, счас я тебе покажу, как!
Крамеш и Вран, усевшиеся на ближайшее дерево, чуть с ветки не попадали, когда на руке Соколовского вместо актрисы повис режиссёр и изобразил «взгляд с придыханием», захлопав ресницами.
-Силён Сокол, - прочистив горло, негромко каркнул Крамеш, - Только моррду каменную сделал, а я б этого ррежисерра в рреку забрросил!
-Силён! – согласился Вран, изо всех сил стараясь не раскаркаться на всю округу от смеха. – Ты смотрри, смотрри – половина грруппы в кусты удррала, там рржут!
-Ага, а актррису, кажется, сейчас того… стошнит.
-Кто бы мог подумать, что это такая тррудная рработа! – удивлялся Крамеш, глядя, как Соколовский моментально меняет выражение лица на прописанное в сценарии, подхватывает героиню и мужественно воспринимает её версию «взгляда с придыханием».
-Стоооп! Анита, не смахни Филиппа ресницами! У него аж кудри дыбом встали! Причешите героя! Кто? И кто прилепил такие дурацкие накладные ресницы героине? Что? Это ваши собственные? Безобразие – надо стричь! Повырастили опахала!