Я тебя так ненавижу, что, наверное, верну
Начинаем публикацию 2-й книги про Машу и Николаева
— Будьте мужчиной! — воскликнула Елена Дмитриевна, увидев, что Николаев перестал притвориться спящим.
Андрей Александрович поморщился, но спокойно, хотя и приложив для этого усилие (не драться же с дамой!), ответил.
— Вы устали с дороги. Я попрошу хозяина выделить вам комнату для отдыха. А вот и он, — воскликнул с нескрываемой радостью Николаев, увидев Анатолия Федоровича, все еще вяло махавшего вслед уже давно скрывшейся из вида карете. Оставаться далее один на один в обществе Елены Дмитриевны, стало утомительно и странно.
— Я вас предупредила, — прошептала Елена Дмитриевна. Но Николаеву показалось, что она не сказала, а прошипела эти слова. Он обернулся, чтобы ответить. но никого в карете не обнаружил.
Слова «не советую мне угрожать» так и не были произнесены.
Пока Николаев в лёгком удивлении (на самом деле в шоке) пялился на пустое место, где секунду назад сидела Елена Дмитриевна Рогинская, Маша тоже пялилась — в окно, стараясь угадать, куда неизвестный везёт злополучного Алексея.
Пока они петляли по центру старой Москвы, она еще ориентировалась, тем более что некоторые дома умудрились дожить до двадцать первого века. Однако стоило им покинуть пределы Садового кольца, как Маша совершенно потерялась. А, учитывая, что на улице стремительно темнело, то ничего, кроме кое-где встречающихся огородов и довольно продолжительных зеленых участков разглядеть не могла. Оставалось надеяться, что извозчик, невзирая на свое веселенькое состояние, все же не упустит карету с похитителями из виду.
И Маше повезло. Ни наступающий темный осенний вечер, слабо освещаемый уличными фонарями, ни превратности дорог, ни активное в этот час движение, не ослабили профессиональную хватку пьяного извозчика. Едва они покинули пределы Тверской он уже догадался, куда загадочная карета держит путь.
— Сударыня, — не оборачиваясь, чтобы вновь не попасть в неприятную ситуацию с другим каким-нибудь зазевавшимся коллегой. — А вы уверены, что так уж так сильно хотите догнать господ в той карете?
Маша напряглась и наклонилась вперёд. Ничего хорошего его тон не сулил. Только очередные неприятности. Впрочем, ей не привыкать.
— А что такое? Что происходит? Давайте, расстраивайте меня.
Расстраивать суровую барышню извозчик не хотел. Но, когда они прибудут на место, есть основания полагать, что она сама, по собственной воле расстроится куда больше.
— Просто сдается мне, сударыня, что друг ваш едет в Марьину рощу, на божедомку.
— Куда? — не поняла Маша, хотя догадалась, конечно, что куда-то в очень нехорошее место.
— На божедомку — старое кладбище. Там всяких самоубивцев и бродяг хоронят. Дурное место, — покачал он головой, сворачивая в очередной переулок и все более убеждаясь, что едут они именно туда, куда он сказал. — Так, что? Продолжаем преследование или уже другой адрес назвать изволите?
Нельзя сказать, чтобы перспектива оказаться лицом к лицу с неизвестными, похитившими Алешку, в антураже старого кладбища для самоубийц сильно прельщала Машу. Да выхода нет. Нужен ей этот мерзавец живой и здоровый. Ну, ладно, пусть хотя бы просто живой.
— Не изволю. Едем дальше, — твердо сказала она, одновременно думая, помогут ли ей два месяца занятий по женской самообороне, которые она в свое время так легкомысленно бросила. Впрочем, главное, что хотел донести до нее тренер, она усвоила (как будто без него не знала!) — чтобы не произошло, бей «туда». Ну — «туда».
Извозчик натянул поводья.
— Приехали? — глухо спросила Маша, которой все-таки было страшно.
— Он чуть далече остановился, — отозвался извозчик. И серьезно добавил. — Мы же не хотим, чтобы нас заметили?
Лишний раз поздравив себя с правильным выбором таксиста, Маша, как можно тише спрыгнула вниз.
— Что? — удивился извозчик, — так и пойдете?
— Так и пойду, — кивнула Маша. — А вы меня тут ждите, — приказала она. — Заплачу, когда выберемся отсюда. — «если выберемся», добавила она про себя.
Продолжение
Я тебя так ненавижу, что, наверное, влюблюсь - 1-я часть
Телеграм "С укропом на зубах"