Когда Led Zeppelin, титаны тяжелого рока, выпустили свой третий альбом, они поставили своих поклонников в тупик. Вторая сторона пластинки состояла исключительно из акустических, фолковых композиций. Это был смелый шаг, но реакция оказалась неоднозначной. Критики и часть аудитории были сбиты с толку: где же громоподобные риффы и оглушительные барабаны? В ответ группа приняла решение не гастролировать в поддержку альбома и немедленно приступить к созданию следующего. Но они не собирались отказываться от своей любви к акустике. Вместо этого они создали шедевр, где мощь и нежность не конфликтовали, а дополняли друг друга. И жемчужиной этого акустического направления стала «Going To California» — песня, чья безмятежная красота скрывает историю о землетрясениях, творческом поиске и почти благоговейном восхищении другой музыкальной иконой.
Возвращение к истокам: Сессии в Хедли-Грейндж
Для работы над своим четвертым, безымянным альбомом, Led Zeppelin вернулись в проверенные места. Сначала — в уединенный коттедж Брон-Эр-Айр в Уэльсе для написания материала, а затем — в старинный особняк Хедли-Грейндж, где они записывались с помощью мобильной студии The Rolling Stones. Пасторальная, неформальная обстановка этих мест неизбежно вдохновляла на создание акустической музыки.
Как вспоминал Джимми Пейдж, в Хедли-Грейндж не было никаких развлечений, «ни бильярдного стола, ничего подобного». Это способствовало дисциплине и полному погружению в работу. Именно в этой творческой изоляции, по словам Пейджа, и родились такие акустические шедевры, как «The Battle of Evermore» и «Going To California».
В отличие от Led Zeppelin III, на новом альбоме группа решила не разделять материал на «электрический» и «акустический». Вместо этого они создали сбалансированное полотно, где хард-роковые риффы соседствовали с фолк-балладами, а эпические грувы — с влияниями восточной музыки. Даже их величайший хит, «Stairway To Heaven», начинается как нежная акустическая пьеса, постепенно наращивая мощь. Это был манифест группы: для них все эти стили были частью единого целого.
«Going To California» стала самой чистой и бескомпромиссной акустической композицией на альбоме. В ней нет ни одного электрического инструмента, ни капли драматизма или взрывных моментов. В ней даже нет ударных — Джон Бонэм, как и в «The Battle of Evermore», в записи не участвовал.
От землетрясений к любви: Трансформация текста
Музыка родилась первой. Джимми Пейдж наигрывал мелодию поздно вечером, а на следующий день они записали ее прямо на траве возле особняка. Музыкальная ткань песни сложна и изящна: Пейдж использовал две гитары (6- и 12-струнную) в альтернативном строе (Double Drop D), а мультиинструменталист Джон Пол Джонс добавил волшебные переливы мандолины.
Изначально песня называлась «Guide To California» («Гид по Калифорнии») и была посвящена... калифорнийским землетрясениям. Этот страх был вполне реальным. Образ «дрожащих гор и каньонов» остался в финальном тексте, но теперь он, скорее всего, отсылал к творческой коммуне в Лорел-Каньоне — музыкальной Мекке того времени, расположенной в сейсмически опасной зоне.
Но по мере работы над песней ее лирическая концепция кардинально изменилась. Источником вдохновения для Роберта Планта и Джимми Пейджа стала канадская певица и автор песен Джони Митчелл, одна из ключевых фигур сцены Лорел-Каньона.
Джимми Пейдж (в интервью Rolling Stone, 1975): «Именно эту музыку я слушаю дома постоянно — Джони Митчелл. Главное в Джони — это ее способность посмотреть на то, что с ней произошло, отстраниться, выкристаллизовать всю ситуацию, а затем написать об этом. Она доводит меня до слез. Что еще я могу сказать? Это чертовски жутко».
Оба автора были очарованы ее творчеством, в частности ее песней «California», где Митчелл, путешествуя по Европе, мечтает о возвращении домой. «Going To California» стала своего рода ответом на эту песню. Лирический герой Планта, бежит в Калифорнию, чтобы начать новую жизнь. Он оставляет «злую женщину» в поисках идеала — девушки, похожей на Джони, с «любовью в глазах и цветами в волосах», которая «играет на гитаре, плачет и поет».
Последняя строчка — это прямая отсылка к песне Митчелл «I Had A King» с ее дебютного альбома. В финальном куплете Плант поет: «Найти королеву без короля. Говорят, она играет на гитаре, плачет и поет».
Роберт Плант (в интервью Spin): «Эта песня — размышление о первых годах группы, когда мне было всего 20, и я пытался найти себя посреди всего этого безумия Калифорнии, группы и групи. Лирически она может показаться немного неловкой, но она подводила итог периоду моей жизни, когда мне было 22».
Космическая связь и страх Пейджа
Забавно, но тема землетрясений вернулась, чтобы преследовать группу. 9 февраля 1971 года, когда Джимми Пейдж, звукоинженер Энди Джонс и менеджер Питер Грант прилетели в Лос-Анджелес для сведения альбома, они попали в эпицентр афтершоков от сильного землетрясения в долине Сан-Фернандо.
Джимми Пейдж (в интервью Classic Rock): «Я помню, как лежал в кровати, а ее трясло вверх-вниз. Я тут же вспомнил "Going To California", где Роберт поет "горы и каньоны начинают дрожать и трястись", и единственное, о чем я мог думать, было: "Черт побери, я не буду рисковать — я сведу эту песню последней". Что я и сделал!»
Пейдж, всегда веривший в космические связи, был настолько напуган этим совпадением, что отложил работу над песней до самого конца, опасаясь, что она может каким-то образом вызвать новые толчки.
Наследие и признание
Четвертый альбом Led Zeppelin вышел 8 ноября 1971 года и мгновенно стал классикой. Каждая песня на нем считается шедевром, а сама пластинка — одной из самых продаваемых в истории. Критики, прохладно встретившие третий альбом, на этот раз были в восторге.
Led Zeppelin часто исполняли «Going To California» на концертах в рамках своих акустических сетов. Иногда, после строчки «She plays guitar and cries and sings», Плант добавлял одно слово: «Joni».
Джони Митчелл знала о восхищении со стороны Led Zeppelin, но признавалась, что это ее смущало.
Джони Митчечелл (в интервью 2005 года): «Другие артисты переходили на другую сторону улицы, когда я шла мимо. Сначала я думала, что это из-за элитизма, но позже узнала, что они были напуганы мной. Особенно это касалось "белых гетеросексуальных мужчин". Led Zeppelin были очень смелыми и открыто говорили о своей любви к моей музыке, но другие не решались в этом признаться».
Пейдж, размышляя о творческом гении группы, достигшем пика на четвертом альбоме, скромно заметил в том же интервью Rolling Stone: «Не думаю, что многие на это способны. Может быть, один человек: Джони Митчелл».
Так, песня, начавшаяся как размышление о стихийном бедствии, превратилась в нежную, трогательную и вечную дань уважения одного гения другому, став одним из самых красивых и искренних моментов в каталоге величайшей рок-группы мира.