Во многих так называемых капиталистических странах имеется множество признаков социализма. И это не плохо для них. Во многих социалистических странах имеется множество элементов капитализма, и это для них тоже не плохо.
Плохо, когда элементы капитализма появляются там, где им быть не следует, и плохо, когда элементы социализма появляются там, где они наиболее вредны.
В Китае допустили, что работник, работающий на государственной службе, может иметь свой маленький бизнес в свободное от работы время. И этот бизнес не должен строиться на эксплуатации. Если в стране нет безработицы, тогда трудно уговорить человека работать в неприемлемых условиях, то есть для эксплуатации нет условий.
А вот если в стране безработица, если условия для работников на государственной службе неприемлемые, тогда уже само государство является эксплуататором, тогда это надо назвать «госкапитализм», и в этом нет ничего хорошего.
Все полюбят монаха, если он не принимает жестоких законов и если в стране высокий уровень жизни. Даже если это достигается эксплуатацией других государств. Это надо учитывать.
И никому не понравится даже социализм, если все ощущают, что их уровень жизни намного ниже, чем мог бы быть, сравнивая его с уровнем жизни в других странах. Даже в том случае, если этот высокий уровень жизни достигается варварскими действиями по отношению к колониям, то есть зависимым странам. Ведь никто не станет задумываться над источником благосостояния самого себя! Каждый воспринимает собственное благосостояние как, во-первых, заслуженное, во-вторых, недостаточное! И никто не считает, что живёт лучше, чем заслуживает! Таких людей в мире было два – Христос и Иов. Но, кажется, оба – лица мифические.
Так что мифы о том, что какой-то строй лучше, а какой-то явно хуже, чаще всего основаны на других более глубоких мифах. Есть примеры великолепной жизни народа при капитализме, есть примеры великолепной жизни народа при социализме, и все эти примеры существуют лишь благодаря тому, что и там, и тут, нет предельного понимания и полной реализации лишь одной из этих двух противоположных идей, а есть совмещение.
Плохо жить в пустыне, и не сладко в болоте. Желательно, чтобы была вода, но чтобы была не только одна лишь вода. Плохо жить в изнуряющей жаре, и не сладко жить в невозможном холоде. Лучше где-то посередине. Так во всём.
Капитализм, если он будет тотальным – это гибель для всех, и, следовательно, в итоге гибель и для капиталистов тоже. Кризисы в США это доказали. Пришлось им вводить элементы социализма – прежде всего, влияние профсоюза и пособие по безработице.
Социализм, когда он тотальный, ничуть не лучше. Можешь упираться на работе в три смены, можешь приходить на работу и отбывать время, в первом случае ты получишь на 10-15% больше, во втором случае, скорее всего, просто не получишь премию. Но бесплатное обучение для тебя и членов твоей семьи, медицинское обслуживание и многое другое всё равно останется. То есть будет как в анекдоте: «Начальник заставляет работать за четверых! Хорошо, что нас семеро!»
Ну и, наконец, Карл Маркс.
Он открыл закон прибавочной стоимости. Но он подобен Кассандре. Нельзя предсказать правильно события, потому что предсказания тоже влияют на то, что вызовет или не вызовет эти события. Если Кассандре поверят, тогда её предсказание не сбудется, и, следовательно, она утратит доверие. Если ей не поверят, то её предсказание сбудется, но само это правильное предсказание теряет смысл, ведь она никого не предостерегла. Тут имеет смысл только предсказывать то, что неизбежно вне зависимости от действий людей. То есть предсказать: «Не ходи туда, тебя там убьют» – бессмысленно. А вот предсказание: «Накройте сено, будет дождь» или «Покиньте район, здесь будет землетрясение» – имеет смысл, так как действия людей не могут отменить тот факт, который предсказан.
Карл Маркс предсказал крушение капитализма по той причине, что капиталисты гонятся за прибылью настолько рьяно, что не жалеют своих работников, загоняют их во всё более и более невыгодные условия жизни, доводя их до неприемлемых.
Но капиталисты тоже читают «Капитал», и они не хотят революций. Поэтому они разрешили профсоюзы, придумали пособия по безработице, чтобы не было слишком уж много пролетариев.
Понятие пролетариев кануло в лету, и с ним исчезла вероятность пролетарской революции.
Маркс открыл закон равной прибавочной стоимости. То есть если какая-то отрасль очень выгодна, туда перетекает капитал, и, следовательно, в ней возникает избыток капитала, и отрасль перестаёт быть рекордно выгодной. Если какая-то отрасль невыгода, тогда оттуда оттекает капитал, следовательно, товаров этой отрасли становиться всё меньше, в них возникает дефицит, и те, кто в этой отрасли остались, получают за счёт этого большую прибыль, так что их убытки покрываются. Вот такой закон равенства прибавочной стоимости.
Как только Маркс открыл этот закон, он перестал действовать. И даже раньше. Ведь Маркс изучал экономические труды прошлых лет! А пока он изучал историческую экономику, она не стояла на месте. Возникли монополии. А в монополиях другие экономические условия. Приток чужеродного капитала туда закрыт, следовательно, монополии могут получать сверхприбыли! А Маркс со своей теорией может нервно курить в сторонке.
Как только создали и протащили в основных странах антимонопольные законы, тут же подняли голову военные монополии. То есть в отношении оборонных или точнее военных предприятий антимонопольные законы не действуют. Так что военные предприятия могут и должны, и всегда будут получать сверхприбыли, и плевали они на теорию Маркса с высокой башни, то есть со статуи Свободы и с Эйфелевой башни тоже.
А возможности получать сверхприбыли не могли не заинтересовать власть. И вот уже члены семей администрации капиталистических стран, или их любовницы, или кто-то ещё, кто особо дорог им, участвуют в оборонных заказах. При Николае Втором в царской России любовница двух великих князей Романовых, балерина Кшесинская, получала дивиденды с военных заводов. Почему вы думаете, что сейчас в каких-то странах это вдруг перестало работать?
Таким вот образом война стала самым выгодным бизнесом. Но лишь до некоторых пределов. За этими пределами она становится разорительной. Так что Дональд Фредович попросту понял, что пора менять тактику. А Владимир Александрович пока ещё не понял. Да ему никто и не позволить менять тактику. Для другой тактики на этом земельном участке будет использован другой человечек. Лопатой копают, молотком бьют. Никто не будет копать молотком или забивать гвозди лопатой, хотя немножко, конечно, можно. Но несподручно. Так что для мирного процесса Владимир Александрович не нужен. И поэтому Дональд Фредович им не дорожит. Как сказал Штирлиц: «Смысл? Отработанный материал… Я бы на всякий случай подержал бы». Типа откормите его и подлечите, вдруг да пригодится. Но не очень-то выпячивайте.
Итак, Карл Маркс. Надо быть недалёким, чтобы считать Карла Маркса глупым. Маркс глупым не был. Другое дело – в чём-то он опередил своё время, в чём-то опоздал со своими анализами. А если он что-то взял у других авторов, так ведь и молодец! Если ты согласен с чем-то, почему надо от этого отказываться? Вы мне ещё скажите, что мы не должны пользоваться теоремой Пифагора потому, что ведь не мы её придумали! Конечно, взял! И правильно! Ведь он не защищал диссертацию на чужих материалах, выдавая их за свои? Нет? А тогда что вас смущает? Лучше получить хорошую теорию, которая опирается на чьи-то труды, чем абсурдную теорию, но зато полностью оригинальную! Так что вы уж определитесь, что именно вам в учении Маркса не нравится – то, что он не оригинален, или то, что он не прав? А если поскрести большинство оппонентов Маркса, то им чаще всего не нравится его национальность, а также то, что он якобы является дальним родственником одного богатого семейства. Третья вода на киселе. Так ведь это богатое семейство потому и было богатым, что оно с дальними родственниками, такими, как Маркс, своими капиталами не делилось! И не намеревалось делиться! Давайте отличать два понятия – был богатым, или знал о существовании у него очень богатых, но ещё более очень дальних родственников. Это далеко не одно и то же. А они-то о нём знали? Они-то ему помогали? Вот то-то!
Ну и совет, как всегда. В отличие от Михалкова я напоследок не предлагаю вам выпить, а предлагаю всегда думать и иметь своё собственное мнение. Даже если оно не будет совпадать с моим. И даже именно в этом случае! Лучше ошибаться самостоятельно, чем идти на поводу с тем, кого не понял. А я вовсе не уверен, что много найдётся тех, кто меня понял. Один-два для меня достаточно.
Всех благ!
Также полный текст тут