Глава ✓ 271
Начало
Продолжение
Мэри Беннет впала в сплин.
Горничная девка Парашка, к ней приставленная заботливой хозяйской, сходительно называла задумчивое её состояние в кругу товарок - кручиною, а при господах - фанабериями, за что от Марьи Николаевны получила выволочку и предложение прогуляться до конюшни, понаблюдать, как лечат розгами излишние языкастых. Хотя, положа руку на сердце, грех Марии Ивановне, как величали мисс Мэри в доме Волконских, было жаловаться - недурственное содержание, отличное питание, занимательный досуг, множество увлекательных и поучительных книг для чтения, приятное общество и необременительные обязанности.
- Мисс Мэри, отчего вы так печальны в этом милым посторальном уголке? - однажды на прогулке всё же поинтересовалась Марья Николаевна, подозревая, как закоренелая старая дева, в первопричинах грусти разбитое сердце и томление плоти.
- Ах, милая Мария Николаевна, здесь слишком многое напоминает мне отчий дом, родную усадьбу. Летом в Лонгборне столь же привольно, так же лес темнеет за горизонтом, так же пахари на полях трудятся и птицы кружат в небе. Только церковь у нас иная: высокая, каменная, снаружи неприступная, а внутри - величавость, и покой, и свет играет в витражах, и скамьи кажутся облитыми стеклом.
- Мне всегда казалось неким кощунством сидеть перед Господом. У нас службы в храме долгие, неспешные, но ведь это столь маленький подвиг - стоять перед Отцом небесным.
- Не сочтите за богохульство, княжна, но не всё ли равно Создателю, стоим мы перед ним или сидим? Главное - не в ногах, а в сердце, в душе. - Мэри увлекла хозяйку к берегу пруда, вокруг которого прихотливо извивалась тропинка, - Вы наверняка знаете, что вчера пришло письмо от госпожи Лариной. Она велела Вам кланяться и представила несколько эскизов к осеннему визиту в столицу, но предупредила, что в Санкт-Петербурге ходят слухи о зимнем пребывании царской фамилии в Москве. Знатные семейства весьма сим обстоятельством озабочены, не у всех есть на Москве приличное жильё.
- Спасибо, Мария Ивановна, - княжна задумчиво рассматривала варианты ожерелий и серег, а как вам кажется, какое из представленных украшений более сдержанное?
Вы понимаете, что лет мне уже даже не 25 и старой деве моих лет, не блистающей красотой, стоит быть более умеренной в украшении себя.
Мне кажется, эти жемчуга слишком изысканны для меня.
- Ах, стоит посмотреть на великосветских дам - так они все, как одна - в скромнейших украшеньях, особенно в этом старается Екатерина Ильинична Голенищева-Кутузова, светлейшая княгиня Смоленская.
- Мне писали, что она одевается, как юная девица и сорит деньгами, а когда она этой весной во время поездки в деревню проезжала через Тарусу, ей был оказан воистину царский приём: в церквях звонили в колокола, духовенство в полном облачении выходило на паперть, народ выпряг лошадей из повозки и на себе вёз её карету. Всё это дань памяти её величайшему супругу.
- Мария Николаевна, когда дама уделяет должное внимание своему стилю, стати, украшению - это нормально, а когда старуха молодится - то становится смешной. Голубушка, не буду лгать - вы не красавица, но сколько в вас очарования, света, живости! - она сжала трепещущие руки хозяйки, по щекам которой медленно ползли слезинки. - Поверьте, в общении с вами каждый забывает о вашей некрасоте. И мужчины, и женщины бывают очарованы вашими речами, знаниями, талантами, обаянием, чуткостью, внутренним загадочным светом. Вы посчитаете меня дерзкой, но мне кажется, что ваш батюшка слишком много уделяет внешней красоте, забывая об очаровании внутреннем. Вы не замечаете, сколь разительно изменились со времени приезда в имение. Взгляните, - и она обвела рукой прекрасный вид. - этот пруд мил и очарователен, но стоит перестать его чистить и он через пару лет превратится в болото.
- Удивительно, но в разговорах с вами я забываю о собственной ностальгии и тоске по родным. - Она сама незаметно стряхнула набежавшую слезинку и задорно улыбнулась, - так всё же, какое из этих двух очаровательных ожерелий вы выберете?
- Оба!
Звонкий девичий хохот отразился от глади пруда и затерялся среди скланённых к воде ивовых ветвей.