Пока тянулся сентябрь, я никак не могла забыть эту историю. Вот буквально вчера сижу, чай пью, а в голове всё крутится и крутится... Решила поделиться. Она, знаете, из тех, что доказывают — даже в самых странных местах можно найти своё счастье.
Когда Антон увидел на обочине сбитую собаку, что-то внутри ёкнуло. Прямо так и перевернулось. Он вообще собак любил безумно. У него дома Крош жил — дворняга смешная, когда-то прямо с улицы подобрал. Душа-пёс, а не собака.
Он остановил машину, подошёл — думал, может, ещё можно помочь. Нет. Собака уже не дышала. Большая такая, дворняжка с белыми пятнами. И тут вдруг — представляете? — из кустов выскочил маленький белый комочек. Щенок! Белый, как первый снег. Дрожит весь, скулит, но от человека шарахается.
— Эй, малыш, иди сюда, — Антон протянул руку, но щенок отпрыгнул и юркнул в кусты. — Куда ж ты? Пропадёшь ведь...
Пытался поймать — куда там! Мелькнул белым хвостиком и исчез в подлеске. Антон постоял, повздыхал. Что делать? Не будешь же по лесу гоняться. Вокруг дорога, машины, осень уже — пропадёт ведь малыш без мамки.
Собаку он всё-таки оттащил с дороги, прикрыл какими-то ветками. Ну, знаете... не мог просто так оставить. Руки потом долго тряслись. В машине салфетками вытирал, а сам всё думал про этого щенка. Мысли тяжёлые такие, комом.
Домик его стоял километрах в двух от дороги — сторожка фактически. При кладбище. Да, Антон — владелец кладбища. Элитного, между прочим! Кто бы мог подумать, что он, бывший инженер, в тридцать пять лет окажется хозяином такого... хм... бизнеса.
А началось всё с наследства от дяди. Ох и странный был человек — всю жизнь одинокий, нелюдимый, а тут раз — и оставил племяннику участок земли с документами на открытие частного кладбища. Сначала Антон хотел отказаться — мурашки по коже от такого "подарка". Но время было тяжёлое, с завода только уволился, перспектив — ноль. Подумал-подумал и решил попробовать.
Три года пролетели как один день. Кладбище стало элитным, народ потянулся, деньги появились. Антон нанял работников, обустроил территорию. Работа спокойная, хоть и... специфическая. Но в последнее время что-то надломилось внутри. Какая-то пустота появилась. Работники, конечно, своё дело знали, но... Как бы это объяснить... Не хватало человеческого участия, что ли.
В тот день, когда нашёл собаку, Антон уволил последнего из работников. Парень пьяный пришёл на смену — ну куда это годится? Место-то такое... к усопшим с уважением надо. В общем, остался Антон один. Сам могилки обхаживал, сам за порядком следил.
И тут в его жизни появилась она. Аня. Помню, Антон рассказывал, как она пришла — стояла у ворот бледная, с рюкзаком за спиной. Измученная такая, но глаза — живые.
— Вы владелец кладбища? — спросила и голос дрогнул. Видно было — еле на ногах держится.
Антон кивнул, пригляделся — женщине лет тридцать, может, чуть больше. Худая очень. И явно напугана чем-то.
— Мне сказали, вам работник нужен, — выдохнула она. — Я могу. Что угодно делать буду. Только возьмите.
Что-то в ней было такое... отчаянное. Как у загнанного зверька.
— Откуда вы? — спросил Антон. — Может, вы человека убили и теперь скрываетесь?
Он потом себя корил за эту дурацкую шутку. Но она неожиданно горько усмехнулась.
— Нет, лучше бы убила, мир бы чище стал. К сожалению, я просто... — она запнулась, будто подбирая слова. — Я сбежала от мужа. От мужа-тирана. У меня есть документы, если нужно.
Руки у неё дрожали, когда она полезла в рюкзак. Антон остановил:
— Не надо. Давайте сначала в дом зайдём. Вы еле на ногах стоите.
Чай с мёдом и бутерброды — вот чем он её встретил. Она сначала стеснялась, ковыряла хлеб, а потом вдруг как-то разом всё съела. И начала рассказывать. Вот тут-то всё и выяснилось.
Муж Ани оказался настоящим психопатом. Сначала всё было нормально — ухаживал, дарил цветы. А после свадьбы будто подменили человека. Контролировал каждый шаг, проверял телефон, не давал видеться с родными. А потом начал бить. За любую мелочь.
— Знаете, что самое страшное? — говорила Аня, держа чашку обеими руками. — Не сами побои даже, а то, что он потом плакал, просил прощения. И я... прощала. Снова и снова. Дура, да?
Антон тогда не знал, что ответить. Он никогда не сталкивался с таким. В его семье всё было по-другому.
— Но потом он сломал мне ребро, — тихо сказала Аня. — И я поняла — следующий раз может быть последним. Дождалась, пока уснёт, собрала вещи и... вот. Третий месяц бегаю. Уже в четвёртом городе. Он меня ищет.
Вот так Аня и осталась у Антона. Сначала он боялся, если честно. Вдруг этот муж-псих заявится? Но потом подумал — кладбище не самое очевидное место, чтобы искать беглую жену. Да и сторожка его в стороне, в лесочке.
Постепенно жизнь наладилась. Аня оказалась удивительной работницей — аккуратной, внимательной. Она приводила в порядок могилы, высаживала цветы, говорила с родственниками приходящими — тихо так, сочувственно. Антон занимался более тяжёлой работой — убирал упавшие ветки, копал, когда надо было.
А вечерами они пили чай. Вот эти чаепития... Они как-то незаметно стали ритуалом. Аня рассказывала о своём детстве в маленьком городке, о том, как мечтала стать художницей. Антон — о своих путешествиях, о том, как чуть не женился в двадцать пять, но невеста сбежала прямо из загса.
— Представляешь, стою я такой в костюме, с букетом, а её всё нет и нет. Потом звонок — она в аэропорту, улетает к какому-то французу, — рассказывал Антон, и они оба смеялись.
Смех — он ведь лечит, правда? Эти вечера что-то исцеляли в обоих.
Но недели через три что-то изменилось. Аня стала какой-то... скрытной. Отказывалась от чаепитий, говорила, что голова болит. А однажды Антон заметил, как она несёт что-то в свою комнату, прикрывая курткой.
И тут его накрыло. А вдруг она не одна? Вдруг прячет кого-то? Может, завела роман с кем-то из посетителей кладбища? Мысли крутились в голове, не давали спать. Он даже стал следить — нет ли рядом с домом чужих машин.
Три дня Антон ходил мрачнее тучи. А потом не выдержал. Постучал к ней в комнату вечером.
— Аня, можно поговорить?
Она вышла — какая-то встревоженная, глаза бегают.
— Давай говорить как взрослые люди, — начал он, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Ты же видишь, что ты мне нравишься! Не могла бы ты не приглашать к себе молодых людей, а сама к ним не ходить?
Лицо Ани вытянулось от изумления:
— Молодых? Кого? О чём ты вообще?
— Ну кого ты там от меня прячешь? — продолжил он, понимая, что звучит как ревнивый муж. — Я же вижу, что ты что-то скрываешь. Еду таскаешь в комнату, шепчешься там с кем-то...
И тут Аня... рассмеялась. Впервые за всё время он видел, как она смеётся — по-настоящему, до слёз.
— Ой, Антон... Прости меня, пожалуйста. Я просто боялась, что ты будешь недоволен.
Она открыла дверь своей комнаты, и оттуда выскочил... белый щенок! Тот самый, с дороги! Кругленький, пушистый, он с визгом бросился к ним, прыгая и виляя хвостом.
— Я его нашла неделю назад, — сказала Аня, присаживаясь и гладя щенка. — Он прибежал сюда, на кладбище. Такой голодный был, грязный. Я его отмыла, кормила. Хотела сначала тебе сказать, но... боялась, что ты против.
Антон не мог поверить своим глазам. Тот самый щенок! Живой, здоровый, счастливый.
— Я уж думал, ты пропал совсем, малыш, — прошептал он, опускаясь на корточки.
Щенок тут же подбежал, лизнул руку, будто говоря: "А вот и я! Не пропал!"
В тот вечер они просидели до глубокой ночи. Пили чай, смеялись, играли со щенком. Аня назвала его Снежком — за белоснежную шерсть. И что-то изменилось между ними. Какая-то стена рухнула.
— Знаешь, — сказал Антон, глядя, как Снежок засыпает на коленях у Ани, — я ведь видел его маму. Она... погибла на дороге. Я хотел поймать щенка, но он убежал.
Аня кивнула, в глазах блеснули слёзы:
— Бедный малыш. Он, наверное, бежал, искал помощь... и нашёл нас.
"Нас" — это слово прозвучало так естественно, так... правильно.
Но счастье их длилось недолго. Через месяц в дверь постучали. Громко, требовательно. Аня застыла, лицо побелело.
— Это он, — прошептала она. — Он нашёл меня.
Снежок, почувствовав тревогу, залаял, бросился к двери.
Антон никогда не считал себя храбрецом. Но в тот момент что-то в нём переключилось. Он открыл дверь и увидел его — крупного мужчину с красным лицом. От него несло перегаром.
— Где моя жена?! — рявкнул он, пытаясь заглянуть внутрь.
Снежок рычал, припав на передние лапы. Маленький, но готовый защищать.
— Здесь нет вашей жены, — спокойно ответил Антон. — Уходите.
— Не ври мне! Я знаю, она здесь! — мужчина попытался оттолкнуть Антона, но тот удержал дверь.
— Послушайте, — сказал Антон тихо, но твёрдо. — Вы находитесь на частной территории. Я владелец этого кладбища. Здесь повсюду камеры. Если вы сейчас не уйдёте, я вызову полицию.
Вранье, конечно. Какие камеры на кладбище? Но блеф сработал. Муж Ани замешкался.
— Кладбище? Ты что, могильщик? — он хмыкнул, оглядывая Антона с ног до головы. — И она с могильщиком связалась?
— Я владелец, — повторил Антон. — И я серьёзно насчёт полиции. У нас тут участковый свой, приезжает за пять минут.
Что-то в его голосе, видимо, убедило незваного гостя. Тот сплюнул, погрозил пальцем:
— Передай этой шлюхе — я ещё вернусь!
И ушёл, пошатываясь, к старой "девятке", припаркованной у ворот.
Когда Антон вернулся в дом, Аня сидела на полу, обхватив колени руками. Рядом крутился встревоженный Снежок, пытаясь лизнуть её в лицо.
— Он вернётся, — прошептала она. — Он всегда возвращается.
Антон опустился рядом, осторожно обнял за плечи:
— Не вернётся. Я не позволю.
В ту ночь они долго говорили. О страхе, о будущем, о том, что делать дальше. Решение пришло под утро.
— Уедем, — сказал Антон. — Я продам кладбище. У меня есть деньги. Купим дом где-нибудь далеко отсюда. Начнём всё заново.
Аня смотрела недоверчиво:
— Ты... ты уверен? А как же твой бизнес? Всё, что ты создал?
Антон посмотрел в окно, на рассвет над кладбищенскими оградами:
— Знаешь, я недавно понял одну важную вещь. Всё это — камни, оградки, памятники — оно не имеет значения. Важны только живые. Ты, я, даже этот маленький разбойник, — он кивнул на Снежка, который наконец уснул, свернувшись калачиком между ними.
Через месяц они уже были далеко. Маленький домик на окраине приморского городка, сад, море в десяти минутах ходьбы. И Снежок, который вырос в красивого белого пса — умного, весёлого, преданного.
Иногда по ночам Аня всё ещё просыпается в холодном поту. Ей снится, что муж нашёл её. Но рядом всегда Антон — тёплый, надёжный. И Снежок, который спит у кровати и при малейшем шорохе поднимает голову — настороженно, готовый защищать.
Вот такая история. Знаете, я иногда думаю: как странно всё складывается в жизни. Если бы не та сбитая собака, если бы не щенок... Может, никогда бы они и не нашли друг друга. А теперь у них семья, настоящая. И не важно, что началось всё на кладбище. Главное — они живые и счастливые.
А я вот что подумала. Может, эта собака, мать Снежка... Может, она специально привела щенка туда, к дороге? Будто знала, что именно там он встретит людей, которые спасут его. И которых, в каком-то смысле, спасёт он сам.
Кто знает, кто знает...
*****
Каждое ваше внимание для меня — как беседа на кухне за чашкой чая ☕️
Если вам уютно здесь — подпишитесь, я буду ждать вас снова 🙏
📚 А ещё загляните в мои другие истории… там и смех, и слёзы, и всё то, из чего состоит жизнь: