Никогда не иди назад. Возвращаться нет уже смысла.
Даже если там те же глаза, в которых тонули мысли.
Даже если тянет туда, где всё ещё было так мило,
Не иди ты туда никогда, забудь навсегда, что было.
Омар Хаям
Метрах в ста от могил Алексеева и Карамышевой были захоронены жёны Брагина и Фалюка. А чуть дальше муж Тони Толик Грушин, кореш Жорика.
- Вот, Санёк, здесь наши с Сеней Валюшки подружки лежат. Рано оставили нас. Помнишь, поварих из мегионовской столовки?
- Конечно помню, они нам всегда подкладывали чего повкуснее…
- Давайте помянем всех, а то когда ты ещё здесь будешь. К другим уже не пойдём. Тут, Саня, многие лежат. И наша братва и ваши, из солдат.
Брагин достал бутылку и пластиковые стаканы, разлил. Выпили молча. Каждый думал о своём и о том далёком времени, когда судьба сначала соединила их всех вместе на этом клочке земли под названием Каргасок, а затем разбросала по жизни в разные стороны, превратила в прах самых близких.
На следующий день Фалюк на старенькой «четвёрке» повёз Царёва осматривать райцентр. Побывали в Нефтегородке, на «Пристани» - речном вокзале, в здании которого еще с 90-х размещался рынок. Подоспели вовремя: старинное, самое красивое здание села сносили.
- Не жалко? – спросил Царёв хмурых мужиков.
- А, надоело жалеть, - Брагин махнул рукой, - Делается всё через задницу, всем пофиг. Коммерсы и чинуши оборзели. Хапают - не подавятся. Недавно дом культуры снесли, земля там дорогая. На Пристань раньше люди весной, когда Обь вскрывалась, как на праздник ходили первый пароход встречать, а теперь тока катера ходят и то только до Стрежевого.
Мегион производил грустное впечатление. Бывшие восьмиквартирники перекосило, крыши дырявые, многие окна без стёкол.
- Тут что, никто сейчас не живёт?
- Да живут какие-то бичи, молодёжь тусуется, наркоманят.
Осмотрел профессор популярную «Алёнушку», хлебозавод, универмаг, съездили и в Павлово. Правда, там от их объекта уже никакого следа не осталось, как и от кирпичного завода. Вечером снова собрались у Тони. Царёв поведал о своём житье-бытье в столице. Быстро захмелевший Брагин цокал языком, щёлкал пальцами, удивлялся, громко восклицал:
- Ну, ты Санёк, молодца, сделал карьеру, мир объехал, с большими людьми встречался. А мы тут всю жизнь ковыряемся. Я по сантехнике, Тоня у плиты в училище, кашеварит до сих пор, Сеня нефть возил, был вон начальником и депутатом местным, а потом его попёрли. Расскажи, Сеня, за что попёрли-то?
- А, дело прошлое, - махнул рукой Фалюк.
- Мужики, давайте споём. Саня, ну вот эту, которую вы с Марго пели, «Звёздочку»…, - Жорик встал, обнял пригорюнившегося бывшего депутата Фалюка и, сильно фальшивя, затянул:
Звёздочка моя ясная-я-я-я,
Как ты от меня далека-а-а-а…
***
Вы можете поддержать развитие литературного клуба любой суммой
***
Спустя некоторое время Брагин окончательно захмелел, Тоня с Царёвым отвели и уложили его на кровать, ту самую, на которой когда-то спал он сам, возвращаясь ночью от Ритки. До Мегиона было топать далеко, а дом «дружбана» Тоськи рядом. Не догадывался, каково было тогда этой девочке.
Вскоре, кряхтя и горбясь, побрёл домой и Фалюк. После полуночи Царёв засобирался в гостиницу.
- Оставайся здесь, Саша, места хватит, - Антонина поправила седую прядь.
- Пойду я Тоня, пройдусь, да и занято моё место, - Царёв с улыбкой кивнул на храпящего лысого Жорика, - Дай номер мобильного, на всякий случай, а это моя визитка.
В скверике, недалеко от «Алёнушки», Царёв услышал какую-то возню и мычание. Заглянув в кусты, он в сумеречном свете «белой ночи» увидел двоих крепышей, склонившихся над лежавшей на траве женщине. Один из них зажимал жертве рот и держал её руки, а второй пытался стащить джинсы.
- Парни, а чего это вы тут делаете, а? – спросил профессор, подходя ближе и изображая незадачливого простофилю.
От неожиданности пацаны ослабили хватку, и женщина, воспользовавшись моментом, подхватилась, рванула на дорогу, оглашая окрестности криком. Царёв, дравшийся последний раз в далёкие студенческие годы, навыки каратэ не потерял. Спустя пару минут оба мордоворота лежали на земле. Из подъехавшей патрульной машины вышел сержант с резиновой дубинкой, поднял несостоявшихся насильников, что-то спросил их на каком-то малопонятном языке и отпустил. А профессор Царёв был задержан и вскоре оказался в «обезьяннике» отдела полиции на улице Пушкина, 17. Задержавший его сержант, изо всех сил изображая крутого и злого полицейского, напористо проводил «дознание». На очередной вопрос: «Цель приезда в Каргасок?» профессор, немного подумав, ответил: «Встреча с прошлым».
- Ну и как, встретился? – ехидно спросил полицейский.
- Встретился, - серьёзно ответил профессор.
- Ну-ну. Посиди до утра, а завтра выясним, где и с кем ты здесь встречался.
Мобильник, слава богу, не отобрали. Набрав Тонин номер, Царёв вполголоса сообщил ей, где находится.
- Господи, Санечка, да что случилось-то? Я сейчас позвоню Фалюку, его сыновья в полиции работают.
В пять утра в отдел приехал майор, как две капли воды, похожий на Сеню Фалюка в молодости. Извинившись за «недоразумение», он вернул вещи, документы и подвёз Царёва к гостинице.
- Ещё раз извините, Александр Васильевич. А мне отец рассказывал о вас. Как вы работали здесь и вообще…
- Послушайте, майор, вы в курсе, что была попытка изнасилования, а сержант этих двоих спокойно отпустил? Они ведь завтра сделают то же самое.
- Мы ЭТИХ двоих, господин профессор, всё равно закрыть не сможем. У вас в Москве, наверно, всё по-другому, а здесь…
- Понимаю, - кивнул Царёв, - В Москве тоже всякое бывает.
Улетал профессор на следующий день. Жарко светило солнце, могучая река Обь катила к океану свои тёмно-лазурные воды. На обочине взлётной полосы одиноко стояли трое пожилых людей. Это было всё, что ещё пока связывало Царёва с этим клочком земли, называемым «Медвежьим мысом». Глядя в иллюминатор на убегающую бетонку, он в очередной раз убеждался, что войти в одну реку дважды нельзя. Да и надо ли? Что мы хотим там увидеть? Зачем стремимся вернуться в прошлое, переставая ощущать вкус настоящего и ценить каждое мгновение жизни? А ведь именно в них – кроется возможность изменить себя и мир к лучшему. Хотя не секрет, что жизнь на нашей Земле, похожую на рай, построить невозможно. Главное – попытаться воспрепятствовать тому, чтобы она не стала похожей на ад.
Конец.
Автор: Михалыч (Блинклин)
Источник: https://litclubbs.ru/articles/69569-nikogda-ne-idi-nazad.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: