О чем Григорий только думал? Когда помчался к дому Лизы, когда барабанил кулаками по воротам, когда выкрикивал на всю округу ее имя. Григорий замолкал, и имя растворялось в тишине. Он сокрушался, злился на себя, что не рассказал ей правду. Думал, Лиза не поймет.
Он в последний раз ударил по воротам. Выдохнул с глубоким разочарованием, запрокинув голову назад. Посмотрел на звездный небосклон. Взгляд переместился на забор — на высокий верхний край забора, за который можно зацепиться, подтянуться и… перемахнуть во двор.
Начало истории
Легко сказать. Кто захочет добровольно прыгать по гвоздям, острия которых смотрят вверх? Только сумасшедший. Или по уши влюбленный.
- Лиза! - выкрикнул Григорий, потирая руки, - если не откроешь мне ворота, я зайду через забор. Да-да… - он нервно усмехнулся, но старался говорить уверенно, - не сомневайся! Так и будет! Ты меня еще не знаешь. Я упертый. Я не уеду, пока мы с тобой не поговорим.
Григорий выждал несколько секунд. Ни ответа ни привета. Он понял, что больше ждать нельзя. Еще подумает, что струсил.
Адреналин зашкаливал, кровь бурлила в венах, в теле появилось столько силы, что Григорий, уцепившись за забор и подтянувшись, с небывалой легкостью вскарабкался наверх.
Все-таки не зря тренировался. Григорий даже не предполагал, что он настолько сильный. И настолько отмороженный. Он повис над пропастью, пытаясь в темноте увидеть ее дно.
Там гвозди. Длинные и ржавые. Они вопьются в ноги. Будет адски больно. Есть ли смысл рисковать?
Он увидел силуэт в дверном проеме мастерской, который появился в тусклом свете. На траву легла несоизмеримо с хрупкой Лизой длинная пугающая тень. Она сложила руки на груди.
- Я прыгну, - хрипло пригрозил Григорий, засмотревшись на ее лицо. Оно не выражало никаких эмоций. Григорий ощутил себя последним идиотом. Ради чего он жертвует своим здоровьем? Возможно даже жизнью! Он не нужен Лизе. Это очень сложно признавать.
Да и черт с ним!
Последний отголосок разума покинул голову Григория. И силы тоже истекали. Он спрыгнул. Почувствовал, как ногу пронзает острая, мучительная боль.
Григорий не проронил ни слова, только стиснул зубы, а хотелось материться. Очень громко материться. Как вчерашней ночью, когда впервые наступил на гвоздь.
Постой-ка….
- А где гвозди? - Григорий присмотрелся, наклонившись над травой. Ни досок, ни гвоздей. Обманщица. Он выпрямился и выдохнул с расслабленной усмешкой.
Лиза взмахнула длинными распущенными волосами и молча скрылась в мастерской.
И как только ей не страшно?! Прихрамывая, терпя боль вчерашней раны, Григорий поспешил за ней. Лиза отошла к стене с гробами, отвернулась и холодно сказала:
- Уходи!
- Лиза, хулиганка ты моя… - мягко произнес Григорий, приближаясь.
- Ты не слышал?
- Слышал, - он уже дышал в ее затылок.
- Я сказала — уходи!
- Я не мог признаться, не знал, как рассказать. Прости! - Григорий виновато улыбнулся, недоумевая, откуда в нем — в циничном и порой жестоком человеке — столько нежности, что она выплескивалась через край.
- Уезжай к себе домой! - с обидой выпалила Лиза, - ты… ты… предатель!
- Я тебя не предал…
- Предал! Только не меня!
Он нахмурил брови, запутавшись в своих предположениях. Если он и предал, то только самого себя.
Григорий не выполнил задание главврача. А мог бы! Задержался в этой мрачной деревеньке, каждый день хотел сорваться и уехать. Ведь мог бы! Но не смог.
- Уезжай! - дрожащим голосом сказала Лиза и резко обернулась. Посмотрела на Григория сквозь слезы, будоража его душу.
- Я пытался… - Григорий грустно усмехнулся, потирая шею, и признался, - у меня не получается уехать. Сам не понимаю, как так получилось?! В какой момент?!
- Что? - мрачно уточнила Лиза.
- Я… наверное… влюбился. Другого объяснения не нахожу.
- В кого?! - тот же мрачный тон.
- В тебя, - Григорий впился взглядом в застывшее лицо. Ждал ее реакцию.
Может быть признание растопит ее сердце, сотрет обиду, Лиза признается в ответных чувствах. И та страсть, которую испытывал Григорий, вырвется наружу и поглотит горящие сердца.
- Не ври! - Лиза разрушила его надежды, еще и в грудь толкнула. Григорий пошатнулся, но не отступил, - уезжай! К этой! Которая тебе написывает!
- Написывает? - Григорий сдвинул брови к переносице.
- Да! К Юленьке! Она тебя там очень ждет!
Так вот в чем дело? Григорий машинально вынул из кармана телефон. Батарейка села. Он прекрасно это знал, но сейчас надеялся на чудо. Что увидит на экране сообщение, которое так долго ждал.
Григорий не заметил, не почувствовал, что улыбнулся. А Лиза с горечью расплакалась и повторила:
- Уходи!
- Юля — моя дочь.
Григорий прервал ее рыдания. Она застыла, прикрыв ладонями лицо. Расстроилась, бедняжка. Не это ли признание в ответных чувствах?! Григорий осторожно привлек ее к себе. Прижал покрепче и горячо шепнул, склонившись к уху:
- Это всё?!
Лиза неуверенно кивнула и отлепила ладони от лица.
А дальше…. Как бурная река. Григорий подчинился мощному течению, которое несло его вперед. Он оказался в доме Лизы. Не просто оказался, Григорий сам ее туда привел. Ему бы вовремя остановиться, в темном коридоре дома, а лучше на крыльце. Но было уже поздно. Процесс запущен. Григорий никого так сильно не желал.
- Как хорошо! - с наслаждением шептала Лиза, крепко прижимаясь к его телу, - как хорошо, что у меня есть ты!
- Мы все преодолеем, - уверенно пообещал Григорий и добавил, - вместе!
- Вместе, - с тем же наслаждением повторила Лиза. Словно смысл этого простого слова был ей не знаком. И, зажмурившись, шепнула, - Гриша, я тебя люблю!
- Нет. Пока не любишь. Рано. - Григорий блаженно улыбнулся, ощущая неведомые чувства.
- Просто я люблю тебя немножко, - пояснила Лиза, - но буду любить сильнее с каждым днем. Ты меня не бросишь?
Григорий окончательно запутался в дальнейших планах. Запутался, кому и что он обещал. Он решил, что на сегодня хватит обещаний, и набросился на Лизу с новой страстью. Вот его ответ.
Утром, проснувшись раньше Лизы, Григорий долго изучал изгибы ее тела, спящее лицо. Когда она так близко, его сердце становится таким горячим и таким огромным, что не умещается в груди.
Григорий хотел удивить ее и приготовить завтрак. Но удивился первым, обнаружив в холодильнике пустые полки. В доме чисто, прибрано. Сразу видно, Лиза — хорошая хозяйка. Но с готовкой видимо не задалось.
- Продуктов нет, - послышался из спальни сонный голос. А затем очаровательный зевок. Лиза сладко потянулась в тот момент, когда Григорий встал в дверном проеме и спросил:
- Почему?
- Бурханов… - Лиза сморщила лицо, произнося его фамилию, - владелец единственного магазина. Он выкупил его и заломил такие цены!
- Нужно обратиться в роспотребнадзор.
- Все его боятся. Вся деревня батрачит у него на лесопилке. Поэтому молчат. А я… - Лиза безмятежно улыбнулась, - принципиально не покупаю у него продукты. Лучше буду голодать.
- Ты и так худышка, - Григорий смотрел на соблазнительные формы. Смотрел и уговаривал себя немного потерпеть.
В магазин Бурханова он тоже не пойдет. Но в роспотребнадзор заявит. Позже. До ближайшего поселка ехать где-то полчаса. И полчаса обратно.
Григорий преодолел безудержную тягу к Лизе, поцеловал ее такую заспанную, милую, смущенную в постели. Ему так сильно не хотелось расставаться, даже на короткий час.
- Я скоро, - подмигнул Григорий, пятясь к выходу и томно улыбаясь. - Запри за мной ворота.
- Хорошо.
Он пулей выскочил из дома, вышел за ворота, сел в машину. Внутри скреблось тревожное предчувствие. Необъяснимое навязчивое беспокойство, волнение за Лизу. Нельзя надолго оставлять ее одну.
Поэтому Григорий мчался во весь дух, выжимая из машины все имеющие силы. И чиркал зажигалкой. И убеждал себя, что с Лизой ничего не произойдет.
Она запрет ворота.
Или не запрет?!
А вдруг забудет?!
Григорий отбросил зажигалку и вновь ударил по газам. Он мчался, тер лицо. С каждым километром напряжение росло.
Телефон подзарядился. Сообщение от дочки усилило волнение.
«Я не передумала. Когда ты заберешь меня? Я жду».
Он представил голос Юли — звонкий и обиженный на папу. Григорий обещал забрать ее с собой. Увезти. Украсть. Бывшая супруга запрещает им встречаться, всячески препятствует общению. Григорию ее совсем не жаль.
И еще один знакомый голос вторгся в его мысли.
«Гриша… так хорошо… я тебя люблю».
- Лиза! - процедил Григорий, - запри ворота! Попробуй только забыть! Получишь у меня!
Почему он до сих пор не знает ее номера? Дурак! Это же элементарно — номер девушки, которая свела его с ума, должен быть записан на подкорке. И почему он не дождался, когда она запрет ворота? Почему собственноручно не повесил на него замок?
Григорий домчался до поселка, впопыхах набрал продуктов, сгребая с полок все подряд. Немного задержался на заправке, где работала одна колонка. Пришлось занять последнее место в череде машин.
Григорий нервничал, гнал, не притормаживал на поворотах. И пару раз едва не угодил в кювет.
Домчался до деревни. Здесь пришлось притормозить, потому как местные собаки бросались под колеса. Остановившись возле дома Лизы, Григорий выскочил из-за руля. Он поспешил к воротам. Дернул ручку, чтобы убедиться, что волнения напрасны. Лиза заперла ворота…
Но ворота распахнулись. Сердце ухнуло в груди.
В ту же самую секунду из мастерской послышались пронзительные звуки. Сердце описало сальто. Лиза? Зачем она включила фрезерный станок?
Григорий стремглав помчался в мастерскую. И оторопело замер возле входа, увидев полную фигуру и сытое лощеное лицо. Какого черта?! Григорий мрачно посмотрел на окна дома, потом на гостя. Окатил его опасным взглядом, не скрывая отвращения, и спросил:
- Ты че здесь трешься? Кто тебя сюда впустил?
- Так вот… - Бурханов важно выпятил большое пузо, - проверяю оборудование. Надо же! - он одобрительно кивнул, - работает. Оборудование — дорогое, импортное. Сейчас такое нигде не купишь, даже под заказ…
- Ты че мне зубы заговариваешь?! - Григорий дернулся вперед, - проваливай отсюда. Понял?! Пока я не выставил тебя пинком под зад.
- Мальчик, а ты кто? - Бурханов попытался иронично улыбнуться, но получился омерзительный оскал, - ты здесь не хозяин. Вот сейчас придет хозяин дома, мы и спросим, кто из нас останется, а кто исчезнет, - Бурханов перешел на злобный хрип и добавил, - из моей деревни! Навсегда! Если я еще хотя бы раз тебя увижу…
- Не увидишь, - Григорий угрожающе прищурился, похрустывая кулаками, - я тебе сейчас башку снесу.
Бурханов отступил назад и посмотрел куда-то мимо. Мимо головы Григория. И одухотворенно улыбнулся. Григорий понял, кто-то затаился за его спиной. Резко обернулся, готовый к нападению. У входа в мастерскую стоял и мялся пришибленный Олег. Рядом с ним бордовая Людмила с безумными глазами.
А где Лиза? Что случилось? Григорий сразу же сорвался с места, и услышал гневный голос за спиной:
- Стой! Куда пошел? Олежек! Ты теперь хозяин дома. Выстави его отсюда!
Григорий обернулся. И Людмила, и Олег, потупив взгляд, молчали. А Бурханов, понимая, что Олег не рыпнется на городского, победоносно выступил вперед.
- Что, Гришаня?! - Бурханов ухмыльнулся, - доигрался? Остался и без бабы, и без денег. Слишком ты, Гришаня, много захотел...