- Вы… вы кто такой? Что вам нужно? Освободите мои руки!
Водитель только усмехнулся.
- Что вы мне вкололи? Куда везете? Быстро отвечайте! Вы кто вообще такой?
- Поверь мне, скоро тебе станет все равно. Абсолютно все равно, - он снова усмехнулся и сильнее надавил на газ.
- Мне не все равно, - язык стал ватным, и силы будто покидали ее тело. Это произошло внезапно, словно по щелчку. - Что со мной? Что вы сделали?! Куда везете? - все вопросы остались без ответа, и она, набравшись сил, сурово пригрозила, - Гриша вас найдет! Он — полицейский! Вы сядете в тюрьму!
- Кто?! Гриша?! Полицейский?! - на этот раз противная усмешка сменилась еще более противным смехом.
Она сопротивлялась. Из последних сил. Но этот смех ее насторожил, заставил замереть. А следующий комментарий окончательно добил:
- Это он тебе такую сказочку наплел?
- Вы с ним з...знакомы?
- Мы — коллеги. Работаем в психушке. С такими ненормальными, как ты.
- Нет. Не может быть. Гриша… он хотел…. Хотел помочь… - Она с трудом соображала.
- Кто спорит? - ухмыльнулся похититель, - Гриша мне помог. Открыл ворота, впустил меня в твой дом…
- Вы врете!
- Я?! Вру?! Я самый честный в мире человек. И справедливый. Вот ты… - мечтательно растягивал слова мужчина, - ты когда-нибудь летала на Мальдивы?
- Сволочь! Вы! Оба! Сволочи!
- Вот и я ни разу не летал, - он тяжело вздохнул, - тебе-то хорошо. Лежи себе в психушке, ни о чем не думай. А у меня семья разваливается. Жена разводом пригрозила, если не свожу их на курорт. У Гришки тоже какие-то проблемы, а за тебя неплохо платят. Деньги всем сейчас нужны. Вот такая у нас нелегкая работа — чистить общество от психбольных.
Ей хотелось прокричать:
«Я не больная! Я нормальная!».
Но язык уже не шевелился, веки опустились, сопротивление потухло. Вместе с разочарованием в Грише наступила пустота.
Начало истории
Ее нигде не было: ни на улице, ни в доме. Григорий обежал все комнаты, ворвался в спальню, увидел смятую постель. В последний раз он видел Лизу здесь, заспанную, милую, красивую до умопомрачения. Вот ее одежда, стянутая им в порыве страсти. Вот ее мобильный телефон.
А Лизы нет. Напряженный взгляд Григория нашел следы мужских ботинок на полу возле кровати. Сердце гулко бахнуло по ребрам, руки сжались в кулаки.
Кто здесь был? Белов?! Если Белов, тогда ему не жить! Если он дотронулся до Лизы… грубо выдернул бедняжку из постели… в тонюсенькой ночнушке, сквозь которую отчетливо видны изгибы ее тела… если он глазел на Лизу…. Григорий озверел.
Разгоряченный, раскаленный до предела он выбежал из дома. Бурханов, намереваясь напоследок поглумиться, оказался на пути. И тут же схлопотал по морде. Кулак Григория сработал по инерции, прямой наводкой в челюсть. Бурханов отлетел назад.
Боль оглушила отъевшегося хряка, который рухнул, как мешок с картошкой и громко застонал:
- С...ка! Ты за все ответишь!
- Это ты за все ответишь. Твой гроб уже сколочен. Черный! - Григорий коротко кивнул на мастерскую, - можешь примерять. И вы… - он одним лишь взглядом, полным ненависти и отвращения, заставил Олега и его супругу вздрогнуть, - идиоты! Бурханов вас разводит. Он заберет наследство Лизы за долги…
- Не слушайте его! - хрипло процедил Бурханов, - дом ваш…
- Он врет! - Григорий испытующе смотрел на родственников Лизы. Олег сконфужено покашлял, а Людмила отвела глаза. - Я клянусь! - уверенно твердил Григорий, пытаясь достучаться до их алчных душ, - вы не получите наследство. Бурханов шепнул мне по секрету…
- Че ты чешешь? - оскорбился тот. Но при этом его глаза забегали, губы неприязненно скривились. Бурханов так старался выглядеть в глазах сообщников порядочным и честным, что забыл про боль, - договоренность в силе! Не волнуйтесь! А ты, Олежек, дуй в психушку. Я даю тебе оплачиваемый выходной. Подпишешь все бумаги…
- Не подписывай, - внушал Григорий онемевшему Олегу, - заберите Лизу. Я уверен, если вы помиритесь, Лиза разрешит тебе работать на станках. Ты продолжишь дело брата.
Олег нахмурился, уставившись на мастерскую. Почувствовав его сомнение, граничившее с недоверием, надежду на спасение Лизы, Григорий подошел к Олегу и пробормотал в его лицо:
- Собери людей. Устройте забастовку. Этот хряк разжился за вас счет.
- Нет! - пискнула Людмила за спиной Олега, выводя его из транса, - не вздумай! Он тебя уволит. На что мы будем жить?
- Помиритесь с Лизой! - настаивал Григорий, потеряв последнюю надежду. Потому как дядька Лизы ощетинился и прищурил злобные глаза.
- Проваливай отсюда! И больше здесь не появляйся! Понял?! - прохрипел Олег, - нам твои советы не нужны. Я все решил! Лизка — полоумная. Вытворит чего-нибудь, а мне потом придется отвечать.
Григорий несколько секунд сверлил его разгоряченным взглядом и… с неохотой отступил. Он проиграл, не смог переубедить Олега. Тупого жадного Олега и его завистливую бабу. Потом поймут, когда останутся ни с чем.
За воротами топтался бледный от волнения Алешка. Покидая двор, Григорий едва не сбил парнишку с ног. Григорий злился. Очень сильно злился. Даже на Алешку, что тот не смог спасти сестру.
Пацан ни в чем не виноват. Алешка верил, помогал сестре, чем мог. И Лиза доверяла брату. Григорий резко обернулся, пригвоздил Алешку соколиным взглядом к месту и чуть слышно процедил:
- Запоминай мой номер, - он торопливо отчеканил цифры. Скорее! Другого шанса у него не будет. Родители Алешки не должны об этом знать. Григорий тихо уточнил, - запомнил?
И потрепал Алешку по взъерошенной макушке, когда пацан уверенно кивнул. Ну хоть кому-то в этой глухомани можно доверять! Григорий поспешил к машине. Плюхнулся за руль, так резко дернулся вперед, что купленные им продукты рассыпались по заднему сиденью и по полу.
Григорий всю дорогу проклинал себя. Едва не стер лицо до мяса, не выдернул все волосы, не выдрал с корнем руль. Он очень сильно нервничал, переживал за Лизу. Строил план ее побега. Григорий знал все выходы из клиники, но вход всего один.
Там турникеты и охранник. Григорий ворвался в холл, как ураган. Достал свой пропуск, приложил. Его прошиб холодный пот, когда на турникете загорелся красный крест. Пропуск заблокирован. Он посмотрел на мрачного охранника и растянул беспечную улыбку на лице.
- Откроешь? Я случайно пропуск вместе с брюками в машинке постирал. Похоже размагнитился…
- Не размагнитился, - важно пробурчал охранник, - а удален из списка.
- Какого списка? - нахмурился Григорий.
- Доступ запрещен!
- По какой причине?! - Григорий еще раз приложил свой пропуск. Это шутка? Он так хотел увидеть Лизу, хотел обнять ее и успокоить, а тут какой-то чертов турникет!
- А сам как думаешь?! - небрежно произнес охранник и добавил важным тоном, - уволили тебя! Велели не впускать.
- Уволили? Я хочу поговорить с начальником. Открой!
- Запрещено! Иди! - охранник широко взмахнул рукой, - на выход!
Должен быть какой-то способ выдернуть отсюда Лизу. На какой? Все входы заперты, на окнах — крепкие решетки. Григорий, угрожающе посматривая на охранника, попятился назад.
Тот убедился, что бывший психиатр покидает здание и отвернулся. А Григорий, не дыша, затормозил в дверях. Охранник взял ключи от туалета. У Григория минуты три, не больше. Но ему достаточно пяти секунд...