– Что ты сказал? – Настя замерла. Её голос был тихим, но внутри всё кипело. – Олег, это дом моих родителей. Ты хоть понимаешь, о чём просишь?
Кухня, маленькая, с выцветшими обоями и старым деревянным столом, вдруг показалась Насте тесной, как клетка. Она отложила ложку, пытаясь собраться с мыслями. Олег, её муж, с которым они прожили семь лет, стоял напротив, и в его глазах читалась смесь отчаяния и решимости.
– Насть, я понимаю, что дом важен, – Олег провёл рукой по волосам, его голос смягчился, но не терял напора. – Но ты видела, сколько мы должны? Два кредита, звонки из банков… Твоё повышение – это шанс, но его не хватит. Если продать дом, мы закроем всё и начнём с чистого листа.
Настя молчала, глядя на облупившуюся краску на подоконнике. Дом. Её родительский дом на берегу озера, где она провела всё детство. Там пахло мамиными пирогами с вишней, и свежескошенной травой. Там были её воспоминания: летние вечера у воды, разговоры с отцом о звёздах, мамин смех, когда они с Настей пекли блины. Продать? Это как вырвать кусок сердца.
– Олег, я не могу, – наконец выдавила она, чувствуя, как горло сжимается. – Это не просто дом. Это… всё, что у меня осталось от них.
Олег вздохнул, тяжело опустился на стул и потёр виски.
– Я не хочу тебя заставлять, – сказал он, но в его тоне чувствовалась усталость. – Но подумай. Мы тонем, Насть. Я не сплю ночами, думаю, как выкрутиться. А ты теперь начальник отдела, зарплата выше, но это не спасает. Дом стоит пустой, а мы тут задыхаемся.
Настя отвернулась к окну. За стеклом – серый двор их панельной многоэтажки, лужи после дождя, соседские машины. Она любила Олега. Любила его за упрямство, за то, как он умел рассмешить её даже в самый паршивый день, за его мечты о путешествиях, которые они строили, когда только поженились. Но сейчас эти мечты казались далёкими, а его слова о доме резали, как нож.
– Давай подумаем, – тихо сказала она. – Не сейчас. Дай мне пару дней.
Олег кивнул, но его взгляд говорил, что он уже всё решил.
На следующее утро Настя проснулась с тяжестью в груди. Олег ушёл на работу, оставив на столе записку: «Позвони в банк, уточни по процентам. Люблю». Она скомкала бумажку и бросила в мусорку. Любит он. А дом её родителей – не любит.
Она взяла отгул и поехала к озеру. Дорога заняла час – сначала на автобусе, потом пешком по грунтовке, мимо сосен и берёз. Осень раскрасила лес золотом и багрянцем, и, когда Настя вышла к дому, сердце защемило.
Двухэтажный, с облупившейся голубой краской и покосившимся крыльцом, он стоял на холме, глядя на озеро. Вода блестела под утренним солнцем, а вдалеке, у противоположного берега, плавали утки. Настя вдохнула запах сырости и хвои, и на миг ей показалось, что мама сейчас выйдет на крыльцо с кружкой чая и улыбнётся: «Настя, ты опять босиком по росе бегаешь?»
Она открыла дверь – старую, скрипучую, с выцветшей занавеской на стекле. Внутри пахло пылью и чем-то родным. Гостиная с потёртым диваном, кухня с облупившейся плиткой, лестница на второй этаж, где была её комната. Настя поднялась туда, села на кровать и провела рукой по выцветшему покрывалу. Здесь она читала книги, мечтала о будущем, плакала, когда умер отец, а потом мама. Продать? Как можно?
Но Олег был прав в одном – они тонули. Два года назад он взял кредит на машину, потом второй – на ремонт их городской квартиры. Бизнес, который он пытался запустить, прогорел, оставив только долги. Настя работала в строительной фирме, и её недавнее повышение до руководителя отдела продаж дало надежду, но не решило проблему. Банки звонили почти каждый день, проценты росли, как снежный ком.
Она спустилась на кухню, поставила чайник и открыла ноутбук. Может, есть другой выход? Она начала искать информацию о продаже домов, но наткнулась на объявления об аренде загородных коттеджей. Туристы, рыбаки, семьи с детьми – все хотели снять дом у озера на выходные. Цены были неплохие – от пяти до десяти тысяч за сутки, в зависимости от сезона. Настя замерла. Аренда? Это могло бы приносить доход, не лишая её дома.
Она вышла на крыльцо, глядя на озеро. Вдалеке пара в ярких куртках фотографировала пейзаж. Туристы. Они приезжают сюда круглый год – летом купаться, осенью за грибами, зимой кататься на лыжах. А её дом – идеальное место. Просторный, с тремя спальнями, камином и видом, от которого захватывает дух.
– Это идея, – прошептала Настя, чувствуя, как в груди загорается искра надежды.
Вернувшись в город, Настя не стала сразу говорить с Олегом. Ей нужно было всё обдумать. Она позвонила подруге Кате, которая работала в агентстве недвижимости и знала рынок аренды как свои пять пальцев.
– Сдавать дом туристам? – Катя присвистнула, выслушав идею. – Насть, это же золотая жила! У вас там место – как с открытки. Если приведёшь дом в порядок, можно брать тысяч восемь за сутки. Летом – все пятнадцать.
– А что нужно для старта? – спросила Настя, записывая всё в блокнот.
– Ремонт, конечно, – Катя говорила быстро, как всегда, когда её что-то увлекало. – Покрась фасад, обнови мебель, добавь пару уютных штрихов – пледы, светильники. И обязательно сделай нормальный интернет, туристы без вай-фая жить не могут. Я помогу с объявлением, у меня есть контакты.
Настя почувствовала, как внутри растёт уверенность. Это был не просто способ сохранить дом – это был шанс дать Олегу то, о чём он мечтал: выбраться из долгов, начать жить без вечного страха перед звонками из банка.
Вечером, когда Олег вернулся с работы, она встретила его в кухне с горячим чаем и тарелкой бутербродов.
– Нам надо поговорить, – начала она, стараясь звучать спокойно.
Олег напрягся, его пальцы стиснули кружку.
– Опять про дом? Насть, я же сказал…
– Не перебивай, – она подняла руку. – Я придумала, как сохранить дом и закрыть долги.
Он вскинул брови, но промолчал, давая ей продолжить.
– Мы можем сдавать его туристам, – Настя говорила быстро, боясь, что он начнёт спорить. – Катя сказала, что такие дома у озера нарасхват. Если вложим немного в ремонт, будем зарабатывать по сто тысяч в месяц, а то и больше. Долги закроем за год, максимум полтора.
Олег смотрел на неё, и в его глазах мелькнула искра интереса.
– Ты серьёзно? – спросил он. – А дом? Ты же не хотела его отдавать чужим людям.
– Это не отдавать, – возразила Настя. – Это… как будто делиться красотой. Дом будет жить, приносить доход, а главное – он останется нашим. Мы сможем приезжать туда, когда захотим.
Олег откинулся на спинку стула, задумчиво глядя в потолок.
– А если не пойдёт? – спросил он. – Если туристы не поедут?
– Тогда будем думать дальше, – твёрдо сказала Настя. – Но я верю, что это сработает. Катя уже готова помочь с объявлениями, а я могу взять на себя ремонт.
Он долго молчал, потом вдруг улыбнулся – той самой улыбкой, от которой у Насти всегда теплело на душе.
– Знаешь, ты всегда была умнее меня, – сказал он. – Ладно, давай попробуем. Но если что, я всё равно за продажу.
– Договорились, – кивнула Настя, чувствуя, как гора падает с плеч.
Следующие недели превратились в вихрь дел. Настя с Катей составили список необходимого: новая краска для фасада, уютные шторы, мягкие пледы, пара светильников. Олег, к удивлению Насти, включился в процесс. Он сам нашёл мастера для ремонта крыльца, а в выходные ездил с ней на озеро, чтобы покрасить стены в гостиной.
– Смотри, как светло стало, – сказал он, стоя посреди комнаты с кисточкой в руке. На его щеке была капля белой краски, и Настя невольно рассмеялась.
– Ты похож на художника, – поддразнила она.
– А ты на мою музу, – ответил он, подмигнув.
В такие моменты Настя вспоминала, почему они с Олегом вместе. Он умел быть лёгким, смешным, заботливым. Просто последние годы долги и стресс заглушили всё хорошее.
Через месяц дом был готов. Катя разместила объявление, и уже через неделю поступила первая заявка – семья из Москвы хотела снять дом на выходные. Настя волновалась, как ребёнок перед экзаменом, но всё прошло гладко. Гости оставили восторженный отзыв, похвалили вид на озеро и уют. Деньги – семь тысяч за два дня – легли на счёт, и Настя впервые за долгое время почувствовала, что они на правильном пути.
Но не всё было так просто. Вечером, после очередной группы туристов, Олег вдруг сказал:
– Насть, а если дом будет приносить больше, чем твоя зарплата? Может, тебе стоит уволиться? Сосредоточимся на аренде, я займусь рекламой, ты – хозяйством.
Настя замерла. Уволиться? Она только что получила повышение, о котором мечтала годы. Работа в офисе была её зоной комфорта, её достижением. А Олег… он снова решает за неё?
– Ты серьёзно? – спросила она, стараясь не сорваться. – Я только начала чувствовать себя на своём месте, а ты хочешь, чтобы я всё бросила?
– Я просто думаю о будущем, – Олег пожал плечами, но в его голосе чувствовалась обида. – Мы могли бы жить свободнее. Путешествовать, как мечтали.
– А моё мнение? – Настя почувствовала, как внутри закипает гнев. – Ты опять всё решил сам, как с продажей дома!
Олег открыл рот, но не нашёл, что ответить. Он смотрел на неё, и в его глазах мелькнула растерянность.
– Прости, – наконец сказал он. – Я не хотел… Просто подумал, что так будет лучше.
Настя глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
– Олег, мы команда, – сказала она. – Если хотим, чтобы это работало, надо обсуждать всё вместе. Не решать за другого.
Он кивнул, но Настя видела, что он не до конца понял. И в этот момент она поняла: их борьба за дом – это не только про деньги. Это про их отношения, про умение слышать друг друга. И если они не научатся, никакие деньги не спасут их брак.
Что будет дальше? Сможет ли Настя сохранить дом и семью, не потеряв себя?
Настя сидела на крыльце дома у озера, глядя, как вечернее солнце красит воду в золотой. В руках – кружка с ромашковым чаем, на коленях – ноутбук с открытой таблицей доходов от аренды. За два месяца дом принял уже пять групп туристов, и счёт пополнился на сорок тысяч рублей. Неплохо для начала, но до закрытия долгов было ещё далеко. Ветер шевелил листья, пахло сыростью и соснами, а в груди у Насти ворочалось беспокойство. Разговор с Олегом о её работе не выходил из головы.
– Ты опять тут сидишь? – голос Олега раздался за спиной. Он вышел из дома, держа в руках тарелку с бутербродами. – Я думал, мы ужинать будем.
– Скоро приду, – отозвалась Настя, не отрывая взгляда от экрана. – Проверяю брони. На следующей неделе семья из Питера хочет приехать.
Олег присел рядом, поставив тарелку на ступеньку.
– Слушай, ты молодец, – сказал он, глядя на озеро. – Я правда не думал, что аренда так пойдёт.
Настя улыбнулась, но улыбка вышла натянутой.
– Спасибо. Но это только начало. Надо ещё вложиться – сантехнику поменять, диван в гостиной обновить. Туристы жалуются, что он скрипит.
– Ага, – кивнул Олег. – Я уже связался с мастером, на следующей неделе приедет посмотреть трубы. И… знаешь, я тут подумал. Может, стоит баню построить? Туристы такое любят.
Настя повернулась к нему, вскинув брови.
– Баню? Олег, у нас на ремонт еле хватает, а ты про баню.
– Ну, это же вложение, – он пожал плечами, будто это было очевидно. – Один раз потратимся, а потом она будет приносить деньги.
Настя глубоко вздохнула. Олег опять за своё – новые идеи, новые траты. Она помнила, как его «гениальный» бизнес-план с интернет-магазином закончился минусом в полмиллиона.
– Давай сначала закроем хотя бы один кредит, – сказала она, стараясь говорить спокойно. – А потом будем думать про бани.
Олег нахмурился, но промолчал. Настя чувствовала, как между ними снова растёт напряжение, тонкое, как паутина, но прочное, как канат.
– Ладно, – наконец сказал он, вставая. – Пойду телевизор посмотрю.
Он ушёл в дом, а Настя осталась на крыльце, глядя на озеро. Ей хотелось крикнуть: «Почему ты не можешь просто поддержать, а не придумывать новое?» Но она молчала. Ссоры не решали проблем, а только добавляли трещин в их и без того шаткий брак.
На следующий день Настя вернулась в офис с ощущением, что её жизнь – это бег по кругу. Работа, дом, звонки из банка, споры с Олегом. Повышение до руководителя отдела продаж принесло больше ответственности, но и больше возможностей. Её коллега Света, весёлая женщина с копной рыжих волос, заметила её хмурый вид за обедом.
– Насть, ты чего как туча? – спросила Света, подвигая к ней миску с салатом. – Начальница теперь, а выглядишь, будто мир рухнул.
Настя невесело усмехнулась.
– Да всё нормально. Просто… дома бардак. Олег опять свои идеи толкает, а я не знаю, как ему объяснить, что мне нужно время.
– А что за идеи? – Света откусила яблоко, глядя на Настю с любопытством.
– Хочет баню строить. Говорит, туристы будут в восторге. А я… я просто хочу, чтобы он хоть раз спросил, чего хочу я.
Света покачала головой.
– Мужики, – сказала она с лёгкой иронией. – Мой тоже вечно решает за двоих. Знаешь, что я сделала? Села и прямо сказала: «Игорь, если ты ещё раз купишь технику без моего согласия, я твою удочку на рыбалке утоплю». Помогло.
Настя рассмеялась, представив, как Света грозит мужу удочкой.
– Может, мне тоже надо что-то утопить, – пошутила она. – Например, его телефон, чтобы банки перестали звонить.
– О, это идея! – Света подмигнула. – А если серьёзно, Насть, поговори с ним. Прямо. Без намёков. Мужики намёков не понимают.
Настя кивнула, но в душе сомневалась. Олег всегда был упрямым. Когда они только начали встречаться, ей это нравилось – его энергия, его мечты о большом будущем. Но теперь эти мечты всё чаще казались ей попыткой убежать от реальности.
Вечером Настя решила последовать совету Светы. Олег сидел в их городской квартире, листая что-то на телефоне. На столе стояла пустая бутылка пива – редкость для него.
– Олег, нам надо поговорить, – начала Настя, садясь напротив.
Он поднял глаза, и в них мелькнула настороженность.
– Опять про баню? – спросил он, отложив телефон.
– Не только, – Настя сложила руки на столе, чтобы не теребить их от волнения. – Про нас. Про то, как мы принимаем решения.
Олег нахмурился.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что ты снова решаешь за двоих, – её голос был твёрдым, хотя внутри всё дрожало. – Сначала ты хотел продать дом, не спросив меня. Теперь эта баня. А я… я устала быть просто исполнителем твоих идей.
Олег открыл рот, но Настя подняла руку.
– Дай мне договорить. Я люблю тебя, Олег. И я хочу, чтобы у нас всё получилось – с домом, с долгами, с нашими мечтами. Но это не сработает, если ты не будешь слушать меня. Я не хочу бросать работу. Я не хочу строить баню, пока мы не разберёмся с тем, что уже есть. И я хочу, чтобы ты спрашивал моё мнение.
Он смотрел на неё, и в его глазах мелькала смесь обиды и растерянности.
– Я думал, мы вместе решаем, – сказал он наконец. – Я же не заставляю тебя. Просто предлагаю.
– Твои предложения звучат как приказы, – тихо ответила Настя. – И я начинаю чувствовать, что моё мнение не важно.
Олег молчал, глядя в стол. Потом вдруг встал, подошёл к окну и уставился на ночной город.
– Знаешь, – сказал он, не оборачиваясь, – я просто хочу, чтобы у нас была нормальная жизнь. Без этих проклятых долгов, без вечного страха, что завтра придут приставы. Я думал, баня – это шанс заработать больше.
– Я понимаю, – Настя подошла к нему, коснувшись его плеча. – Но давай делать это вместе. Не ты один, не я одна.
Он повернулся, и в его глазах была усталость.
– Хорошо, – кивнул он. – Давай попробуем. Что ты предлагаешь?
Настя улыбнулась, чувствуя, как напряжение немного отпускает.
– Для начала – сосредоточимся на аренде. Катя говорит, что зимой спрос вырастет, если добавить лыжню и каток на озере. Это дешевле бани, но тоже привлечёт туристов.
Олег кивнул, и впервые за вечер в его взгляде мелькнула искра интереса.
– Лыжня? Это мысль. Я могу поговорить с соседями, у них есть трактор, можно расчистить трассу.
Настя почувствовала, как внутри разливается тепло. Может, они всё-таки смогут?
Но жизнь, как всегда, подкинула сюрприз. Через неделю, когда Настя проверяла почту, пришло письмо от банка. Они требовали досрочного погашения одного из кредитов из-за просрочек. Сумма была неподъёмной – почти триста тысяч. Настя сидела за столом, глядя на экран, и чувствовала, как земля уходит из-под ног.
– Олег! – позвала она, стараясь не сорваться на крик.
Он вошёл в кухню, держа в руках телефон.
– Что случилось?
Она молча повернула к нему ноутбук. Олег прочитал письмо, и его лицо потемнело.
– Чёрт, – выдохнул он. – Я думал, мы договорились с ними о реструктуризации.
– Видимо, они передумали, – Настя сжала кулаки. – Что будем делать?
Олег сел напротив, потирая виски.
– Есть вариант, – сказал он после паузы. – Мой друг Серега может занять сто тысяч. Но… он хочет, чтобы мы заложили дом.
Настя почувствовала, как кровь отхлынула от лица.
– Заложить? – переспросила она. – Ты серьёзно? После всего, что я сделала, чтобы его сохранить?
– Насть, это временно, – Олег говорил быстро, словно боялся, что она его перебьёт. – Мы закроем часть долга, а аренда поможет выплатить остальное. Серега не чужой, он не подведёт.
– А если подведёт? – Настя вскочила, её голос дрожал. – Если мы не справимся, и дом заберут? Ты хоть понимаешь, что это значит для меня?
Олег смотрел на неё, и в его глазах было отчаяние.
– Я понимаю, – сказал он тихо. – Но у нас нет выбора. Или мы теряем дом сейчас, или теряем всё потом.
Настя отвернулась, чувствуя, как слёзы жгут глаза. Она хотела кричать, спорить, но слова застревали в горле. Дом – её якорь, её связь с прошлым. А Олег… он снова ставит её перед выбором, которого она не хочет.
– Я не подпишу, – наконец сказала она, глядя ему в глаза. – Я найду другой способ.
Олег открыл рот, но в этот момент раздался звонок в дверь. Настя вытерла слёзы и пошла открывать. На пороге стояла Катя, её подруга, с широкой улыбкой и бутылкой вина.
– Насть, я с новостями! – воскликнула она, не замечая напряжённой атмосферы. – Помнишь, я говорила про знакомого с турфирмы? Он хочет включить твой дом в их программу отдыха! Они готовы брать его в аренду на весь сезон, и это совсем другие деньги!
Настя замерла, её сердце забилось быстрее.
– Какие деньги? – спросила она, боясь поверить.
– Пятнадцать тысяч за сутки, – Катя сияла. – И они сами будут искать клиентов. Тебе только ремонт закончить.
Олег, стоявший за спиной Насти, кашлянул.
– Это… реально? – спросил он, и в его голосе мелькнула надежда.
– Более чем, – кивнула Катя. – Но надо поторопиться. Они хотят посмотреть дом на следующей неделе.
Настя посмотрела на Олега. В её голове крутились мысли: это шанс, настоящий шанс. Но что, если он снова решит за неё? Что, если этот успех опять разожжёт его мечты о «большой жизни», где её желания отойдут на второй план?
– Мы подумаем, – сказала она, глядя на Катю. – Спасибо, что приехала.
Катя ушла, оставив их с Олегом наедине. Тишина в кухне была тяжёлой, как перед грозой.
– Насть, – начал Олег, но она остановила его взглядом.
– Мы сделаем это, – сказала она твёрдо. – Но на моих условиях. Я веду переговоры с турфирмой. Я решаю, что нужно для дома. А ты… ты либо со мной, либо…
Она не договорила, но Олег понял. Он кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то новое – не обида, не упрямство, а уважение.
– Хорошо, – сказал он. – Ты руководишь. Я помогу.
Настя кивнула, чувствуя, как внутри загорается искра решимости. Но в глубине души она знала: это только начало. Турфирма, долги, их брак – всё висит на волоске. И что-то подсказывало ей, что главный сюрприз ещё впереди…
Настя стояла на крыльце дома у озера, кутаясь в старый мамин платок. Холодный ноябрьский ветер гнал по воде мелкую рябь, а голые ветки сосен качались, словно прощаясь с ушедшей осенью. Дом сиял новыми красками – фасад перекрасили в тёплый бежевый, крыльцо больше не скрипело, а внутри пахло свежим деревом и новым текстилем. Сегодня приезжали представители турфирмы, и от их решения зависело всё – дом, долги, их с Олегом будущее.
– Насть, ты готова? – Олег вышел из дома, держа в руках поднос с чаем и бутербродами. Его голос звучал бодро, но глаза выдавали волнение.
– Готова, – кивнула Настя, хотя внутри всё дрожало. – Катя сказала, они будут через полчаса.
Олег поставил поднос на столик и посмотрел на неё.
– Ты молодец, – сказал он тихо. – Всё это… – он обвёл рукой дом, озеро, – это твоя заслуга. Я бы не справился.
Настя улыбнулась, но улыбка вышла усталой. Последние недели были как марафон: ремонт, переговоры с Катей, звонки из банка. Они с Олегом работали вместе, но напряжение между ними никуда не делось. Его слова про увольнение, про баню, про заклад дома всё ещё эхом звучали в её голове. Он обещал слушать, но хватит ли этого?
– Пойдём внутрь, – сказала она, отгоняя мысли. – Надо ещё раз всё проверить.
В гостиной было уютно: новый диван, мягкие пледы, светильники, отбрасывающие тёплый свет. На стене висела старая фотография – Настя с родителями на этом же крыльце, все улыбаются, а за их спинами блестит озеро. Настя посмотрела на снимок, и в груди защемило. Она делала это ради них. Ради себя.
– Всё будет хорошо, – Олег коснулся её плеча, и на миг ей захотелось поверить ему.
Представители турфирмы, Ирина и Максим, приехали ровно в назначенное время. Ирина, высокая женщина в строгом пальто, сразу начала осматривать дом, делая пометки в блокноте. Максим, молодой парень с планшетом, фотографировал всё подряд – от камина до вида из окна.
– Место шикарное, – сказала Ирина, стоя у окна гостиной. – Озеро, тишина, природа. Наши клиенты такое любят.
– А что с удобствами? – спросил Максим, заглядывая в ванную. – Интернет, горячая вода, отопление?
– Всё есть, – ответила Настя, стараясь звучать уверенно. – Интернет подключили на прошлой неделе, котёл новый, вода без перебоев.
Ирина кивнула, но её взгляд был цепким, оценивающим.
– Цена за сутки – пятнадцать тысяч, как обсуждали? – уточнила она.
– Да, – подтвердила Настя. – Но, если берёте на весь сезон, можем обсудить скидку.
Максим присвистнул, глядя на озеро.
– С таким видом можно и двадцать брать, – сказал он с улыбкой. – Зимой тут, наверное, сказка.
Настя почувствовала, как внутри растёт надежда. Олег стоял рядом, молча, но она видела, как он сжимает кулаки – тоже волнуется.
После осмотра они сели за стол в кухне. Ирина листала свои записи, Максим что-то набирал на планшете.
– Предложение интересное, – наконец сказала Ирина. – Мы готовы взять дом на зимний сезон, с декабря по март. Пятнадцать тысяч за сутки, минимум десять бронирований в месяц. Но есть условие.
Настя напряглась.
– Какое? – спросила она.
– Нужно добавить зимние активности, – пояснила Ирина. – Лыжня, каток на озере, может, снегоходы. Клиенты хотят не просто дом, а впечатления.
Настя посмотрела на Олега. Лыжня – это то, о чём она говорила ему месяц назад. Он кивнул, словно говоря: «Я с тобой».
– Мы можем организовать, – сказала Настя. – У нас есть контакты для расчистки трассы, каток тоже реально сделать.
– Отлично, – Ирина улыбнулась. – Тогда готовим договор. Начнём с пробного месяца, а там посмотрим.
Когда гости уехали, Настя с Олегом остались на крыльце. Она чувствовала, как напряжение отпускает, но радость была какой-то осторожной, словно боялась спугнуть удачу.
– Это победа, Насть, – Олег обнял её, и его голос дрожал от эмоций. – Ты сделала это.
– Мы сделали, – поправила она, но в её голосе не было прежней твёрдости. Что-то всё ещё мешало ей полностью расслабиться.
Вечером, вернувшись в город, они отмечали сделку с турфирмой. Настя открыла бутылку вина, Олег заказал пиццу. Впервые за долгое время в их маленькой квартире было легко, почти как в первые годы брака.
– За тебя, – Олег поднял бокал, глядя на неё с теплом. – Ты была права. Дом спасёт нас.
Настя улыбнулась, но в груди кольнуло. Спасёт ли? Долги всё ещё висели над ними, а договор с турфирмой – только начало. И ещё этот их разговор… Она не могла забыть, как легко Олег предлагал ей бросить работу, заложить дом.
– Олег, – начала она, отставив бокал. – Нам надо поговорить.
Он напрягся, его улыбка поблекла.
– Опять? – спросил он, стараясь пошутить. – Я думал, мы уже всё решили.
– Не всё, – Настя посмотрела ему в глаза. – Я рада, что мы договорились с турфирмой. Но я не могу забыть, как ты хотел решать за меня. И я боюсь, что это повторится.
Олег вздохнул, откинувшись на спинку стула.
– Насть, я же извинился. Я понял, что был неправ. Что ещё ты хочешь?
– Я хочу, чтобы ты видел меня, – её голос дрогнул. – Не только как жену, которая должна поддерживать твои идеи. А как человека, у которого есть свои мечты. Работа для меня – это не просто деньги. Это часть меня. Как дом.
Олег молчал, глядя в стол. Потом вдруг взял её руку.
– Я вижу тебя, – сказал он тихо. – И я… я был идиотом. Думал, что знаю, как лучше. Но ты права – мы семья . И я обещаю, что больше не буду решать за тебя.
Настя смотрела на него, пытаясь понять, верит ли она. Его глаза были искренними, но она знала: слова – это одно, а поступки – другое.
– Хорошо, – наконец сказала она. – Но, если ты забудешь это обещание, я напомню. И не посмотрю, что ты мой муж.
Он рассмеялся, и напряжение между ними растаяло, как первый снег на тёплой земле.
Прошёл месяц. Дом у озера стал звездой зимнего сезона. Турфирма забронировала его на весь декабрь, и отзывы туристов были восторженными: «Сказочный вид», «Уют, как у бабушки», «Хотим вернуться». Настя с Олегом наняли местного парня, Мишу, чтобы расчищать лыжню и заливать каток. Деньги поступали стабильно, и они смогли закрыть один из кредитов.
Но главное было не в деньгах. Настя чувствовала, что дом живёт. Туристы оставляли в гостевой книге рисунки, благодарности, даже рецепты пирогов. Однажды она нашла записку: «Спасибо, что подарили нам это место. Здесь чувствуешь себя дома». Настя читала эти слова, и слёзы наворачивались на глаза. Её дом не просто приносил доход – он дарил людям радость, как когда-то дарил её ей.
Олег тоже изменился. Он больше не предлагал безумных идей, а спрашивал её мнение. Когда они обсуждали, как потратить первые заработки, он сказал:
– Может, отложим на путешествие? Ты же всегда хотела в Италию.
Настя посмотрела на него, и её сердце сжалось от нежности.
– Хочу, – призналась она. – Но давай сначала закроем второй кредит. А потом – Рим, Венеция, всё, что захотим.
– Договорились, – Олег подмигнул. – Но я уже присмотрел ресторанчик в Риме. Говорят, там лучшая паста в мире.
Настя рассмеялась, и впервые за долгое время почувствовала, что они на одной волне.
В канун Нового года они приехали в дом у озера вдвоём. Туристы уехали, оставив после себя чистоту и запах мандаринов. Настя с Олегом украсили гостиную гирляндами, поставили маленькую ёлку. Снег падал за окном, озеро блестело под луной, и в камине потрескивали дрова.
– Знаешь, – сказала Настя, сидя на диване рядом с Олегом, – я боялась, что аренда заберёт у меня этот дом. Что он перестанет быть моим. Но… он стал даже больше, чем был.
Олег обнял её, притянув ближе.
– Ты сделала это, Насть. Не я. Ты.
– Мы, – поправила она, улыбаясь. – И знаешь, что я подумала?
– Что? – он посмотрел на неё с любопытством.
– Может, когда-нибудь мы сами тут поживём. Не как хозяева гостиницы, а как… мы.
– Звучит как план, – Олег поцеловал её в висок. – Но сначала – Италия.
Настя кивнула, чувствуя, как тепло разливается по груди. Дом был с ней. Олег был с ней. И впервые за долгое время она поверила, что всё будет хорошо.
Рекомендуем: