Бывший гитарист DIO и нынешний - DEF LEPPARD - начал своё новое интервью с рассказа о дружбе с легендой THIN LIZZY Филом Лайноттом
«Конечно же, мы встречались с ним много раз», - сказал ирландский гитарист о легенде ирландского рока. «Но я никогда не мог бы сказать, что знаком с Филом - просто потому, что для меня он, как и Ронни Дио, был настоящим кумиром. Я всегда чувствовал, что эти люди намного выше нас. Так было на протяжении всей моей карьеры с DIO. Мне казалось, что я какой-то самозванец. Ронни, я слушал его с тех пор, как мне было... Сколько же мне было? 11, 12, 13 лет, и вдруг я в Лос-Анджелесе, я с ним в одной группе, сижу с ним на одном диване, и мы вместе пишем песни».
«То же самое с Филом Лайноттом. Фил был самым харизматичным человеком, и до сих пор я никогда не встречал ни одной рок-звезды, кинозвезды или какой-либо ещё знаменитости, кто преподносил бы себя так же. Фил вошел в комнату, для меня это было: «О, боже мой». Мне даже не обязательно было знать, что он был басистом, вокалистом, фронтменом THIN LIZZY. Я имею в виду, что у этого парня столько реального присутствия и столько харизмы».
«И всё это усиливалось ещё в сто раз, когда он выходил на сцену с THIN LIZZY. Он был настоящей звездой. Так что рядом с Филом я всегда чувствовал себя охваченным благоговением. «Боже мой. Это Фил Лайнотт». И то же самое, правд, немного в меньшей степени, было с Ронни. Я выходил с Ронни на сцену, осознавая, что я его коллега, я был его гитаристом. И он очень мной гордился. Но Ронни был очень сложным человеком. Люди всегда спрашивают: «Каким был Ронни Дио?» Невозможно ведь описать человека в двух предложениях. Были времена, когда мы с Ронни действительно отлично ладили, но даже тогда, к сожалению, всё равно частенько просто сталкивались лбами».
«Но я всё равно знал, что он очень мной гордится. Помню один из наших туров по Европе, мы тогда были на пароме где-то в Скандинавии, куда-то плыли, стояли вдвоём на палубе, ветер развевал волосы, а мы смотрели на воду. Ронни сказал: «Знаешь, я тут познакомился с Оззи Осборном несколько недель назад. И в разговоре с Оззи я сказал ему, что ты - мой Рэнди Роадс». По его словам, Оззи ответил ему: «А, это тот парень, который у тебя есть, гитарист». А Дио сказал: «Да, для меня это то же, чем Рэнди был для тебя, человек, с которым я действительно могу реально работать». Я подумал: «Вау». В тот момент я просто почувствовал: «Ладно, и я могу работать с этим парнем». Моё место было там. А на следующий день я всё ещё думал: «Боже мой. Я не верю, я в группе с Ронни Дио. Вот это да!» Так что я так и не смог отказаться от таких мыслей».
Рассказывая о сложностях своих отношений с Дио, Кэмпбелл заметил: «Мы из разных поколений. Он был намного старше меня, а я тогда был совсем молодым. Для меня сам факт пребывания в Лос-Анджелесе был культурным шоком после Северной Ирландии. Но это было интересно. А отношения с Ронни сложились непросто - и из-за его темперамента, он то вспыхивал, то резко становился холодным, и из-за моей неуверенности в моём положении. Эти два фактора очень затрудняли наше общение. Я как-то уже говорил о том, что мне иногда казалось, как будто я играю в группе со своим отчимом, из-за этого странного противостояния в вопросах культуры и поколений. И этим отчимом был Ронни Дио. Он действительно питал ко мне нечто вроде отцовской привязанности. Я понимал, что он очень мной гордится. Он брал меня с собой в Rainbow Bar & Grill в Лос-Анджелесе, мы ходили туда по пятницам и субботам, сидели за большим столом, и там собиралась вся компания. И я видел, что он очень рад, что я с ним, типа: «А вот это мой гитарист. Я нашёл его под камнем в Белфасте».
Вивиан добавил, что долго держал обиду на Ронни после того, как перестал играть с DIO. «Меня выгнали из группы», - объясняет Кэмпбелл. «По какой-то причине Ронни в последующие годы, выступая в прессе, всегда говорил: «Вив ушёл из группы». Я помню, как читал об этом, это было ещё до появления интернета и социальных сетей. Чтобы иметь публичный форум, тогда нужен был собственный публицист, а я не мог себе этого позволить. Но я помню, как читал и думал: «Зачем он говорит, что я ушёл из группы?»
«Я никогда бы не ушёл из группы. Меня выгнали. Я не хотел уходить из этой группы. Я вкладывался в неё на все сто. Но всё сложилось очень, очень болезненно для меня. И в тот момент я просто отгородился от всего этого. Я не хотел больше иметь с этим ничего общего. И как раз на том этапе моей музыкальной карьеры я начал чувствовать, что открываю для себя двери в совершенно другие аспекты музыки и моего собственного творческого потенциала. Я тогда очень хотел петь. Мне было чуть за двадцать. Мне было 23, или может быть, 24, когда меня выгнали из группы».
«С чего всё началось?… Пару вещей я сказал Ронни, которые, возможно, не надо было говорить. Однажды я сказал ему: «А знаешь что? Ты очень похож на Тома Джонса». Ну, потому что я видел в нем такую же силу, похожую подачу. Я никак не хотел его обидеть, но, думаю, он воспринял мои слова не слишком хорошо… Выражение его лица… Я подумал: «О, наверное, мне не стоило этого говорить». А второе, я как-то раз спросил: «Можно мне подпевать?» И его реакция была резкой. Он сказал: «Нет. Ричи Блэкмор не пел. Тони Айомми не пел. Ты не поёшь. Гитаристы не поют». Я ответил: «Понял. Больше не буду об этом спрашивать».
«А сам подумал: «Ну, Рори Галлахер ведь пел. Джими Хендрикс тоже». Я вспомнил всех этих поющих гитаристов, но ему об этом не сказал».
Три года назад у Вивиана спросили в интервью, думал ли он потом, что они с Ронни когда-нибудь снова будут вместе играть или хотя бы начнут разговаривать после его ухода из DIO. Он ответил: «Хочу прояснить: я никогда не уходил из DIO. меня выгнали из DIO. Но сложилась своего рода легенда, потому что и спустя десятилетия многие люди ошибочно полагают, что я ушёл из группы. Я никогда не хотел уходить из DIO. Меня выгнали прямо во время тура. Я пытался заставить Ронни сдержать все свои обещания и быть верным своим словам, но из этого ничего не вышло. Так что не думаю, что у нас был хоть какой-то шанс снова поработать вместе».
«Жена Ронни, Венди, была его менеджером, и она никогда не считала меня хоть в какой-то степени ценным для Ронни. Она всегда считала меня просто гитаристом, которого легко заменить. Думаю, Ронни был немного умнее её. Так что если бы мы с Ронни встретились без Венди, посидели бы в пабе, обсудили наши разногласия, пожалуй, мы смогли бы снова поработать вместе, и это было бы здорово. Но пока Венди продолжала контролировать его карьеру, этого не могло произойти».
На вопрос, сожалеет ли он, что так и не смог помириться с Ронни, Вивиан ответил: «Да. Знаете, мы оба говорили друг о друге всякие гадости в СМИ, это всегда очень плохо. Но нас постоянно подталкивают к таким вещам. Все совершают такие ошибки. и это печально. Ронни был сложным человеком, как и мы все. Меня спрашивают: «Какой он?», но очень сложно описать опыт человеческого общения в паре предложений. Все мы сложные существа, у нас бывают хорошие дни и плохие. У нас есть хорошие черты характера и плохие. Бывали дни, когда мы с Ронни отлично ладили, а бывало, что я считал его полным придурком… И я уверен, что он думал обо мне то же самое. Но лучшее, что у нас было, когда мы были вместе, это то, что мы могли вместе писать музыку. Я беру на себя большую часть ответственности за напряженность в наших отношениях, потому что я очень стеснялся Ронни. Мне было 20, и я уже несколько лет слушал Ронни в RAINBOW и SABBATH, и вдруг попал к нему в группу. Я оказался в студии в Лос-Анджелесе, в совершенно сюрреалистической для меня обстановке. Я играл в группе с этим парнем, альбомы которого слушал лет с тринадцати. Он был рок-звездой для меня, и был намного старше. Иногда мне хотелось назвать его «мистер Дио». Я не стал этого делать, но хотелось, так что, наверное, мне следовало бы быть более уважительным к нему. Я не чувствовал себя с ним полностью комфортно, кроме тех моментов, когда мы вместе играли музыку».
В мае 2011 года Венди рассказала о скандале вокруг отношений Ронни с Кэмпбеллом, вспомнив, как в 2003-м Вивиан назвал Ронни «ужасным бизнесменом и одним из самых противных людей в индустрии»: «Вивиан всегда говорил, что с тех пор, как он играл с Ронни, он не любит больше все те альбомы, и это очень ранило Ронни. Очень. Кому понравилось бы, если кто-то сказал бы нечто подобное о его альбомах? Он много чего наговорил в прессе, но я не хочу в этом участвовать, потому что всё было вообще не так. Ронни его не выгонял. Я выгнала Вивиана. Он хотел столько же денег, сколько зарабатывал Ронни. Он считал себя таким же важным для группы, как Ронни, а это было просто неправильно. Но я не хочу в это ввязываться. Всё это было в прошлом, теперь это уже неважно».
В 2012-м Кэмпбелл и другие участники оригинального состава DIO, барабанщик Винни Эппис и басист Джимми Бейн сформировали группу LAST IN LINE, пригласив вокалиста Эндрю Фримена. Изначально они хотели просто отдать дань уважения раннему творчеству Ронни Джеймса Дио, и воссоединив всех живых музыкантов оригинального состава DIO, давали концерты, сет-лист которых состоял исключительно из песен с первых трёх альбомов группы DIO, но затем группа решила двигаться дальше и писать новую музыку в том же духе.