Это было воскресенье. Вова на удивление находился дома, и мы даже вместе сидели на кухне, но не разговаривали. Я пила кофе, а он читал новости на планшете. У Вовы зазвонил телефон. Я успела бросить на смартфон взгляд: был незнакомый номер.
Вова сморщился. Он не любил отвечать на звонки незнакомых номеров, потому что это всегда были или реклама, или мошенники.
Но в тот раз поднял трубку:
— Алло. Да, я. А вы кто? Кто? Какая Наталья? — Вова свел на переносице брови. — Не понял, — оторопело ответил.
А дальше кровь отхлынула от его лица. Вова побледнел, губы посинели, телефон в руке задрожал. Я не на шутку испугалась. Что-то случилось? Кто-то умер? У Вовы бабушке почти девяноста лет…
— Я ничего не понимаю… — растерянно промямлил. — Приехать? Да-да. Где он сейчас? Хорошо, я приеду.
Вова положил трубку и поднял на меня стеклянные глаза.
— В чем дело? — испуганно спросила.
— Мне сейчас позвонила двоюродная сестра моей бывшей девушки, с которой я встречался до тебя, — ответил, еле прошевелив языком.
Я мало знала о предыдущих отношениях Вовы, потому что еще в самом начале наших он заверил меня, что серьезно у него ни с кем не было. Встречался с какой-то девушкой около года, но глубокими чувствами к ней так и не воспылал, поэтому сам предложил расстаться.
— И?
— Она умерла.
Я несколько раз недоуменно хлопнула ресницами.
— Соболезную. А при чем тут мы?
— У нее остался ребенок, мальчик.
— И? — я никак не могла понять, к чему Вова клонит, хотя после известия о смерти бывшей мне стало не по себе.
— Ее двоюродная сестра сказала, что это мой сын.
На кухне воцарилось гробовое молчание. Я изумленно таращилась на Вову, а он на меня. От шока я онемела. Муж тоже. Не знаю, сколько это длилось. Мне кажется, долго.
Тишину прервал мой громкий смех.
— Что за бред? — проговорила сквозь истеричный хохот. — И ты поверил? А телефонные мошенники вышли на новый уровень. Они больше не представляются службой безопасности банка, они теперь родственники умерших бывших. И что они сказали? Ты должен перевести ребенку деньги на счет, иначе он тоже умрет?
Вове не было так же смешно, как мне. Он сидел бледный как простыня и не моргал. Меня пугало то, как муж выглядел. Я никогда не видела его таким. Даже в самые худшие и тяжелые времена на работе.
— Она назвала ее полное имя и адрес, по которому она раньше жила, — прервал мой смех.
Я резко замолчала.
— Чей адрес?
— Моей бывшей девушки. Она назвала ее полное ФИО и ее адрес, когда я спросил, где находится ребенок.
Вова встал со стула.
— Слушай, я съезжу и лично посмотрю, хорошо?
— Куда съездишь? — я подскочила следом.
— По этому адресу.
— Зачем?
— Ну вдруг там правда ребенок.
— И что? Мы тут при чем?
— Ну если это мой ребенок… — Вова замолчал, а у меня сердце в пятки упало. — Ладно, Ян, я постараюсь не долго. Здесь не так далеко.
Муж быстро оделся и под мой недоуменный взгляд сбежал из квартиры. Он вернулся через несколько часов потерянный, шокированный, с совершенно безумными глазами. И стал рассказывать.
Девушка, с которой Вова встречался до меня почти год, после их расставания узнала о беременности. Так как у нее была большая обида на Вову за то, что он ее бросил со словами «Извини, я так и не смог тебя полюбить», она не рассказала Вове о беременности.
Вот так сильно обиделась, что решила скрыть ребенка. Она родила мальчика и растила его самостоятельно. Гордая и обиженная мать-одиночка, которой ничего не нужно от отца ребенка. Потому что он подлец, который так и не полюбил ее, а потом вообще бросил.
А Вова жил и даже не подозревал, что у него есть сын.
Неделю назад девушка умерла. Произошёл несчастный случай. Мальчик в возрасте восьми лет остался сиротой. Никто из родственников девушки не может взять его к себе на воспитание, поэтому ее двоюродная сестра как-то где-то отыскала номер Вовы и позвонила ему.
Разговор был короткий: «У тебя есть сын. Хочешь — забирай его к себе. Не хочешь — он отправится в детский дом. Мы воспитывать его не можем, нам материальные условия не позволяют».
Закончив рассказ, Вова замолчал и посмотрел на меня с видом побитой собаки. Я в растерянности обхватила себя за плечи. Резко стало зябко. Вова глядел на меня и ждал какой-то реакции. А я никакую реакцию выдать не могла.
У меня просто не находилось слов.
— Не молчи, Ян, — грустно попросил.
— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать. Я не понимаю, при чем тут вообще мы?
— У меня есть сын. Ему восемь лет. Его зовут Егор. Сегодня я с ним познакомился.
Каждое слово летело в меня острой стрелой и пронзало насквозь грудь.
— И что? Он же жил без тебя раньше. Пускай и дальше живет. Я не понимаю, что от нас требуется. Почему и на каком основании нас беспокоят какие-то незнакомые люди и навязывают нам какого-то ребенка? Это нарушение нашей частной жизни. Я бы вообще в суд на них подала за такое.
Я понимала, что несу поток бреда, но не могла остановиться. Внутри все клокотало и дрожало. Мне хотелось упасть, побиться головой об пол и разрыдаться.
Мозг отказывался принимать действительность, но внутренний голос шептал: «У Вовы есть ребенок». И мне становилось до того дурно, что я задыхалась.
— Я не могу бросить его.
Вова добил меня этой фразой. Я поднялась с места, заметалась по комнате. У меня не укладывалось в голове, я отказывалась это принимать.
— Слушай, а почему ты так уверен, что тебя не обманывают? Звонят какие-то непонятные люди из прошлого, говорят тебе про ребенка, и ты веришь. А вдруг это ложь? Мошенничество?
— Я буду делать анализ ДНК. У ребенка в графе «Отец» стоит прочерк. Чтобы забрать мальчика к себе, мне нужно установить отцовство. Но там и без анализа ДНК понятно, что это мой сын.
Я замерла на одном месте.
— Почему понятно?
— Потому что он похож на меня.
В горле скопился крик отчаяния и безысходности. Я отвернулась от мужа, упала ладонями на деревянный стол и до боли прикусила губу. Вова подошел ко мне сзади, обнял, опустился носом в макушку.
— Пожалуйста, Яна, — прохрипел.
Что «пожалуйста»? Что «Яна»? Пояснений от Вовы не последовало. А я натянулась как струна, крылья носа задрожали.
— Я не знал о нем, Ян, — проговорил после паузы. — Я тоже в шоке. Я тоже ничего не понимаю. Но мы же справимся вместе?
Слово «вместе» ударило меня плетью.
— Вместе? — повернула к Вове голову. — Вместе? — чуть повысила голос. — Когда я потеряла наших детей, я справлялась одна.
— Я знаю. Прости меня.
Вова опустился лбом мне на плечо.
— И что ты собираешься делать с этим ребенком? — я решила вернуться к сути нашего разговора.
— Я заберу его к нам.
Меня как кирпичом по голове долбанули. Я сбросила с себя руки Вовы и отошла на пару шагов.
— Ты в своем уме?
— Абсолютно. У меня есть сын, как выяснилось. Я не могу отдать его в детский дом.
— А мое мнение, я так понимаю, не учитывается?
— А ты против?
— Конечно, я против! Ты еще спрашиваешь?
— Почему ты против?
Я не понимала: Вова реально дурак или прикидывается?
— А почему я должна быть согласна? Ты притащишь в дом восьмилетнего ребенка от бывших отношений, и что я должна буду с ним делать?
— Я не знаю… Но ты же хочешь детей. Вот тебе готовый ребенок.
Я потеряла дар речи. Потому что Вова только что снова плюнул мне в лицо.
— Ян, я тоже не хотел этого ребенка. Но раз он у меня есть и раз у него умерла мать, то я заберу его к нам.
— Почему сразу к нам!? Пускай живет у двоюродной сестры твоей бывшей, которая звонила.
— Ей материальные условия не позволяют содержать мальчика.
— Мы будем платить ей деньги. В конце концов, пусть живет у твоих родителей. Они давно хотят внука. Вот им готовый внук!
Вова категорично закачал головой.
— Нет, Яна. Мой ребенок будет жить со мной.
Я была уверена: Вова издевается надо мной. Ему мало изводить меня своим безразличием, он решил добить меня ребенком от бывшей.
Муж подошел ко мне, снова обнял.
— Яна, я прошу тебя, — зашептал. — Ты так нужна мне сейчас.
— Сейчас? — воскликнула. — Значит, четыре года не была нужна тебе, а сейчас нужна.
— Ты всегда была мне нужна. Ты моя жена, и я тебя люблю. Но сейчас у нас непростое время, и я говорю, что ты очень мне нужна.
Слезы жгли глаза, обида не давала дышать.
— Ты тоже был мне нужен, когда я потеряла наших детей. Но тебя не было рядом.
Вова виновато молчал. Уткнулся мне в шею и молчал.
— Прости меня.
— Мне не нужно твое «прости». Мне был нужен ты. А тебя не было. Ты работал. Так что ты хочешь от меня сейчас?
— Я хочу, чтобы ты отнеслась с пониманием к тому, что у меня есть ребенок, и я не могу его бросить.
Вова выпустил меня из объятий, отошел на пару шагов. Я не могла поверить, что он всерьёз притащит к нам ребенка от бывшей. А еще мне было до слез, до глубины души обидно.
— У нас могло бы быть двое своих детей. Но я их потеряла, и тебе не было до этого никакого дела.
Укор сорвался с губ, и с ресницы капнула первая слеза.
— Не правда, Яна. Я тоже переживал.
— Ты не переживал. Ты работал.
— Если я не рыдал сутками напролет, как ты, это не значит, что я не горевал. Я тоже хотел этих детей, и мне тоже было плохо, когда ты их потеряла.
— Наглая гнусная ложь. Я не желаю слушать ее.
Вова вздохнул и больше не произнес ни слова. Да и нечего было говорить. Наш спор был бессмысленен. Мы находились в тупике. Я не хотела его ребенка от предыдущих отношений. Во-первых, сам факт того, что у Вовы был ребенок от другой, убивал меня. От меня у него детей нет, а от кого-то есть. Во-вторых, я не представляла, что делать с этим мальчиком. Я должна заменить ему умершую мать? В-третьих, меня оскорбляло, что к потере наших детей Вова отнесся безразлично, а тут вдруг воспылал отцовскими чувствами к внезапно свалившемуся сыну от бывшей.
Вова направился в прихожую. Я побежала следом за ним.
— Ты куда? — спросила, глядя, как муж обувается.
— За ребенком.
— Ты привезешь его сюда!?
— Да.
— Нет, Вова, ты не посмеешь.
Муж посмотрел на меня с вызовом:
— Посмею.
Он произнес это слово стальным тоном начальника. Так Вова разговаривал со своими подчиненными. Я слышала.
Муж вышел за дверь, оставив меня в квартире одну. Я упала на диван и уставилась в одну точку. До последнего не верила, что Вова всерьез приведет в наш дом ребенка от бывшей. Все происходящее казалось мне до ужаса абсурдным. Какой-то бред. Разве можно скрывать от мужчины ребенка? Неужели такие дуры реально существуют? Что у них вообще в голове, когда они из-за личной обиды на мужчину утаивают беременность?
Когда входная дверь хлопнула, я дернулась.
— Проходи, — послышался голос Вовы, обращенный к кому-то.
Сердце сжалось, в крови произошел резкий выброс адреналина. Встав на ноги, просеменила в прихожую. И увидела его — мальчика с чертами лица, как у моего мужа. Он глядел на меня исподлобья Вовиным злым взглядом. И губы сжал так же, как сжимает мой муж, когда бывает чем-то очень недоволен. Мальчик был чернее тучи. От него буквально исходили волны ненависти, презрения и негодования. Причем не только в мой адрес. В адрес Вовы тоже.
Мне стало дурно, я ухватилась за дверной косяк. Колени задрожали. Значит, это правда. Не розыгрыш и не мошенничество. У моего мужа есть ребенок от другой.
— Егор, это моя жена Яна, — представил меня Вова.
— Привет, — выдавила из себя и даже постаралась улыбнуться.
Ответ от мальчика не заставил себя долго ждать:
— Проваливай, Яна.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Муж бывшим не бывает", Инна Инфинити ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 6 - продолжение