Часть 9. Глава 149
Полковник Дорофеев после почти бессонной ночи, наполненной размышлениями и анализом, наконец-то понял свою ошибку: в попытке распутать сложный клубок происшествий он всякий раз инстинктивно хватался за нити где-то на их середине, вместо того, чтобы методично и терпеливо постараться отыскать тот самый кончик, за который и надо тянуть, чтобы всё распутать.
«Какое именно событие стало отправной точкой, первопричиной всего, что случилось потом? Убийство старого, всеми забытого владельца катера? Нет, это уже следствие. Приезд Данилы Берегового в Норвегию? Тоже нет, он появился здесь, когда маховик уже раскручивался. Может быть, внезапная поездка в Хортен доктора Марии Званцевой? Да, это уже теплее, но она же сюда не просто так примчалась, а чтобы посмотреть, что осталось от наследства, оставленного ей покойной тёткой», – думал Алексей Иванович, прокручивая в голове хронологию событий, и внезапно ощутил, как вроде бы удаётся схватиться за что-то более прочное, – такое, что можно и потянуть, но крайне осторожно, боясь порвать эту хрупкую нить.
– Пожар в имении старушки… – вслух, почти шёпотом, произнёс сыщик, и эта догадка показалась ему единственно верной. Он снова сел за ноутбук и начал целенаправленно искать описание этого происшествия в местных интернет-изданиях. Норвегия – страна маленькая, здесь громких событий происходит мало, а народ, как и везде, любил криминальные происшествия, – среди скучной, сытной и размеренной жизни они становятся маленькими инъекциями адреналина, чтобы ощутить себя не заживо похороненным среди серых будней.
Поисковик почти сразу выдал ссылку на сайт местного новостного портала. Крупный, бросающийся в глаза заголовок гласил: «Трагедия в пригороде Хортена: старинный дом уничтожен огнем». Дорофеев без промедления кликнул по ссылке и углубился в чтение, внимательно изучая каждую деталь.
«Хроника происшествий. Огонь не пощадил историю: старинная усадьба сгорела дотла. Хортен, 15 августа. Сегодня ночью жители тихого и уютного пригорода Хортена были разбужены пронзительным воем пожарных сирен. Яркое, зловещее зарево осветило ночное небо, когда пламя с яростью охватило старинный особняк, известный местным жителям как «Усадьба фру Свенссон». К моменту прибытия первых расчетов добровольной пожарной дружины массивное строение было практически полностью объято огнем, превратившись в гигантский костёр.
Корреспондент нашего издания прибыл на место событий одним из первых. Картина, представшая перед ним, была удручающей и одновременно пугающе величественной: вековые сосны, окружавшие дом, бросали трепещущие, пляшущие тени на огненный смерч, с жадностью пожиравший вековую постройку. Языки пламени с оглушительным ревом вырывались из пустых оконных проемов, крыша с треском обрушилась внутрь, взметнув в ночное небо столб искр и густого чёрного дыма. Пожарные, рискуя жизнью, отчаянно пытались сдержать распространение огня на близлежащий лесной массив, поливая водой раскаленные стены и тлеющие деревья. Борьба с огнем продолжалась более четырех часов, но спасти дом, к сожалению, не удалось. От некогда величественного здания, бывшего украшением этих мест, остались лишь почерневший остов и дымящиеся, пахнущие гарью руины.
По предварительной информации, полученной от представителей местной полиции, наиболее вероятной причиной возгорания стало короткое замыкание в электропроводке. Дом, построенный более ста лет назад, имел изношенную электрическую сеть, которая, по всей видимости, не выдержала нагрузки современных бытовых приборов. «На данный момент все указывает на несчастный случай, – прокомментировал ситуацию офицер полиции Кнут Сторбергет. – Очаг возгорания, по предварительным данным, находился в гостиной на первом этаже. Мы проведем более тщательную пожарно-техническую экспертизу, но версия о неисправности проводки является основной. К счастью, в доме на момент пожара никого не было. Владелица усадьбы, пожилая дама, скончалась несколько месяцев назад, и с тех пор дом пустовал».
Соседи, с которыми удалось поговорить нашему корреспонденту, были шокированы и опечалены произошедшим. «Это был не просто дом, это была часть нашей истории, – говорит фру Берг, живущая неподалеку. – Мы все знали фру Свенссон, она была очень милой и доброй женщиной. Страшно и больно подумать, что ее дом, переживший столько всего, так бесславно закончил свое существование». Многие жители разделяли её чувства, воспринимая утрату старинной усадьбы как личную потерю, ведь с этим домом были связаны воспоминания нескольких поколений.
На данный момент территория оцеплена, на месте работают дознаватели и эксперты-криминалисты. Редакция нашего портала следит за развитием событий».
Дорофеев несколько раз медленно и вдумчиво перечитал статью. На первый, поверхностный взгляд, всё выглядело донельзя буднично и совершенно не вызывало подозрений. Старый, давно не ремонтированный дом, ветхая, изношенная от времени проводка – классическая, хрестоматийная причина для возникновения пожара, которую ежедневно фиксируют в сотнях протоколов по всему миру.
Но что-то глубоко внутри него, тот самый профессиональный инстинкт, отточенный десятилетиями безупречной службы в уголовном розыске, настойчиво шептал, что здесь не все так просто, и не давал покоя. Слишком уж подозрительно вовремя случился этот так называемый «несчастный случай». Именно после него Мария Званцева, единственная наследница, бросив все дела в клинике имени Земского, сорвалась в Норвегию. Именно с этого, казалось бы, рядового происшествия начала стремительно закручиваться вся кровавая и запутанная карусель последующих событий.
– Короткое замыкание… – задумчиво пробормотал полковник, отвернувшись от экрана ноутбука и устремив свой взгляд в окно. – Пожалуй, самая удобная и универсальная причина, чтобы списать все, что угодно, не утруждая себя лишними вопросами. Это нужно проверить лично».
Решение созрело и оформилось в его голове практически мгновенно. Он не мог и не хотел слепо доверять выводам местного дознавателя, для которого этот пожар был, скорее всего, очередным рутинным, ничем не примечательным случаем в череде подобных. Дорофеев должен был увидеть всё своими собственными глазами, потрогать своими руками, вдохнуть запах пепелища.
Он быстро нашел точный адрес сгоревшего имения на подробной онлайн-карте, после чего собрал импровизированный набор для ночной вылазки: бросил в небольшой рюкзак мощный тактический фонарь, многофункциональный мультитул и пару прочных рабочих перчаток. Ехать туда средь бела дня, привлекая ненужное и потенциально опасное внимание любопытных соседей или, что было бы еще хуже, местной полиции, являлось бы верхом неосмотрительности и глупости. Он дождется наступления темноты.
Весь оставшийся день полковник провел в мучительном и напряженном ожидании. Он снова и снова, словно заевшую пластинку, прокручивал в голове все известные ему детали этого запутанного дела, пытаясь нащупать и выстроить логическую связь между пожаром в старом имении и чередой жестоких убийств, последовавших за ним. Если это действительно был умышленный поджог, то какова была его цель? Чтобы скрыть следы какого-то другого, более раннего преступления? Сомнительно.
Уничтожить важные документы или ценности, которые могли быть спрятаны в доме? Да откуда бы им взяться у простой одинокой старухи, к тому же полиция не нашла следом взлома и проникновения с целью грабежа. Да и что там брать? Старую мебель? Предметов искусства, насколько смог понять Дорофеев из информации в интернете, прочитав еще несколько заметок, у фру Свенссон не имелось, а вот деньги, – да, притом немалые, но лежат они на банковском счёте.
Или же основной целью было именно уничтожение самого наследства, чтобы оно ни при каких обстоятельствах не досталось Марии? Тоже непонятно для чего, поскольку усадьба была застрахована.
С наступлением густых сумерек, когда город зажег свои огни, Дорофеев наконец выехал. Дорога змеилась вдоль живописного побережья, и вскоре он свернул на узкий, едва заметный проселок, уводящий вглубь леса. Остановив машину за пару сотен метров до пункта назначения, чтобы не выдать себя звуком мотора, он дальше двинулся пешком. Воздух здесь был влажным и пропитанным стойким, едким запахом гари, который не смогли полностью выветрить даже прошедшие недели и дожди.
И вот оно. На фоне темного, почти черного леса почерневшие руины дома выглядели зловещим скелетом доисторического чудовища. Холодный лунный свет, с трудом пробиваясь сквозь густые кроны деревьев, выхватывал из непроглядного мрака обугленные дочерна балки, остатки кирпичных стен и сиротливо торчащую печную трубу – единственный элемент конструкции, который смог устоять перед яростью пламени. Вокруг стояла мертвая, гнетущая тишина, нарушаемая лишь заунывным шелестом ветра в ветвях. Потрепанная полицейская лента, некогда окружавшая пепелище, была кем-то сорвана и теперь безвольно валялась на земле, засыпанная опавшей листвой.
Дорофеев, ступая максимально осторожно и стараясь не производить ни малейшего шума, обошел руины по всему периметру. Он остро осознавал, что находится здесь на птичьих правах, как чужак и нелегал, и любая неосторожность могла привести к самым серьезным и непредсказуемым неприятностям. Убедившись, что поблизости абсолютно никого нет, он решительно перебрался через низкую изгородь и пошёл к особняку. Вскоре шагнул внутрь, в царство разрушения и запустения.
Под ногами с хрустом ломались уголь и осколки оконного стекла. Полковник включил мощный фонарь, и его узкий, яркий луч вырвал из густой темноты хаотичное нагромождение обгоревших обломков мебели и оплавленных остатков домашней утвари. Все вокруг было покрыто толстым, бархатистым слоем сажи и пепла. Следуя описанию из газетной статьи, Алексей Иванович осторожно направился в ту часть дома, где, судя по всему, раньше располагалась гостиная.
Именно здесь, согласно официальной версии местной полиции, находился очаг возгорания. Дорофеев начал методично, сантиметр за сантиметром, осматривать образовавшиеся завалы. Его профессиональное внимание было сосредоточено на всем, что имело отношение к электричеству: остатках проводов, оплавленных розетках, корпусах выключателей. Он аккуратно, кончиками пальцев в перчатках, разгребал мусор, стараясь не нарушить общую картину разрушений, чтобы не упустить ни одной важной детали.
Вскоре его поиски увенчались первым успехом. У одной из стен, там, где по логике вещей мог стоять диван или массивное кресло, он обнаружил остатки электрической розетки. Пластиковый корпус полностью оплавился и почернел, превратившись в бесформенный комок, но сама металлическая основа уцелела. Дорофеев направил луч фонаря на стену вокруг нее. Штукатурка от высокой температуры обвалилась, обнажив старую кирпичную кладку.
И здесь его ждала первая значимая находка. Кирпичи вокруг розетки имели странный, розоватый оттенок, что могло свидетельствовать о воздействии экстремально высокой температуры, гораздо выше той, что бывает при обычном горении. Кроме того, копоть на них была гораздо интенсивнее, чем в других местах. Он провел пальцем в перчатке по поверхности – сажа оказалась жирной, маслянистой, что часто указывает на сгорание нефтепродуктов.
Полковник присел на корточки и направил луч фонаря на пол у стены. Среди пепла и мелких обломков он заметил характерные, недвусмысленные следы. Деревянные доски пола в этом месте выгорели гораздо сильнее, почти до самого основания, образуя темное, глубокое пятно с четкими границами. Это было явным признаком того, что здесь горело что-то еще, помимо самого дерева. Что-то, что давало гораздо более высокую температуру и горело дольше.
«Легковоспламеняющаяся жидкость», – мелькнула очевидная догадка. Бензин, керосин или специальная смесь для розжига. Ее намеренно разлили на пол прямо у розетки и плеснули на стену, чтобы потом инсценировать короткое замыкание, которое и должно было поджечь пары. Преступник рассчитывал, что в общем хаосе пожара никто не обратит внимания на такие, казалось бы, незначительные мелочи. И он почти не ошибся.
Теперь оставалось понять, как именно было инициировано замыкание и почему не сработала система защиты. В современных домах, и даже в старых, после реконструкции, устанавливают автоматические выключатели, которые должны мгновенно разрывать цепь при коротком замыкании или перегрузке. Дорофеев проследовал вдоль уцелевшего куска стены, отыскивая путь старой проводки. Она вела в сторону прихожей, где, скорее всего, и находился электрический щиток.
Его полковник нашел довольно быстро. Вернее, то, что от него осталось. Обугленная металлическая коробка безжизненно висела на стене на одном-единственном винте. Дверца была сорвана, а внутренности представляли собой месиво из оплавленного пластика и спутанных проводов. Но даже в этом хаосе опытный глаз полковника смог разглядеть то, что искал.