Путь наверх: от фракийской деревни до императорской гвардии
В 1781 году французский художник Жак-Луи Давид создал трогательное полотно: незрячий старик в ветхой одежде опирается на мальчика-поводыря, который протягивает шлем для подаяния. Проходящая мимо дама бросает монетку, а солдат на заднем плане с ужасом узнает в нищем своего бывшего командира. Этим несчастным, по замыслу художника, был Велизарий, величайший полководец, которого когда-либо знала Византия. Картина, безусловно, вызывала сочувствие, показывая, как быстротечна слава и как легко упасть с вершины. Вся эта сцена — плод воображения, средневековая легенда. Она гласила, что император Юстиниан, ослепленный завистью к успехам своего генерала, приказал лишить его зрения, отнял все богатства и отправил просить милостыню у Пинцианских ворот в Риме с табличкой «Подайте обол Велизарию». Эта история не имеет ничего общего с действительностью, но она прочно укоренилась в сознании людей, потому что нравы при византийском дворе были таковы, что в подобный исход верилось без труда. Дворцовые интриги были обычным делом, так что превращение героя в обездоленного калеку никого бы не удивило.
Настоящая история этого человека началась около 505 года в отдаленной местности на границе Иллирии, Фракии и Македонии, в деревушке то ли Германа, то ли Чермен. Происхождение у него было скромное, крестьянская семья. Перспективы соответствующие: либо работать в поле, либо идти в армию, где таким же безродным юношам иногда удавалось пробить себе дорогу в жизни. Армия в те времена была главным социальным лифтом. Сам император Юстин I, дядя будущего великого Юстиниана, прошел тот же путь, дослужившись до трона. Он помнил о своем происхождении и потому лично платил жалование своей гвардии — дорифорам, «копьеносцам». Туда и определили юного Флавия Велизария, когда ему было около семи лет. В этих рядах он не только постиг военное дело, но и получил базовые знания греческого и латыни — все, что нужно для офицерской карьеры. Юноша оказался способным: к двадцати годам он уже командовал собственным «нумером» — тактическим подразделением византийской армии, в котором числилось от 200 до 400 воинов.
Первый шанс проявить себя подвернулся в 526 году. Вместе с сослуживцем по имени Ситта Велизарий совершил удачный набег на персидскую Армению. Вернулись с большим числом пленных и богатой добычей. Об этом нам поведал Прокопий Кесарийский — личный секретарь Велизария, который будет сопровождать его во всех походах, составлять официальные отчеты, а втайне писать ядовитую «Тайную историю», где представит в нелицеприятном свете и своего покровителя, и всю императорскую чету. Добычу Велизарий пустил в дело. Он начал формировать личную армию — так называемых букеллариев. Буквально — «хлебоедов», от названия солдатской галеты. В VI веке это стало распространенной практикой: успешные полководцы нанимали себе воинов, которые подчинялись только им, а не государству. В неспокойные времена крестьяне и ремесленники охотно шли под защиту сильного покровителя. Позже, в Италии, у Велизария будет 7000 таких личных гвардейцев — целая частная армия, доказывающая, что юношеское увлечение военным ремеслом может перерасти в серьезное предприятие и сделать человека богатейшим землевладельцем.
Год спустя, окрыленный успехом, он попробовал повторить набег, но персы оказались готовы. В этот раз Велизарию пришлось отступить, зато на персидской стороне отличились два командира — Араций и Нарсес. Последний, хитрый евнух, еще сыграет свою роль в судьбе Велизария, а пока он пользовался дружбой с племянником императора — Юстинианом. Этот самый Юстиниан, благодаря протекции дяди, стремительно делал карьеру и в 527 году, после смерти старого солдата Юстина, занял трон. Он-то и не забыл своего протеже. Велизарий получил должность дукса Месопотамии — по сути, командующего пограничными войсками на самом опасном, восточном, направлении. Это было не просто назначение по протекции. К тому моменту юноша и правда доказал, что умеет воевать. Ему поручили сдерживать персидские набеги, которые вскоре переросли в полноценный конфликт, известный как Иберийская война.
Восточный фронт и испытание столичными интригами
Название войне дало небольшое царство Иберия — территория современной Грузии, зажатая между двумя гигантами, Византией и Персией. Местные правители исповедовали христианство и, естественно, тяготели к грекам, отчаянно сопротивляясь попыткам персов насадить у них зороастризм. Персидскому шаху Каваду I это вызывало сильное недовольство, и в 526 году он решил разобраться с проблемой силой. Война тянулась до 532 года и закончилась подписанием «Вечного мира», который, как это часто бывает с подобными договорами, продержался всего восемь лет. В этом театре военных действий Велизарию и предстояло показать себя. В 527 году он начал со строительства крепости Миндуос, к востоку от уже существующего римского форпоста Дара. Дебют оказался неудачным: едва достроив укрепление, Велизарий слег с малярией, а персы тут же захватили и сровняли его творение с землей. Едва встав на ноги, он с отрядом из тысячи букеллариев ринулся отбивать крепость у семитысячного персидского гарнизона. Несмотря на значительную разницу в силах, он разгромил врага, но удержать форт не смог — подошли персидские подкрепления, и пришлось снова отступить. Юстиниан инициировал расследование, но комиссия пришла к выводу, что Велизарий проявил себя как герой, а виноваты все остальные, кто не прислал помощь, вероятно, из зависти. В итоге его не только оправдали, но и повысили до магистра армии Востока. Теперь над ним было только небо и, разумеется, сам Юстиниан.
В этом звании в 530 году он и дал свое самое знаменитое сражение при Даре. Персидский полководец Пероз привел под стены города 40-тысячную армию, в составе которой был элитный отряд «Бессмертных» и тяжелая кавалерия — катафракты. Эти закованные в железо с ног до головы всадники на таких же бронированных конях были настоящими танками той эпохи. У Велизария было всего 25 тысяч солдат, в основном наемники-варвары. Понимая, что в осаде ему не выстоять, он принял дерзкое решение — дать бой в открытом поле. Но с хитростью. Прямо перед стенами города он приказал вырыть систему траншей, которая должна была сковать действия персидской конницы. В центре он расположил византийскую пехоту, перед ней — пеших гуннов, а на флангах, чуть впереди, — гуннскую кавалерию. В резерве, за холмом, он спрятал отряд быстрых, но не приспособленных к лобовой атаке герулов.
Бой начался с перестрелки лучников. Затем Пероз, видя бесперспективность этого занятия, бросил своих катафрактов в центр, на самого Велизария. Но траншеи и пехота гуннов не дали им развернуться, и бронированный кулак ударил по левому флангу византийцев, который, естественно, дрогнул и обратился в бегство. Персидская кавалерия совершила роковую ошибку — увлеклась преследованием, нарушив боевой порядок. Велизарий тут же воспользовался моментом: он бросил свою пехоту и кавалерию правого фланга на оголившийся центр персов, а из-за холма выскочили герулы, заходя в тыл гвардии Пероза. Тот в панике бросил в бой свой последний резерв, «Бессмертных», но было поздно. Велизарий перебросил остатки своей кавалерии, отрезав отступающих персидских всадников от «Бессмертных». В узком пространстве началось смешение, где тяжелая персидская конница утратила строй. Потеряв около 8000 человек, персы обратились в бегство. Велизарий, в отличие от своего визави, не стал повторять ошибок и не разрешил преследовать врага, довольствуясь блестящей победой.
Казалось бы, триумф. Но уже в следующем году удача отвернулась от него. В 531 году персы вторглись в Коммагену, угрожая Антиохии. Велизарий с 20-тысячным войском двинулся им навстречу, и персы, не желая рисковать, решили отступить. Это была бы бескровная победа, но тут проявили недовольство собственные солдаты Велизария. Им не терпелось сразиться, и они начали роптать, обвиняя командира в нерешительности. 19 апреля 531 года у города Каллиник Велизарий, поддавшись давлению, произнес речь, в которой, по словам Прокопия, убеждал не «бросать вызов Богу, который обычно помогает в необходимой опасности, но вряд ли вмешивается в ту, что выбрана по прихоти». Солдаты его не послушали, и ему пришлось с невозмутимым видом отдать приказ об атаке, заявив, что он просто не знал об их энтузиазме. Бой закончился тяжелым поражением. Византийцы были разбиты, а сам Велизарий с горсткой бойцов сумел спастись, переправившись на остров на Евфрате. На этот раз Юстиниан не стал его прощать. Генерала лишили всех званий и отозвали в Константинополь, где он оказался в полной опале.
Спасли его два обстоятельства: бунт и жена. Супруга Велизария, Антонина, была женщиной с непростым прошлым и, что важнее, близкой подругой императрицы Феодоры. А Феодора, чей путь к трону был не самым обычным, обладала железной волей и фактически правила империей наравне с мужем. В январе 532 года в Константинополе вспыхнуло восстание «Ника». Все началось на ипподроме со ссоры болельщиков, но быстро переросло в бунт против налогов и власти Юстиниана. Город пылал, толпа требовала нового императора. Юстиниан уже был готов бежать, но тут вмешалась Феодора, произнеся свою знаменитую фразу: «Порфира — лучший саван». Она отказалась покидать столицу, и это заставило Юстиниана опомниться. В этот критический момент Антонина, без сомнения, нашептала на ухо своей могущественной подруге, что есть один опальный, но очень толковый генерал, который может все исправить. Велизария вернули из небытия. Вместе с генералом Мундом он ворвался на ипподром, где собрались мятежники, и положил конец бунту, прибегнув к самым жестким мерам. Восстание было подавлено с большой кровью; по разным оценкам, погибло от 30 до 50 тысяч человек. Велизарий не просто вернул себе расположение императора, он стал его главным спасителем. В награду ему присвоили звание верховного главнокомандующего и отправили в поход — завоевывать Африку у вандалов.
Покорение Африки: триумф и первые тени зависти
Экспедиция в Африку в 533-534 годах была обставлена как акт справедливого возмездия. Король вандалов Гелимер сверг и лишил жизни своего предшественника Ильдерика, который был другом Византии. Юстиниан, конечно, мало заботился о судьбе покойного Ильдерика, но это был отличный предлог, чтобы вернуть богатую провинцию и получить контроль над западным Средиземноморьем. В конце лета 533 года Велизарий с флотом отчалил из Константинополя. У него было около 15 000 человек — не так уж и много для завоевания целого королевства. В начале сентября он высадился в Капут-Ваде, на территории современного Туниса, и форсированным маршем двинулся на Карфаген. Гелимер, собрав 11 000 воинов, решил устроить ему засаду у десятой мили от столицы, в местечке Ад-Децим. План был хитроумный: он разделил силы, чтобы атаковать вытянувшуюся колонну византийцев с нескольких сторон одновременно. Его брат Аммата должен был сдерживать авангард, племянник Гибамунд — ударить во фланг, а сам Гелимер с основными силами — в тыл.
План провалился из-за несогласованности действий. Аммата атаковал слишком рано и был убит в самом начале боя. Племянник тоже потерпел неудачу и погиб. Несмотря на это, основные силы Гелимера сражались успешно и начали теснить византийцев. Победа вандалов казалась неминуемой, но тут Гелимеру доложили о смерти брата и племянника. Вместо того чтобы довершить разгром врага, он был сломлен горем. Он оставил командование, поскакал на место гибели Амматы и, вместо того чтобы руководить битвой, занялся организацией похорон. Эта заминка дала Велизарию драгоценное время. Он перегруппировал свои силы, воспользовался растерянностью врага и нанес контрудар. Вандалы, оставшись без командования, дрогнули и побежали. 15 сентября 533 года Велизарий и его жена Антонина, которая сопровождала его в походе, триумфально въехали в Карфаген. В отличие от варварских обычаев, Велизарий запретил своим солдатам грабить город, заявив, что они пришли освобождать римских граждан от ига варваров. Это был умный ход, который обеспечил ему лояльность местного населения.
Гелимер, однако, еще не был разбит окончательно. Он бежал в Нумидию и оттуда начал собирать новые силы. Он вызвал из Сардинии своего последнего брата Цазона с войском, пытался подкупить наемников-гуннов в армии Велизария и платил берберским племенам за головы византийских солдат. К декабрю, объединившись с Цазоном, он почувствовал себя достаточно сильным, чтобы перейти в наступление. Велизарий, понимая, что лояльность гуннов ненадежна, решил не дожидаться осады и 15 декабря выступил из Карфагена навстречу врагу. Решающее сражение произошло у Трикамара. У вандалов было почти 50 000 человек против 15 000 у Велизария. Несмотря на огромное численное превосходство, византийская кавалерия под командованием Иоанна Армянина тремя яростными атаками прорвала строй вандалов. Во время третьей атаки Цазон был убит на глазах у Гелимера. История повторилась: вид мертвого брата снова парализовал волю вандальского короля. Он потерял самообладание, и его приказ к отступлению в укрепленный лагерь превратился в паническое бегство. Поняв, что все кончено, Гелимер бежал, бросив свою армию и сокровищницу на разграбление византийцам.
Несколько месяцев он скрывался в горах, пока в марте 534 года не сдался в плен под гарантии сохранения жизни. Успехи Велизария, однако, вызвали зависть у его подчиненных. В Константинополь полетели доносы, что генерал собирается провозгласить себя королем Африки. Юстиниан, склонный к подозрительности, тут же в это поверил. Велизарий, узнав о слухах, не стал искушать судьбу и немедленно вернулся в столицу, чтобы развеять подозрения. Его быстрая реакция убедила императора в его лояльности. Юстиниан был так доволен, что разрешил Велизарию отпраздновать триумф — пышное шествие по улицам Константинополя с захваченными сокровищами и пленным королем Гелимером. Это была неслыханная честь. Со времен императора Августа ни один частный гражданин не удостаивался триумфа. Королевство вандалов прекратило свое существование, а Византийская империя снова простирала свои владения до Гибралтара. Велизарий был на вершине славы. Юстиниан сделал его консулом и уже готовил для него новую, еще более амбициозную задачу — отвоевать Италию у остготов.
Итальянский поход: долгая война и горькая победа
Завоевание Италии было частью грандиозного плана Юстиниана по «восстановлению империи» (renovatio imperii). Эта навязчивая идея будет преследовать многих европейских правителей на протяжении всего Средневековья. Конфликт, вошедший в историю как Готская война, длился почти двадцать лет, с 535 по 553 год, и имел для Италии катастрофические последствия. Полуостров был опустошен, города обезлюдели, а экономика отброшена на столетия назад. По сути, именно эта война окончательно превратила античную Италию в средневековую. И ослабленная Византия, истощившая все силы в этом противостоянии, не смогла удержать завоеванное: всего через несколько лет после ее окончания, в 568 году, в Италию вторглись лангобарды и без особого труда захватили большую ее часть.
Повод для вторжения, как и в случае с вандалами, подвернулся самый благовидный. Королева остготов Амаласунта, дочь великого Теодориха, проводившая провизантийскую политику, была устранена своим двоюродным братом Теодатом. Юстиниан тут же объявил себя мстителем за нее и отправил Велизария наводить порядок. В 535 году тот высадился в Сицилии во главе небольшого войска — всего 10 000 человек. Остготы были куда более серьезным противником, чем вандалы, — дисциплинированные и закаленные в боях. Но поначалу все шло на удивление гладко. Велизарий быстро захватил всю Сицилию. Особенно эффектно была взята крепость Палермо: не имея возможности штурмовать мощные стены, Велизарий приказал поднять на мачты кораблей шлюпки, набить их лучниками и с этой господствующей высоты обстреливать защитников. Готский король Теодат, видя такое дело, тут же начал переговоры, но было поздно.
Следующей весной Велизарий переправился на материк и двинулся на север. Южная Италия сдавалась ему практически без боя. Местное италийское население, исповедовавшее ортодоксальное христианство, видело в нем освободителя от готов-ариан. Первое серьезное сопротивление он встретил у стен Неаполя. Город отказался сдаваться, и началась осада. Прошло двадцать дней, но взять его не удавалось. И тут один из солдат обнаружил проход в город по старому акведуку. Велизарий дал осажденным последний шанс сдаться, но получил отказ. Ночью отряд из 400 человек проник по акведуку в Неаполь, перебил стражу у ворот и впустил основную армию. Город был взят и подвергся разорению. Дорога на Рим была открыта.
Тем временем готская знать, недовольная нерешительностью Теодата, отстранила его от власти и провозгласила королем опытного воина по имени Витигис. Пока новый король собирал армию на севере, Велизарий 9 декабря 536 года без боя вошел в Рим. Город, который он увидел, был лишь бледной тенью былой столицы мира — полуразрушенное, обезлюдевшее место, где среди руин проживало не более 50 000 человек. Но времени на философские размышления у него не было. С севера уже двигалась огромная армия Витигиса. По разным данным, она насчитывала от 30 000 до 150 000 человек (последняя цифра — явное преувеличение Прокопия). У Велизария в Риме было всего 5000 солдат. В феврале 537 года началась эпическая осада Рима, которая продлилась год и девять дней.
Это был звездный час Велизария как полководца. Он лихорадочно принялся восстанавливать полуразрушенные Аврелиановы стены. Когда готы подошли, он категорически отказался от полевого сражения, сделав ставку на оборону и изматывание противника постоянными вылазками. Витигис окружил город шестью лагерями, перерезал все четырнадцать акведуков, лишив Рим воды, и начал готовиться к штурму. Велизарий ответил на это серией гениальных инженерных решений. Чтобы компенсировать остановку мельниц, работавших от акведуков, он приказал поставить на якоря на Тибре лодки, на которых установил жернова, вращавшиеся силой речного течения. Когда готы стали сплавлять по реке бревна, чтобы сломать эти «корабельные мельницы», он перегородил реку цепями. Готы построили осадные башни и тараны, но их солдаты не имели достаточного опыта в использовании этой техники и становились легкой мишенью для византийских метательных машин. Во время одного из штурмов, когда готы прорвались в районе мавзолея Адриана, жители города сами отбили атаку, сбрасывая на врагов мраморные статуи, сорванные с гробницы.
Осада затягивалась. В городе начался голод. Велизарию пришлось принять суровое решение: выслать из Рима всех, кто не мог держать оружие, — женщин, детей, стариков, — чтобы сэкономить продовольствие для солдат. Тем временем, пока его воины сражались на стенах, он находил время и для дворцовых интриг. По приказу императрицы Феодоры он низложил папу Сильверия, который был против ее религиозных взглядов, и поставил на его место своего кандидата, Вигилия. Сцена, где Антонина свысока обращалась к главе западной церкви в присутствии своего мужа, красноречиво говорит о нравах, царивших при дворе. В конце концов, после года безуспешных попыток, получив известие, что византийский отряд угрожает их столице Равенне, готы были вынуждены снять осаду и отступить. В марте 538 года Велизарий выиграл битву за Рим. Но война была еще далека от завершения. Она превращалась в затяжное, изнурительное противостояние, которое окончательно изменит облик Италии.
Закат полководца: между опалой и последним триумфом
После снятия осады с Рима война не закончилась, а, наоборот, разгорелась с новой силой. Кампания в Италии осложнилась прибытием подкрепления во главе с евнухом Нарсесом. Этот человек был не только талантливым полководцем, но и искусным интриганом, и между ним и Велизарием тут же началось соперничество. Они постоянно спорили о стратегии, что привело к катастрофе: пока два византийских генерала выясняли отношения, готы взяли и уничтожили гарнизон в Милане. Юстиниан, видя, что дело плохо, отозвал Нарсеса, оставив Велизария главным. Тот, наконец, получил свободу действий и начал планомерно теснить готов на север. В конце 539 года он осадил их столицу, Равенну. Витигис, запертый в городе, оказался в безвыходном положении. В этот момент готская аристократия, восхищенная талантами Велизария, сделала ему неожиданное предложение: стать их королем и императором Запада.
Это был критический момент. Велизарий мог бы принять предложение и изменить ход истории. Но он остался верен Юстиниану. Он сделал вид, что согласен, потребовал открыть ворота Равенны, а как только город оказался в его руках, в мае 540 года, объявил, что завоевал его для своего императора. Витигиса, готскую знать и сокровища Теодориха он отправил в Константинополь. Но Юстиниан не оценил его верности. Вместо триумфа, которого Велизарий заслуживал, он получил приказ немедленно отправляться на восток, где персидский шах Хосров I, воспользовавшись тем, что византийская армия увязла в Италии, нарушил «Вечный мир» и вторгся в Сирию. На этот раз Велизарий воевал без особого успеха. Прокопий в своей «Тайной истории» не без ехидства замечает, что генералу было не до персов: он якобы не отходил далеко от границы, чтобы следить за своей женой Антониной, которая состояла в отношениях с его крестником Феодосием.
В 542 году по империи ударила чума. Заболел и сам Юстиниан. Пока император был при смерти, при дворе начались интриги. Кто-то пустил слух, что Велизарий и другой генерал поклялись не принимать нового императора, которого им навяжет двор, намекая на всесильную Феодору. Юстиниан выжил и, конечно же, не забыл этого. Хотя прямых доказательств вины Велизария не было, его отстранили от командования. Его личную гвардию букеллариев разделили между придворными, имущество конфисковали, а самого посадили под домашний арест. И снова его спасла Антонина. Она сумела вымолить прощение у своей подруги Феодоры, и Велизария помиловали — правда, заставив выплатить огромный штраф. Феодора передала ему через жену, что он должен быть благодарен и проявлять должное уважение к супруге, которой обязан своим спасением.
В 544 году его снова отправили в Италию. Положение дел там было плачевным. В отсутствие Велизария готы оправились от поражения и избрали нового, энергичного короля — Тотилу. Этот талантливый лидер не только разбил оставленные в Италии византийские гарнизоны, но и заручился поддержкой местного населения, уставшего от византийских налогов. Велизарий прибыл на место практически без армии и денег. Юстиниан, по-прежнему не доверяя ему, не присылал ни солдат, ни золота. Четыре года он провел в бесплодных попытках переломить ход войны. В 546 году он беспомощно наблюдал, как Тотила захватил Рим. Позже ему удалось на короткое время отбить город, но без подкреплений это была бессмысленная победа. Измученный, больной и разочарованный, он попросил об отставке и получил ее. Заканчивать войну в Италии отправили его старого соперника Нарсеса, который, получив огромное войско и неограниченные средства, в конце концов разгромил готов и одолел Тотилу в 552 году.
Велизарий вернулся на родину, где его встретили с почетом, но без энтузиазма. Он удалился на покой, наслаждаясь огромным состоянием, накопленным за годы походов. Казалось, бурная жизнь позади. Но в 558 году над Византией нависла новая угроза: орды кочевников-кутригуров перешли Дунай, разорили Фракию и подошли к стенам самого Константинополя. В городе началась паника. И Юстиниан снова вспомнил о своем старом генерале. Велизарию, которому было уже за пятьдесят, поручили возглавить оборону. Армии у него не было — лишь 300 ветеранов из его бывшей гвардии и ополчение из наспех вооруженных крестьян. С этими силами он выступил против двухтысячного отряда отборной конницы варваров. Кочевники, видя малочисленность византийцев, самоуверенно бросились в атаку. Но опытный полководец устроил им ловушку. Он спрятал часть своих людей в лесу по обеим сторонам дороги, и когда варвары ворвались в узкое пространство, их с флангов осыпали дротиками. Затем Велизарий приказал своим людям поднимать как можно больше шума и пыли, создавая впечатление, что к ним подходит огромная армия. Варвары, решив, что попали в окружение, в панике бежали. Это была его последняя, блестящая победа, одержанная не числом, а умением. Но вместо благодарности Юстиниан, обеспокоенный новой волной популярности генерала, тут же отозвал его в столицу.
Последний удар судьбы ждал его в 562 году. Император, которому было уже под восемьдесят, стал еще более подозрительным. Велизария обвинили в заговоре на основании показаний, полученных под пыткой от его слуг. Его снова посадили под домашний арест. Именно этот эпизод и породил легенду о слепом нищем. В реальности же через полгода его оправдали и вернули все почести. Он умер своей смертью 13 марта 565 года, всего на несколько месяцев пережив императора, которому служил верой и правдой всю свою жизнь, получая в ответ то неслыханные почести, то унизительную опалу. Пожалуй, его величайшим достижением было не завоевание Африки или защита Рима, а то, что он умудрился выжить и умереть в своей постели, пройдя через испытания, уготованные ему Юстинианом, Феодорой и, что самое трудное, собственной женой Антониной.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Подписывайся на премиум и читай дополнительные статьи!
Тематические подборки статей - ищи интересные тебе темы!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера